Договор на дружбу

The National - Anyone's Ghost Минут через 20 он все-таки отвлекся от работы и подошел к ней. Она сидела у барной стойки и пила мартини. Алекс подошел к Кэри сзади и положил руки ей на талию, его голос пронесся прямо у нее за ухом: - Можно мне оливку? Кэролайн вздрогнула, улыбнулась ему, взяла зубочистку с оливкой и поднесла к его губам. Алекс зубами снял лакомство и довольно зачавкал. - Сейчас начнется концерт. - А кто играет? - The National. - Я не знаю таких. - Мне кажется, тебе понравится. Тут же на сцену выбегает какой-то парень с микрофоном. Парень буквально создан для сцены: начинает речь с шутки и заканчивает предсказуемым "Встречаем на сцене группа The National!!!!!" Громкие аплодисменты всплыли в воздух и почти сразу же притихли. Солист начал петь песню, когда-то полюбившуюся Алексу. - Я не хочу быть твоей тенью. Я не хочу быть чьей-то тенью, - напевал он. Кэролайн смотрела на сцену, легонько покачивалась. Она взяла фотоаппарат, подняла его в воздух и записала пару песен, так на всякий случай. - Слушай, Алекс, а почему именно они? - Видишь солиста? - Ну? - Это мой бывший, - Алекс сделал театральную гримасу «Так уж вышло, детка». - Да ты смеешься! - Да, конечно, смеюсь, - Алекс сдался довольно быстро, обычно он всегда тянет даже самую нелепую шутку, пока в нее не поверят, а потом смеется как неугомонный. *** Под утро они пошли к Алексу. Он налил ей чай, а себе кофе. - Идем за мной, - Алекс махнул рукой, призывая идти за ним. Он побежал по лестнице наверх. Кэри побежала вслед за ним. Они вышли на крышу его дома. Было около шести утра - скоро рассвет. - Смотри, - Алекс указал пальцем на восходящую розовую полоску у горизонта. Маленький полукруг становился все больше и больше, не меняя своего нежного оттенка. Кэролайн допила чай - ее любимый со вкусом бергамота - взяла из рук Алекса чашку с кофе и поставила на бордюр. Было довольно холодное утро, но солнце начинало немного греть лица двух молодых людей. Алекс улыбнулся и обнял Кэри за плечо, а в другую ладонь поместил ее маленькие ручки и начал согревать их дыханием. Чувство безопасности поглотило их. Никогда в жизни они не испытывали такого. И, возможно, уже никогда не испытают.