Сильфиада. Книга Судеб.

      В Печальный Замок Лед вернулся утром, через два дня после их ссоры с Назиром. Впрочем, он не выглядел обиженным – крутя тонкую тросточку в руке, он, насвистывая, прошел мимо Назира, ничего не сказав.       Тот с любопытством наблюдал за названным братом; интересно, а он и вправду такой… отмороженный? Ведь что-то да значит эта вьюга; психовал? Назир усмехнулся своим мыслям. Лед разъярился – короткий анекдот! Нет, тут другое. Просто заморозил что-нибудь из эстетических чувств? Это на него похоже, на брезгливого эстета.       - Ну, и что ты учинил в городе? – поинтересовался, наконец, Назир, видя, что Лед и не собирается с ним делиться, а преспокойно занимается собой – вдевает в уши длинные алмазные серьги-подвески, приглаживает белесые волосы.       - Ничего такого, - пожал плечами Лед. – Построил себе дом.       - Дом? – переспросил Назир, скривившись. – Зачем тебе дом?       - А что, запретишь? – беспечно спросил Лед. – Тавината запрещал потому, что хотел всегда видеть нас. Ты тоже хочешь день и ночь любоваться на меня?       - Нет, но…       - Тогда о чем речь? – Лед обернулся, и Назир с удивлением заметил какое-то изменение в нем. Как-то по-иному блестели его глаза, кривились в усмешке губы.       - Что с тобой? – удивился он.       - Ничего, - Лед, к большому изумлению Назира, широко (и достаточно едко) улыбнулся. – Без Тавинаты жизнь становится веселее.       Внизу раздалась какая-то возня – звуки борьбы, лязг; и оба брата кинулись к балюстраде посмотреть, что там такое происходит; и если у Назира еще оставались какие-то вопросы, то они умерли, не родившись, от представшего перед ним зрелища.       Каким образом Злату удалось перебросить хаккарана через Сеть – неизвестно, но факт остается фактом: он притащил в Печальный Замок Далта.       - Где мы? Где мы? – голос Далта был глух, испуган и плаксив.       - В замке волшебника, - Злат явно издевался. – А ты думал, это дешевые трюки, что ли?       - Но если у тебя есть замок, - потрясенно произнес Далт, - то зачем тебе деньги?       Он был отчетливо виден стоящим наверху Льду и Назиру – растерянный, подавленный, поверженный на колени человек в пятне бледного цветного света.       - Ну и дурак же ты! – в голосе Златоноста послышалось злое торжество. – Разумеется, деньги мне не нужны. Мне нужен ты, твоя душа – как в плохих фильмах ужасов, да?!       Раздался дикий визг, словно большая крыса попалась в крысоловку – и Злат проволок что-то по полу, держась за шею существа, еще недавно бывшего человеком.       Назир, побледнев, отпрыгнул во мрак, словно каменные перила, за которые он держался, жгли его.       - Хаккаран! – зашипел он. – Этот дурак притащил хаккарана!       Лед непонимающе переводил взгляд то на испуганного Назира, то на животное внизу.       - Вот так-то, - Злат, посмеиваясь, швырнул получеловека-полусобаку в клетку в углу, и тот яростно взвыл, вцепившись когтистыми лапами в решетку. – Ну-ну, не будем больше лгать друг другу, не так ли, приятель?       - Отпусти меня! – для Далта, казалось, не было неожиданностью его внезапное превращение; на его собачьей (точнее? полусобачьей) морде, сохранившей еще некоторое сходство с человеческим лицом, была написана животная страсть, ярость; мускулистое огромное тело, разорвавшее , поросло длинной черной шерстью, такой же, как и всклоченная грива на его голове. Он скалил зубы, огрызался, а на его могучей шее блестел золотой ошейник с драгоценными камнями.       - С рубинами, - машинально отметил Лед.       - С рубинами?! Ах, черт! Он самовольно присвоил себе силу Рубина! Как это у него получилось?! – зашипел Назир. – Под носом у Тавинаты?!       - Он силен в магии Игр Разума, - с ухмылкой ответил Лед; Назир потемнел лицом:       - Ты думаешь, что я не смогу справиться с этим сопляком? Что я – дурак?       