Дом в лесной глуши

Маленький домик лесника стоял прямо посреди леса и даже не был обнесен забором. Просто небольшое одноэтажное строение, выкрашенное серой краской. Миновав застекленную терраску, мужчины вошли в кухню, где на столе и плите стояла серая посуда, а оттуда в единственную комнату, служившую Паулю и спальней и гостиной. Рихарду сразу бросилось в глаза то, что пол во всех помещениях тоже был серым, да и вообще, этого цвета в жилище оборотня было неожиданно много. В комнате находился шкаф, неширокая кровать, два стула, стол с выдвижными ящиками и маленький диванчик, обивка которого тоже была серой. Вот и вся обстановка. Ни фотографий на стенах, ни разных сувенирных безделушек не было и в помине. Строго и аскетично. - Почему вокруг так много серого цвета? Эта какая-то традиция? - спросил Рихард, стягивая с себя мокрую одежду, которая неприятно липла к телу. - Да, - Пауль достал из шкафа бежевые домашние штаны с темно-зеленой футболкой и отдал вещи своему гостю. - Мой дед был капитаном круизного лайнера "Вечная тишина"... Не слышал? - Нет, - отозвался Круспе, с удовольствием надевая сухое. - И если честно, я бы на корабль с таким названием билет не купил. - И правильно бы сделал - он затонул, - усмехнулся Ландерс, тоже переодеваясь. - Так вот. Мой дед, три члена экипажа и десять пассажиров остались в живых. Их несколько часов носило по морю на шлюпке, пока не прибило к борту старого, покрытого ржавчиной военного корабля с четырьмя трубами. Кое-как они поднялись на палубу и осмотрели судно, которое было абсолютно пустым. Им удалось найти только две вещи - судовой журнал и простой карандаш между страниц. - Больше никогда не поеду в круиз, - поморщился Рихард, во всей красе представляя ржавую громадину. - И что было в журнале? - Записи на разных языках, и судя по ним, этот корабль-призрак дрейфовал уже около пятидесяти лет. Им повезло - одна из них была сделана на немецком. Некий Карл Хаинц сообщал, что попал на борт в пятьдесят втором году с тремя товарищами, один из которых знал итальянский и смог прочитать предыдущую запись. Там говорилось о том, что у этого судна должен быть капитан, а если его не будет, все находящиеся на борту люди погибнут, но тот, кто возьмет на себя ответственность, навеки свяжет свою судьбу с кораблем. - А как назывался этот корабль? - спросил Круспе, постепенно втянувшись в рассказ и слушая его как интересную страшную сказку. - Название на борту уже нельзя было прочесть, а на первом листе журнала оно мистическим образом стиралось, так что каждый последующий капитан называл его по-новому. Мой дед назвал его Ла тристеза - грусть или печать, и написал в журнале свое имя - капитан Ландерс. Тогда он не верил во всю эту мистику, но очень скоро все изменилось. Когда у судна появился капитан, оно как будто ожило. На камбузе появилась еда, а по всему кораблю стали замечать призраков матросов в старой форме. Немного освоившись, люди начали искать выход и в один из дней увидели проходящий мимо рыболовный баркас. Все сели в шлюпку, но моего деда призраки не отпускали. Он сделал вид, что остается, а потом прыгнул с палубы в море, и его подобрали. Тогда они не преследовали своего капитана, но вскоре стали постоянно являться, где бы дед ни находился. Вот только если на корабле призраки выглядели как обычные люди, то на суше они становились мумиями. - Офигеть можно, - протянул Рихард. - Может чай попьем? - Да, конечно, пойдем на кухню. Вернувшись на кухню, где тоже преобладали серые цвета, Пауль включил чайник, достал кружки и положил на небольшой стол у окна пакет с печеньем и конфетами. Мужчина сомневался, стоит ли рассказывать Круспе эту историю, но глядя на заинтересованное выражение лица гостя, решил продолжить, хотя и понимал, что это, наверное, не слишком правильно - пугать человека, который к