ОСАДА

АВТОР ОСОБО БЛАГОДАРИТ ЗА ПОМОЩЬ LOST SOUL Эпиграф: Злые рты извергают кляксы. Оставляют на душах пятна. Запускается цепь реакций. И слова не вернуть обратно. Будто рвоту роняют суждения, Облепляя удушливой тупостью. Аргументом для них - презрение, Кругозор отличается узостью. Бесполезно пытаюсь отмыться, Но водою не смоешь память. Бесконечно пустые лица их, Двадцать первого века знамя. М. Семёнова. Злые Сон был странный и жуткий даже для такого храброго и смышленого мальчугана, как Алекша.Снился ему дедушка и Анастасий: -Грядет твое время, Алекша-, говорил дед.- Трудно будет тебе - друзей терять придется, однако вперед иди и не бойся, вера защитит тебя и истину укажет, где сомневаться будешь. Неожиданно сон прервался. Алекша проснулся на лавке. В горнице горела, чуть потрескивая, лучина, слегка освещая лицо безмятежно спавшей на полатях белокурой девчушки - Оленьки. Мальчик призадумался - всего каких-то два месяца назад был им раскрыт подлый заговор печенежский. Но юный хан Гияр оказался верен своим словам - ушли кочевники и не видели их боле в этих краях. -Может записи вести? - подумалось отроку.- Что случилось ранее и что будет... Слава Богу, воевода меня к себе в ученики взял, а поди знает кто разве, что дальше будет? Вдруг снова заговор или междоусобица - что ж, холопом становиться? Ин ладно, поживу, а там увижу. - Опять сны дурные? - раздался грозный, но тихий голос Добрыни - Да ерунда это, батюшка воевода,- бодро ответил Алекша. -Ох не лги мне, Алекша! Вижу, что мысли тяжелые уснуть тебе вторую ночь не дают. Не грозит тебе ничего покамест. Помолись Господу да и спать ложись с легким сердцем. -Ладно, Добрыня Никитич. Только вот... Разве что завтра к Бояну сходить? - Не найдешь ты сейчас Бояна. Он до осени травником в дальнюю деревушку подался. Болезнь там детей смаривает, вот и подсобить в лечении решил добрый человек, - ответил Добрыня и присел рядом с Алекшей.- Долго со стариком-то знаком? - По правде - нет. - Жаль. Я думал, что от бессонницы что-нибудь посоветуешь - Добрыня Никитич, я не знаю премудростей лекарских, врачевать не умею - уж не взыщи, - грустно улыбнулся Алекша - Кем же быть хочешь? Воином? Знаю, что мечта это твоя заветная - мальчишка ты ловкий и смелый. Да и смекалкой обладаешь! А любые полезные знания, Алекша, воина украшают.Эх, жизнь наша нелегкая... вот что - не дело тебе полуночничать - спать иди. У меня завтра дело неотложное. Знаешь про свадьбу княжескую с царевной Византийской? -Ага. Никак она завтра будет?? -Вот то-то и оно. Гуляйте там с Оленькой без меня - дело важное появилось. Раньше двух недель и не жди! - В поход идете?! - с благоговением спросил юный ученик - Куда же такой поход-то короткий?- усмехнулся Добрыня,- дело есть в Московии неотложное. Да вас-то с Олькой не возьму - малы еще)). - Выспаться тебе надо, батюшка воевода. Как говорил мне Анастасий :"Светлые дела во тьме не творятся". Усмехнулся Добрыня: - Твоя правда, Алекша. Ну-тко, ответь мне, какой злейший враг - война или страх? - Стало быть страх... Иль нет? - Верно, страх поди ещё хуже войны. А еще - недосып да усталость. От них проку, как от Хотена и Коснятина, когда им думать приходится. А ежели таких лбов здоровых к врагам в стан... Да с козой.. Ох и потеха будет! - рассмеялся Добрыня.