Лед красноречиво возвел очи горе, но промолчал.       - Ты – хаккаран, друг мой, - заявил тем временем Злат.       - Это я и без тебя знаю, ты, ублюдок!       - О, да брось ты притворяться! – Златоност презрительно сплюнул на пол. – Говорить по-человечески и я горазд. Дай высказаться твоей Сущности.       Хаккаран зло зашипел, вцепившись в прутья клетки. Затем он заговорил – и голос его изменился; он стал шипящим и баюкающим одновременно, неожиданно приятным и сладким.       - Чего ты хочешь, демон Златоност?       - Ого, - Злат весело усмехнулся, - уже и имя мое знаешь! Вот видишь – мы с тобой быстро споемся.       - Ты замахнулся на силу, которая тебе не подвластна. Тебе не покорить меня.       - Да ну? А я, что ли, сижу в клетке? – Златоност взбесился; казалось, даже мысль о неудаче приводит его в ярость. – Это ты, дурак, не сможешь со мной справиться.       - Чего тебе нужно?       - Все очень просто: ты убьешь свою подружку Бэллу. Я ей ничего не могу сделать, а вот ты…       - А если я откажусь?       - Попробуй; вот видишь, я даю тебе свободу выбора, и лучше бы тебе подчиниться, потому что в противном случае… Ты думаешь, я надел ошейник для твоей красоты, что ли? Ошибаешься; эта вещь просто не даст тебе восстать против меня. Она тебя мне подчиняет, и я могу в любой момент сделать с тобой все, что пожелаю.       - Зачем же ты усадил меня в клетку?       - Для твоей же безопасности. Я не хочу убивать тебя, не поговорив. А хаккараны ведь не дураки. И ни один из них не станет умирать за идею, не так ли?       - Как действует ошейник?       - А разве ты не понял? Он превращает. Далт – хаккаран, хаккаран – Далт. Представляешь, что сделает с тобой твоя Бэлла, если ты – только подумаешь об этом! – попросишь у неё помощи? Для тебя ведь не секрет, что она – Торн?       - Торн! – ахнул Назир. – Вот удачливый мальчишка, нашел Торна!       - Она глупа; она пожалеет меня, если я скажу ей, что ты превратил меня в чудовище; и избавит от твоего ошейника.       - Ха! Даже не надейся на это! Ты явишься к ней в обличье хаккарана, она вызовет из души Силу Сильфа, и всю её глупость как рукой снимет. И даже если ты на её глазах превратишься в Далта и слезно начнешь умолять её о помощи, она все равно убьет тебя, потому что будет видеть твою Сущность. Ты же знаешь, я не вру. Я все очень точно рассчитал.       - И что я должен сделать?       - Я уже сказал: убить. У-б-и-т-ь. Подойти, вонзить в неё нож – так понятнее?       - Но ты же можешь приколдовать её и убить сам.       Златоност расхохотался, закинув голову.       - Ты – тупица! Приколдовать Сильфа? Торна? Мне – приблизиться к Торну? Если б я мог это сделать сам, то неужели бы я заставлял это делать тебя? Я сильнее тебя, но слабее её, а ты – примерно ей равен… но я боюсь её чистоты, а ты нет.       - Ты не боишься, что я использую это знание против тебя?       - Ничуть. Ошейник – он как часть меня. Он будет контролировать тебя во всех твоих поступках, мыслях, действиях. Я же сказал, что сильнее тебя. Я сейчас, пожалуй, выпущу тебя – и если ты захочешь кинуться и вцепиться мне в глотку, то снова станешь человеком. А с человеком тут всякий управится. Да и что человек может сделать мне, демону?       - Хаккаран?       - Хаккаран – может. Но ты уже не сможешь стать хаккараном без моего участия, если станешь человеком.       - Но тебе же не по вкусу будет, если я попытаюсь задушить тебя?       - Естественно! Кому же это по вкусу?! Это будет мне неприятно, но…ты когда-нибудь пытался душить статую? Так вот, это будет так же бесполезно. Чтобы причинить вред демону, надо знать его имя.       - Я знаю твое имя, и догадываюсь, что убить тебя можно золотом – или Сильфом Золота.       - Такого Сильфа нет; а золото… где ты его возьмешь? Да если даже и возьмешь – ты превратишься в человека, и это будет мне сигналом.       - И что ты сделаешь?       - Разумеется, попрошу того, кому не страшно золото, отобрать его у тебя и выбросить. Что может сделать человек против демона?       - А если я буду человеком, когда возьму золото?       - И превратишься в хаккарана? Ну и что? Тогда сначала я велю ошейнику превратить тебя в человека, а затем попрошу того, кому золото не страшно, отнять его у тебя и выбросить.       - Я понял, в чем твоя сила.       - Да ну?       - Ты умен, - ответил хаккаран и превратился в человека. Злат нахмурился:       - Очень интересно, что ты задумал?       - Я подумал о том, - сказал человек, - что ты погибнешь. Непременно. И твой ум тебе не поможет – Магия Игр Разума обернется против тебя, потому что ты не можешь знать всего. И не можешь видеть всего. И не можешь прочесть всех мыслей. И однажды кто-то позавидует тебе, но не ты, ни я не сможем – а я и не захочу, - тебе помочь.       Человек остался человеком, и это было знаком того, что он не врет. Злат криво усмехнулся и пожал плечами, бросив быстрый взгляд наверх:       - Ты ненавидишь меня и потому говоришь так. Оставайся при своих мыслях. Но знай – ты в моих руках, - сухо ответил он.       - Как и ты – в моих, - возразил человек. – Хаккараны еще никому не помогали и не приносили счастья.       - Посмотрим, - буркнул Злат и вышел.       Принц Лед выразительно глянул на Назира.       - А мальчик-то растет на глазах, - сказал он. – Как легко он читает заклинания, просто плетет их, как паук паутину! Поистине, Магия Игр Разума – самая сильная из наук; я, конечно, не большой специалист в ней, но кое-что смыслю… он своей правдой, своим Знанием, сковал хаккарана по рукам и ногам. Браво!       - Я бы так на твоем месте не радовался, - огрызнулся Назир. – Он сильнее нас обоих, он обладает Знанием, которое позволяет ему читать мысли людей; он смог пленить хаккарана. Черт, да он смог подчинить его, пользуясь всего двумя словами – «да» и «нет»! Он живет в своем мире странных понятий, для него реально существуют какие-то невидимые нам Силы, и все тайны этой планеты перед ним открыты, как на ладони! Он знает ВСЕ. Он построил Печальный Замок, который может сделать его, меня, тебя – снова людьми… Он связывает и разрушает наши миры – живой и мертвый - без какого-либо перехода… он просто не видит разницы!       - Это дифирамбы или вой ужаса? – холодно спросил Лед; Назир яростно сверкнул на него глазами:       - Ты дурак, что ли?! Он очень умен, но не мудр. Гениален, но не мудр. Он мальчишка. Его отец-человек едва ли дожил до двадцати лет… и хаккаран прав – он погибнет! Хаккараны никому не приносили счастья! Он же увидел нас, этот хаккаран Далт, и прочел свое поганое заклятье! Это МЫ –позавидуем. Это наших мыслей не может прочесть Злат! – Назир был в ярости. Лед хмыкнул.       - Что за ерунда. Ты завидуешь Злату? Нет; я тоже. Далт сказал так лишь потому, что нас увидел, и его человеческая половина нашептала ему что-то о Зависти… о Власти… Но мы-то Демоны.       - Да?! А ты забыл о человеческом начале?! – язвительно сказал Назир. – Не она ли убьет Злата? Читая заклятье, хаккаран накладывал его на Злата; на тебя; на меня; не мы с тобой будем завидовать - А ОН. ЗЛАТ, будет думать так. Он сильнее нас обоих! И если в его сумасшедшей голове родится подозрение - он убьет нас. Вот о чем я говорил. Вот в чем суть Игры Разума хаккарана.       Лицо Льда нервно дрогнуло:       - Я… я никогда!.. Нужно сказать ему, чтобы он избавился от хаккарана.       Назир покачал головой.       - Злат – мальчишка, хаккаран для него – домашний зверь. Он упрется и не станет избавляться от него, подумает, что мы ему завидуем – человеческая подозрительность, а? И задумает что-нибудь против нас. Он же такой умный.       