нему потянулся. Однако была и обратная сторона медали. Отвыкший от близкого общения Пауль боялся впускать кого-то в свою жизнь, а кроме того, он не мог не ожидать от Рихарда какого-нибудь подвоха. Ландерсу с трудом верилось в то, что кто-то, зная его секрет, захочет общаться с ним просто так, и вот тут скрывались какие-то подводные камни. Что может быть надо состоявшемуся в жизни мужчине от живущего в лесу, никому не нужного оборотня? Пауль прекрасно помнил, с каким пренебрежением поначалу относился к нему Круспе, и возможно так бы оно и осталось, если бы Рихард случайно не узнал тайну лесника. Хотя то, что мужчина не бросил сбитого им на дороге человека, а привез к себе домой и позаботился, пожалуй, характеризовало его совсем неплохо. - А при чем тут все-таки серая краска? - нетерпеливо спросил мужчина, повертев в руках этого же цвета кружку. - Слушай дальше. Навсегда оставив море, он купил этот дом, но призраки стали появляться и тут, уговаривая своего капитана вернуться на корабль. Дед устал от них и обратился к местному знахарю, который и посоветовал выкрасить все в серый цвет. Он почему-то отпугивает призраков. Однако они до сих пор бродят вокруг дома, но зайти не могут. Чаще всего их можно увидеть ночью или в грозу. Вот как сейчас. Посмотри в окно, вон они стоят у деревьев. Мумии в старой матросской форме. Стоят и ждут своего капитана, который уже никогда к ним не вернется. Закончив рассказ, Пауль указал на окно, и Рихард с замиранием сердца начал вглядываться в темный лес. Еще пару недель назад он бы просто рассмеялся, услышав подобную историю, но сейчас все изменилось. Прикоснувшись к одной из тайн этого мира и своими глазами увидев оборотня, мужчина готов был поверить и в существование призраков. Ему уже начало казаться, что за стеной дождя действительно стоят какие-то фигуры, но тут произошло то, чего он ожидал меньше всего. - Капитан, - тихо донеслось сзади, и в плечо Круспе неожиданно впились чьи-то пальцы. Вздрогнув от страха, Рихард шарахнулся в сторону и вжался в стену, однако позади него был только Ландерс, который держал в руке маленький чайничек с заваркой. На кухне царил полумрак, и мужчина, не обращая внимания на хозяина дома, продолжал напряженно вглядываться в темноту. Сейчас он уже не думал ни о своем влечении к Паулю, ни о том, как начать отношения с ним. В данный момент Круспе хотел оказаться подальше от этого дома и всей мистики вращающейся вокруг лесника. В голове мужчины промелькнула мысль, что общение с оборотнем имеет свою цену - периодический страх и неизвестность, и Рихард пока не мог ответить себе, сможет ли он ее платить. Все оказалось не так просто. - Рихард, это шутка была, не бойся, - рассмеялся Пауль, глядя на испуганное лицо гостя. - Нет никаких мертвых матросов с корабля-призрака. - Ну, ты козел... - почти прошипел мужчина, отходя от стены и поднимая упавший стул. - Просто в магазине акция была - серая краска с большой скидкой, а если берешь больше десяти банок, то в подарок давали набор посуды того же цвета. Ты, правда, что ли поверил? Это же сказка! - Ага, и рассказало мне ее существо, которое тоже является сказочным персонажем! Знаешь, Пауль, я кажется, понимаю, почему у тебя нету друзей. И это отнюдь не потому что ты оборотень. В первые минуты Рихард просто не мог поверить в то, что его разыграли, а он как идиот повелся на дурацкие россказни, но очень быстро место растерянности заняла злоба. Вся симпатия к Ландерсу резко исчезла и Круспе уже почти ненавидел человека, который сознательно выставил его дураком. - Извини, я не хотел ничего плохого, - тихо произнес оборотень, садясь на табуретку и виновато глядя на гостя. - Просто как-то понесло. Пауль почти физически ощущал исходивший от мужчины негатив, и это было неприятно. Особенно после того, как тот первым пошел на контакт. Ландерс