- Вот что. Еды вам на две недели хватит. Гляди, Оленьке не говори, что я в Москву собрался. Она давно мечтает поглядеть на неё, однако опасно сейчас ей там быть. Добрыня стал собирать кое-какие небольшие вещи, пригодные в дальней дороге, в котомку. Внезапно, в другой горнице послышался шорох - это проснулась Олька. Впрочем, встала она еще давно. Это было как раз, когда Добрыня о Москве заговорил. Несмотря на свою ангельскую внешность : невысокий рост, длинные, пышные волосы цвета льна, хрупкую, худенькую фигурку, лицо фарфоровой куклы и зеленые,словно весенняя луговая травка, глаза - то в задумчивой пелене, то горящие озорными огоньками, Оленька была настоящим сорванцом-мальчишкой по характеру. Ездить на лошади она научилась почти в то же время, что и читать, где-то в пять - шесть лет. Что было диковинно для девочки в ту пору - писать и читать девочек не учили, а что уж и говорить про сносную езду на лошади. Не женское,мол, это дело. Оленька тихо и проворно, словно кошка, спрыгнула с полатей и задрожала от холода - комнату протапливали только вчерашним днем. Наскоро накинув старую заячью телогрейку, девочка на цыпочках вышла из комнаты, проклиная старые, слегка подгнившие, скрипучие половицы. Притаившись за дверью, Оля жадно вслушивалась в каждое слово, сказанное её отцом или лучшим другом. - А далеко ли до утра, Добрынь Никитич? - спросил Алекша, подтачивая маленький монгольский кинжал - подарок Гияра. - Дело за полночь идет. Вот наказ мой тебе: за дочерью пригляди. Ты уж передай ей, чтоб мамок с няньками слушалась. Шутка ли, девке одиннадцатый год пошел, а она все как мальчишка бегает - не ровен час жениха искать надо будет. Читать-то и писать пусть учится, но про рукоделие и домоводство забывать нельзя. А как до Москвы дойдем, я тебе голубя пришлю. Если не прилетит в назначенный срок, то бери Оленьку и с купцами первыми отправляйся , что на Москву пойдут. Ну, уразумел ты, надеюсь. - Батюшка воевода... Что же в Москве-то тебе понадобилось? - полюбопытствовал отрок - Так уж и быть, скажу тебе. Грамоту с тайным посланием передать мне от князя надо человеку одному. На всякий случай, возьми такое же письмо - не дай Бог случится что - вот в Москве и отдашь. - Добрыня поглядел на мальчика и ,потрепав по волосам, обнял: -Славный ты ученик, Алекша! Словно сын родной стал ты мне. Прощай... Воевода вышел из комнаты, взяв суму с вещами. Когда его тяжелые шаги стали слышны на лестнице по пути в сени, то в горницу юркнула Олька. Алекша невольно залюбовался ею: вьющиеся льняные волосы девочки, днем всегда аккуратно заплетенные в косы, теперь были разбросаны в беспорядке по плечам и спине. Домотканая сорочка, с яркой вышивкой по рукавам и краям подола, казалась белой ,словно снег, в полночном сиянии. Лицо девочки, вначале было печально-задумчивым, но через мгновение в глазах загорелись знакомые озорные огоньки. Из прелестного, неземного ангелочка, как думал в первые секунды Алекша, девочка превратилась в домовенка. Образ дополняли несколько перьев на голове ( из подушки) и пушистая, чуть рваная и безразмерно большая заячья телогрейка. - А ты вовсе не спишь, я давно уж заметила... Ты со мною пойдешь али как? - мальчик знал эту интонацию голоса - если он ответит ей "нет", то это будет обида на всю жизнь. Ну или на пару дней, но вам лучше не знать как обижалась эта девочка. Это было, пожалуй, пострашнее рассерженных пчел на Бояновой пасеке. - С тобой, конечно. Если отец твой пропадет, то и послание доставить некому будет. Оленька запрыгала на одном месте, хлопая в ладоши. -Тихо, Олюшка!! Как бы твою няньку Агафью не разбудить. -Это верно. Раскудахтается, точно наседка,- передернула плечами девочка- Ты как хочешь, а я спать пойду. Чего и тебе желаю. -Хорошо.- усмехнулся мальчик и, свалившись на лавку, уснул как убитый.