Первая встреча

Пока планета ещё жива, Пока на небе сияют звёзды,       – мурлыкал Фулгрим, - Пришьём на китель мы кружева, Пока не поздно, пока не поздно!       Белошвейкой примарх был крайне неопытной, но он очень старался. В конце концов, должен же хоть кто-то в семье быть совершенством! Расшитый хлястик, свободный крой. Шинель из норки – вот наша сила! Считай, что сразу проигран бой, Когда ты храбрый, но некрасивый!       Феникс ойкнул и совершенно по-детски сунул в рот уколотый иголкой палец, стараясь не запятнать кровью белоснежную тогу, обшитую нежно-сиреневыми кружевами по подолу. Почти готово, будет в чём показаться отцу, когда тот вернётся из очередной экспедиции! Может, покрасоваться пока хотя бы перед зеркалом?       Зрелище в зеркале почти удовлетворило Фулгрима. Удовлетворило – потому что кружева таки получилось пришить практически ровно, и тога сидела поверх доспеха без единой лишней складочки... почти – поскольку чего-то всё же не хватало. Какой-нибудь детали, которая должна была оттенить и подчеркнуть совершенную красоту лучшего из сыновей Императора.       Примарх задумчиво прошёлся взад-вперёд, продолжая напевать привязавшуюся песенку: Планета будет всегда жива, Пока мы стильны и грациозны. Давайте строем ходить в боа...       Вот оно! Феникс едва не подпрыгнул на месте от радости. Осталось придумать, где достать подходящие перья – нужны были совсем нежные, пуховые, мягкие-мягкие...       – Здравствуй, брат мой, – отвлёк его от раздумий мелодичный голос за спиной. – Меня зовут Сангвиний, и я рад с тобой познакомиться.       Фулгрим развернулся... глаза его расширились, а ноздри аристократического носа хищно раздулись. Перед ним стоял натуральный ангел. С белыми-белыми крыльями, мягкими-мягкими даже на вид.       – Я тоже рад, что отец нашёл тебя, – голос примарха был сладким, как мёд, и лёгким, как шёпот. – Добро пожаловать в семью, брат Сангвиний. Надеюсь, ты не откажешь мне в маленькой просьбе?.. * * *       – Какие-то мы неправильные бледнолицые братья, вождь Летучая Мышь, – сдержанно пожаловался Коракс, раскуривая трубку мира – столь же старательно, сколь неумело. – Это не мы должны нападать из темноты на свирепых краснокожих и снимать с них скальпы.       – Это справедливость, вождь Чёрный Ворон, – мрачно принял трубку Конрад. – Сотни лет краснокожие безнаказанно убивали белых мужчин и уводили в плен белых женщин. Кто-то должен расплатиться за всё, расплатиться жизнью и кровью!       – А ты не думаешь, что отец будет недоволен, если с этим последним из могикан что-нибудь случится? – Корвус затянулся и выпустил облачко сладковатого фиолетового дыма. Кёрз равнодушно отмахнулся Грозовыми Когтями:       – От потери скальпа ещё ни один примарх не умирал.       – Мы же ещё ни с одного не снимали вроде... – озадачился Ворон.       – Потому и не умирал, – подтвердил Ночной Охотник.       На некоторое время оба замолчали. Коракс думал, что эта игра ему уже надоела. Конрад думал, что эта игра уже, наверное, надоела Ангрону, и нужно искать другой объект приложения сил.       Дверь в комнату распахнулась, пропуская нежданного гостя. Его единственное око сияло спокойной доброжелательностью, а кожа и волосы были прекрасного сочно-алого цвета – не то что у багрового от злости Ангрона.       – Здравствуйте, братья, – изрёк гость голосом глубоким, как корни дуба. – Меня зовут Магнус Алый, и я рад познакомиться с вами.       – Мы тоже очень рады тебя видеть, – широко улыбнулся Ночной Охотник, мягко поднимаясь навстречу – но в улыбке его не было веселья.       – Надеюсь, наши тихие семейные игры придутся тебе по душе, – Корвус мягко шагнул в тень, исчезая из видимости.       Кажется, решение вопроса было найдено. На какое-то время. * * *       Сначала по коридорам Императорского дворца с мелодичным криком ужаса пронеслось нечто белое.       Потом навстречу ему, рассыпая искры, сосредоточенно пролевитировало что-то красное.       А поскольку оба смотрели скорее назад, чем вперёд – неудивительно, что в одной из галерей они с грохотом столкнулись и единым белоснежно-алым клубком покатились по мозаичному полу. Распутались, чуть отдышались, заполошно уставились друг на друга.       – Сангвиний, – протянул руку ангел.       – Магнус, – ответил на рукопожатие колдун.       – Как думаешь, наверху тоже достанут? – Сангвиний быстро оценил оперативную обстановку.       – Могут, – не тратя слов напрасно, Магнус коротко тряхнул кистью, и перед новообретёнными братьями открылся портал.       – Идём, – решительно кивнул Сангвиний, шагая следом.       – Упс... – выдохнул Магнус. Сангвиний попытался встать с брата, но что-то давило сверху.       – Мы где?       – Не знаю... не было времени настраивать точку выхода. Я просто загадал – "безопасное место"...       Сверху заскрипело, и почти рядом с примархами опустились на пол чьи-то волосатые ноги шестьдесят восьмого размера. Прошлёпали по полу, что-то булькнуло и оглушительно запахло валерьянкой, а потом раздался удар двери об косяк и грохот доспехов.       – Лорд Вальдор! Флагман Императора пересёк орбиту Марса и приближается к Терре!       – Строй Кустодес на площади перед дворцом, я скоро буду, – зычным голосом велел обладатель волосатых ног шестьдесят восьмого размера. Дверь захлопнулась, топот удалился по коридору. Вальдор что-то буркнул и чуть ли не на нос Сангвинию упали семейные трусы с изображением золотой аквилы, прикрывающей распростёртыми крыльями самое стратегически важное место. Константин, судя по звукам, споро облачался в парадные доспехи.       Когда Самый Страшный Кустодес покинул своё жилище, братья-примархи, чихая и отряхиваясь от пыли, таки выбрались из-под кровати... и расхохотались, глядя друг на друга.       – Зато, – победно воздел палец Магнус, – тут нас точно никто не найдёт!