совершенно не подумал о том, что Рихард может отреагировать таким образом. Ему самому просто захотелось немного подурачиться, однако потом и, правда, понесло. А Круспе в это время боролся с самим собой. Задетая гордость требовала немедленно уйти отсюда и неважно, что за окном бушевала гроза, но тоненький голосок разума, пробивающийся через захлестывающие эмоции твердил об обратном. Отказываться от Пауля так просто, было глупо, и мужчина, наступив на горло своему самолюбию, решил забыть маленький инцидент, казавшийся ему довольно унизительным. Однако, глядя на молчавшего Ландерса, Рихард не знал, с чего начать разговор. Можно было спросить, как давно мужчина живет один, но если старая волчица умерла, этот вопрос будет не слишком хорошим, так что оставался только один беспроигрышный вариант - вспомнить их знакомство, которое, впрочем, тоже было весьма специфичным. - Пауль, а что ты подумал, когда я попросил тебя принести мяч? - поинтересовался Круспе, наливая себе чай и всем своим видом показывая, что неудачная с его точки зрения шутка забыта. - Ну, сначала я хотел тебя загрызть, - с некоторым облегчением улыбнулся лесник, видя, что мужчина идет на мировую. - А потом? - вспомнив, как волк сам кинул ему мяч, Рихард рассмеялся. - Решил меня погонять? - Да. По-моему было весело. Особенно меня порадовала твоя физиономия, когда я тебе под нос мячик сунул. Кстати тяжелый такой. - Бейсбольный. Они увесистые. - Может тебя покормить нормально? - участливо спросил Ландерс, видя, как Круспе полез за печением. - Нет, я просто не люблю пить один чай. Мне надо с чем-то, - отозвался Рихард, вытягивая из целлофанового пакета пару круглых печений. - А как твой друг отреагировал, когда ты ему обо мне рассказал? - Пауль тоже сделал глоток чая и развернул шоколадную конфету. - Сначала думал, что я нажрался, а потом, когда мы встретились, и он увидел, что я трезвый и адекватный, поверил. Тилль спокойный человек и понимающий. Многое в жизни повидал. Не волнуйся, он никому ничего не скажет. Кстати, это он меня надоумил, как узнать твой телефон у коммунальщиков. Ну, насчет того, что мне надо спросить лесника какие из сухих деревьев можно срубить, да и про белку тоже он придумал, - рассмеялся мужчина. - Мне бы такое в голову не пришло. - Да, с белочкой это что-то, - усмехнулся Ландерс и посмотрел в окно. - Похоже, дождь будет идти всю ночь. Если хочешь, можешь остаться у меня. Только выбор спальных мест небольшой - или диванчик или моя кровать, только там матраса нет, одни доски и одеяло на них, поэтому очень жестко. - С моей поясницей даже не знаешь, что и выбрать, - задумчиво произнес Рихард, радуясь, что ему предложили остаться на ночь. - Наверное, все-таки мягкий диван. На досках я вообще не засну. - Хорошо. Допив чай, и еще немного поговорив, вспоминая их необычное знакомство, мужчины пошли в комнату, где Пауль выдал своему гостю одеяло и небольшую подушку. За окном убаюкивающе шумел дождь, но спать Рихарду совершенно не хотелось. Все его мысли занимал оборотень. И сейчас, в темноте, в голову упорно лезли самые пошлые картинки. - О чем ты сейчас думаешь? - неожиданно спросил Ландерс. - Сложно сказать... - замялся Круспе, лихорадочно соображая, что бы ответить. - Хочешь, я начну? Рихард, я чувствую, что ты разглядываешь меня в сексуальном плане, - спокойно произнес Пауль и замолчал. - Как ты узнал? - мужчина так удивился, что даже не стал отрицать догадку оборотня. - Трудно объяснить, но животные это чувствуют. - Ок... И как ты к этому относишься? - Мне это странно. Так что пока даже не знаю, но в то же время приятно, что я тебе нравлюсь. В этот момент Пауль вспомнил, как засыпал в доме Рихарда, положив голову ему на колени. Тогда Круспе поглаживал его ладонью и ерошил шерсть на спине и загривке, и это было неимоверно приятно, особенно