А что если... все было наоборот?

Тор снова был один в пиршественном зале. Друзья избегали его навещать, прочие асы не совались с делами, слуги старались передвигаться как можно тише и незаметнее. Только мама была по-прежнему с ним ласкова, но она постоянно была у постели отца, а младший сын, чувствуя себя виновным в том, что Один так трудно перенес потрясение, старался пореже туда заглядывать. «Они думают, что я тиран…, - горько подумал Тор. – И пьяница. Они наверняка хотят найти способ вернуть Локи. И никто, ни одна живая душа во всем Асгарде не считает меня царем. Почему? Ведь я достоин… Он говорил, что мы оба рождены царями, так почему сын Лафея кажется всем лучшим царем, чем я? Конечно, ведь никто не знает… Наш ётун в шкафу, который есть в любой семье, - хмыкнул Тор. Впрочем, в его душе не было радости, а на лице – и тени улыбки. - Всеотец, как же я запутался…» Бог взял со стола полупустую бутыль с медом и осушил ее в два глотка. Это были крохи. Для того, чтобы впасть в забытье, не думать обо всем этом, асу мало даже бочки. - Принесите еще! – бросил он в сторону крадущихся мимо стен слуг. - Господин… - проблеял один их них. - Да? – не поворачивая головы, отозвался Тор. - Меда больше нет. Остались только бочки… Вы велите… - Ну так катите сюда бочки! – рявкнул Тор. Слуга съежился, ожидая, что бог бросит в него бутылку (метание бьющихся предметов в последние два дня стало его излюбленной забавой). Однако «тиран» больше не обращал на него внимания. Его взгляд был устремлен вдаль, на столь любимую Локи панораму Асгарда. – Что это? Слуга с опасением глянул в ту же сторону. - Это… Биврёст открыт, - осторожно сказал он, уже немного расслабившись. - Без тебя знаю, что Биврёст! – взвился Тор, отбрасывая бутылку в сторону. Слуга снова съежился, хотя брошена она была не прицельно. Призвав Мьелльнир, Тор бросился к выходу из зала. Хранилище оружия встретило его леденящей тишиной и мраком, таящимся по углам. Тор целеустремленно прошел мимо старинных реликвий и магических артефактов к дальней стене, перед которой на возвышении стоял ларец ётунов. Однако целью его был вовсе не ларец. Бог яростно грохнул об пол молотом. Он обладал не меньшей властью, чем копье, к тому же, Тор сейчас был официальным властелином Асгарда. Прочная решетка за ларцом, скрывающая за собой неясную угрожающую тень, растаяла, как масло, выпустив на волю Разрушителя. - Сделай так, чтобы мой брат не вернулся. – Тор был готов поклясться, что в пустых глазницах стража хранилища зажегся восторженный и жадный огонь. – Уничтожь там все.

чЧч

- Вы… - Локи судорожно вздохнул после крепких объятий четверки, ставших для него полной неожиданностью, поскольку до изгнания они к нему такими дружескими чувствами не пылали. – Что случилось в Асгарде? - Там… - Сив набрала воздуха в легкие. – Такое творится! Один во сне, Тор… Он никогда раньше таким не был. – Друзья согласно закивали. – Он заливает горе хмельным медом… - Горе? – фыркнул Локи. – Я думал, он теперь царь. - Ну… - Троица и Сив замялись. – Он единственный наследник, пока ты изгнан. Но… Копье пропало. - Пропало? – переспросил бог и легко рассмеялся. – У меня хорошие новости. Оно не пропало, а находится сравнительно недалеко отсюда. Правда, оно в руках местных властей и я не смог его забрать… - Мы сможем! – воинственно пообещал Вольштагг. – Говори, куда идти, и Гунгнир вернется к нам! Остальные асы поддержали его согласными возгласами. - Нет! – ужаснулся Локи. – Нет и еще раз нет! Тогда страшные кары попадают на голову Джейн… Ах, вы же не знакомы. – Бог развеселился при мысли, что Асгард на грани войны, а они разводят тут церемонии. Это ли не показатель утонченности общества? – Давайте же полюбезничаем. Итак: леди Сив, Фандрал, Вольштагг и Огун, - представил он асов смертным, - А это мидгардские ученые Джейн Фостер и Эрик Селвиг, а также прелестная аспирантка (правда, я не знаю, что это значит) Дарси. Смертные и боги поприветствовали друг друга. - Ну, вот и познакомились.

чЧч

Тор, кипя от злости, обратился к сложившему руки на огромном мече Хеймдаллю, держа Мьелльнир в опущенной руке. - Хеймдалль! Я объявляю, что за свою измену ты освобождаешься от обязанности хранителя Врат и перестаешь быть гражданином Асгарда. - Тогда я не обязан тебе подчиняться, - не меняя позы, заметил тот. Страж молниеносно вскинул меч, но Тор был к этому готов и мгновенно метнул Мьелльнир, уклоняясь от удара мечом. Хеймдалль потерял сознание. «Добить?» - задумался Тор. «Нет, лишняя трата времени». Злясь на весь мир, он не хотел признаваться сам себе, что на убийство того, кто хотел блага для Асгарда (хоть и весьма оригинальным методом: нарушив данное царю обещание) он не способен. Отняв меч, Тор открыл портал в Ётунхейм. Пора было уничтожить этот рассадник зла и причину его, Тора, отчаяния. Можно было бы сейчас оставить портал открытым, и его мощь уничтожила бы Ётунхейм… Но бог хотел быть уверен, что Лафей умрет, и умрет непосредственно от его руки. Он уже давно догадался, чем заманить повелителя ётунов и как это сыграет ему на руку.

чЧч

Тем временем секретные спецслужбы Мидгарда ломали голову над огромным кругом из загадочных знаков, который остался от перемещения Троицы и Сив. - Вызовите лингвистическую службу, - проводя рукой над знаками, но не касаясь их, скомандовал агент Коулсон. Подул сильный ветер, небо точно над кругом затянулось грязными серыми тучами, плотными и низкими. Из скопления туч на землю медленно опустилось что-то, похожее на компактное неподвижно торнадо. Жители города тоже заметили, как открывается Биврёст, но только шайка-лейка, возглавляемая по всеобщему умолчанию Локи, знала, что это именно Радужный мост. - К нам кто-то еще летит? – осторожно поинтересовалась Дарси.