Принц Лед лихорадочно соображал:       - А если молчать?       Назир снова покачал головой:       - Хаккаран ненавидит его; он скажет ему о том, что видел нас, когда поймет, что мы и пальцем не пошевелили, чтобы избавиться от умненького братца вместе с его зверьком, и Злат опять же подумает, что мы недоброе замыслили – хотим избавиться от него руками хаккарана! И задумает плохое сам. Тогда нам придется его убить. Он прав, этот хаккаран. Он обречен.       - Ты с ума сошел! Злата!!! Лучше выпустим кишки этому уроду!!! – Лед кивнул вниз.       - И разозлить Злата?       - А если сказать ему, что мы знаем о хаккаране и одобряем его поступок? Если позволить делать ему все, что он задумал?       - Я никогда не одобрю хаккарана… он приносит несчастья. А Злат… Злат – мальчишка. Он уничтожит нас всех, если позволить ему командовать.       - Возможно, ты не прав!       - Возможно; но – лишь возможно, - Назир скрестил руки на груди и качнулся с носков на пятки обратно.       (Словно током ударило Принца Льда, и он схватился за голову. Воспоминания оглушили его и ноги в блестящих ботинках, покачиваясь с носка на пятку, вдруг невероятно выросли, запрыгали почти возле самого лица, и знакомый («до боли в печени» - чье это выражение? Где он его раньше слышал?) голос произнес:       - Лучше поступим так…)       - Лучше поступим так. Скажем, что знаем. И – откуда знаем. Скажем, что не одобряем его присутствия здесь, но мысль натравить его на Торн весьма недурна… что с тобой?!       - Помню, - прошептал Принц Лед, отирая пот со лба, - помню… твой человеческий отец говорил точно так же… это воспоминание чуть не уничтожило меня.       Назир с интересом смотрел на Льда.       - А что ты вспомнил еще?       - Ничего; только это. Твой отец… он, как и ты, привык быть первым и отдавать приказы, и это его выражение – «лучше поступим так». Это он говорил. Говорил моему отцу, который привык прислушиваться к его мнению…       - Может, они были братьями?       Принц Лед укоризненно посмотрел на Назира:       - Взгляни на нас – могут ли два таких разных существа быть родными?       Назир закрыл глаза и глубоко вздохнул, успокаиваясь:       - Ладно; забудем пока… пока! Итак – Злат. Очень умный, талантливый мальчик. И я не хотел бы, чтобы он умер. Любой ценой нужно спасти его. Власть – нет, ему нельзя давать её, она его ослепит. А вот провернуть дельце с Сильфами – это ему под силу. Хаккаран убьет Торн.       - А до того?       - До того – обмануть Злата. Нужно сказать ему, что мы знаем, что имел в виду хаккаран, но напомнить, что мы – демоны. Заставить его позабыть о человеческом начале. Потому что – я не могу ручаться за каждого из нас. Я не завидую ему, ты ему не завидуешь, но от человеческой мнительности он не застрахован, как и от честолюбия. И если кое-что сказать ему, а кое-чего не говорить, это сработает как хорошее заклинание. Хаккаран наложил на него двойное заклятье – это двойной круг, двойное «если»: если они (мы, то есть) будут действовать против, и если они не будут действовать. Мы можем ввести свои константы в его уравнение и разомкнуть круг. В конце концов, что такое заклятье? Слова, всего лишь слова, сказанные в нужное время, в нужном месте и при нужных свидетелях. Только при этих всех условиях слова имеют силу заклятья, и называется это – Интрига. Многим людям подвластна мудреная магия – Игра Разума. И не хотел бы я повстречать человека, в совершенстве ею владеющем, бр! Вот и хаккаран запустил свою интригу – с целью нас троих рассорить. Он сказал что нужно при тех, при ком нужно. Злат будет обречен, если станет слушать этого ублюдка.       - И как же нам быть?       - Отвлечь его внимание от хаккарана чем-нибудь этаким, что ему интересно. Убедить его осуществить тот план с этой его Сетью – план хорош; представь, если мы сможем притащит Сильфов СЮДА, ПО ОДНОМУ, как он сделал это со своим хаккараном?! Тот же Злат сможет передушить всех их своими руками в свое удовольствие, а мы будем аплодировать ему и осыпать цветами… так, поодиночке, можно всех Сильфов извести, кроме Торна – но на Торна у него и есть этот хаккаран. Надо, словом, отвлечь внимание Злата и от своих персон, перевести его внимание на работу. Когда он работает – он забывает обо всех. И о заклятье, наложенном на него, он просто ЗАБУДЕТ. И оно не сработает.       - Ты думаешь, он справится? Сможет забыть? – с сомнением произнес Лед. Назир пожал плечами:       - Если дальше станет работать, как до этого – да.       - Но он все-таки притащил сюда этого хаккарана! И позволил ему околдовать себя!       - Хаккарана можно было б поместить в другое измерение… в другое место, откуда он не смог бы дотянуться своими ядовитыми щупальцами до разума Злата… полагаю, он сам до этого додумается, он же такой умный!       - Но хаккаран околдовал его! – не унимался Лед. Назир нервно дернул плечом:       - Ну, уж мы-то постараемся его освободить! В конце концов – этот хаккаран не смог унять даже свою разбушевавшуюся подружку, где уж ему справиться со Златом?! Мальчик не дурак; сам поймет, что к чему, - где-то хлопнула дверь и Назир вдруг расхохотался. - Ага, видел, видел?! Ты его видел?!       - Кого? – не понял Лед.       - Злата! Он же подслушивал нас – а я этим воспользовался и прочел своё заклятье, против хаккарана! – в диком восторге он свесился вниз через перила и язвительно крикнул: - Ну что, бобик, думал – ты сильнее меня, древнего Назира, Повелителя Холодного Огня?!       Принц Лед удивленно охнул:       - То есть ты… все твои речи – это … Игра Разума?!       - Да, и ты великолепно подыграл мне с твоим «воспоминанием»! Это гениально – словно бы нечаянно выдать краешек общей тайны! Это добавляет правдоподобия.       - Но я не притворялся, - осадил веселящегося Назира Лед. – Я и вправду все это вспомнил.       Назир резко обернулся к нему, пристально уставился в глаза.       - Вот как? – с нажимом произнес он.       Лед не отвел взгляда.       - Да, так, - ответил он. – Почему ты никогда не говорил, что умеешь играть в Игры Разума?       - Ты тоже не говорил, что умеешь улыбаться, - огрызнулся Назир.       - Это ты учил Злата – да чего я спрашиваю! Больше некому; Тавината лишь злился и ныл.       - А ты – почему от твоих прикосновений не умирают люди? – вдруг спросил Назир.       Это было странное зрелище; они стояли друг напротив друга и разглядывали друг друга подозрительно, словно впервые видели.       - Значит, это было заклятье… и на самом деле ты… ты завидуешь Злату?! – протянул Лед изумленно.       - Немного, - хищно улыбнулся Назир.       - А мы, оказывается, ничего не знаем друг о друге, - продолжил Лед. Назир снова ухмыльнулся и пожал плечами. *******************************       Вечером того же дня Злат явился в лабораторию, и, весело насвистывая, открыл в нише вход в другое измерение. Хаккаран Далт тревожно заметался в клетке:       - Что ты делаешь?!       - Ты приносишь несчастье, - весело сказал Злат, толкая клетку к нише. – Я посажу тебя туда, где ты этого делать не сможешь.       Лицо Далта побагровело, он кинулся на решетку, трансформируясь в собаку:       - Ах ты, гад! – завопил он и Злат, увернувшись от его длинных когтей, издевательски захохотал:       - Читай свои заклинания в одиночестве! Может, заколдуешь самого себя?!       - Как ты освободился?! – выл хаккаран.       - А ты думаешь, ты один такой умный?! Ты живешь лет двадцать от силы, а мой брат Назир – да я знаю его уже лет триста, не меньше! Да ты же его видел – он же вон там, наверху стоял? – Злат снова пакостно расхохотался, толкнув клетку в небытие. – Пока, солнце мое! До встречи!