отвыкшему от прикосновений Ландерсу. Однако для мужчины такой вариант отношений был довольно необычным, и поэтому он решил немного подумать. С возрастом Пауль стал спокойнее, сексуальные инстинкты несколько притупились, и он смотрел на потенциального партнера уже более осмысленно, прикидывая, нужно ли ему это вообще и оценивая привлекательность Рихарда. А вот Круспе уже все для себя решил и, услышав, что мужчине приятна его симпатия, встал с дивана и подошел к кровати хозяина дома. Опустившись на колени, он дотронулся ладонью до щеки Пауля и накрыл его губы своими. Через несколько секунд, показавшимися очень долгими, Ландерс начал несмело отвечать, словно проверяя, не противно ли ему будет целовать Рихарда. Воодушевленный таким удачным началом, Круспе скользнул рукой по груди потенциального любовника и, добравшись до ширинки, положил на нее ладонь, собираясь поласкать мужчину через одежду, но тот быстро перехватил его кисть, не позволяя подобных вольностей. Рихард уже чувствовал возбуждение от поцелуев и близости этого человека, и поэтому действие Ландерса вызвало у него разочарованный вздох. - Нет, не надо, - произнес Пауль, отводя его руку. - Нет? Это жестоко, я уже настроился. - Не привык, чтобы тебе отказывали? - с какой-то горечью усмехнулся мужчина. - Конечно, красивый, богатый... - Да не в этом дело. Просто ты мне нравишься. Ты же понимаешь, что я сейчас чувствую, как я хочу, - тихо произнес Круспе, глядя на лицо Ландерса, почти полностью скрытое ночной темнотой. - Я понимаю, но пойми и ты, мне уже не двадцать лет и даже тридцать, чтобы кидаться в омут с головой. Естественно, я тоже хочу близости, безумно хочу. Это невозможно отрицать, но я не могу так быстро, мне надо хоть немного тебя узнать. - Хорошо, но ведь ты не против меня узнать? - заинтересованно спросил Рихард, садясь на пятки. - А оно тебе надо? - вопросом на вопрос ответил мужчина. - Да. Я всю неделю о тебе вспоминал. - И тебя не смущает то, что я оборотень? - Нисколько, - хитро прищурился Круспе и, не удержавшись, хихикнул. - Я даже фантазировал на тему, как ты страстно берешь меня в образе волка. - Ты больной? - опешил Пауль, уставившись на очертания своего гостя. - Че у тебя в башке творится? Ты мечтаешь, чтобы тебя трахнул волк? - Не обычный волк, а именно ты! - Рихард даже немного обиделся на то, что его сочли зоофилом. - Ты же не животное и отлично соображаешь в это время. - Странный ты, - усмехнулся Ландерс. - Давай уже спать. Я сегодня весь день по бурелому бегал. Устал. - Давай, - нагнувшись к Паулю, Круспе легко поцеловал его в губы и вернулся на диван. Засыпая, Рихард опять думал о Пауле, но теперь эти мысли шли несколько в другом ключе. Оборотень сказал, что ему уже не двадцать лет и, наверное, впервые в жизни Круспе задумался о том же. Он по-прежнему хотел этого человека, но теперь мужчина задавал себе вопрос - что будет дальше и нужно ли ему начинать такие долгосрочные отношения вообще. Почти всю жизнь Рихард довольствовался мимолетными интрижками, а теперь, неожиданно для себя самого, осознал, что хочет чего-то большего. Ему тоже было далеко не двадцать, и внезапно герою-любовнику захотелось стабильности. Захотелось приходить домой и видеть любимого человека, жить с ним, узнавать его, разговаривать, заниматься сексом, вместе есть, принимать душ... да все, что делают настоящие пары. И в роли любимого человека он упорно видел Пауля. Даже сейчас, лежа на маленьком неудобном диване в затерянном в лесу бедном домишке оборотня, Круспе ловил себя на том, что ему хорошо и довольно уютно, несмотря на грозу и неприятные догадки, что в старом диванчике вполне могут быть клопы. Пока Ландерс не ответил ничего вразумительного насчет того, хочет ли он попробовать новый для себя вариант отношений, но по крайней мере, Рихард уже точно знал, что хочет сам.