Прыжок в бездну

Кайла Когда она очнулась, было уже темно. Хорошо, что жива, хотя в голове громко звенело. Потрогав запястье, она громко вскрикнула. Кайла лежала в разбитой машине, на заднем сиденье. Лобовое стекло вдребезги. Все, как она и хотела. Эдд слабо пошевелился. Черт! Это он не по плану. Кайла попыталась выйти из машины, но дверь заблокирована. Придется вылезать с переднего сиденья. Все ее запястье было в осколках. Чудом не поранившись вновь, она пробралась вперед. Эдд схватил ее за руку, но был слишком слаб. Кайла вышла на свежий воздух. Лучше захватить самое необходимое. Эдд злобно смотрел на нее, с трудом вдыхая кислород. Он сильно ранен и не спасется. К чему эти мученья? Даже не думай. Тщательно обыскав их карманы, она нашла 2 кошелька, перочинный ножик и телефон. Наткнувшись на фото семьи Эдда, она сочувственно улыбнулась и взяла с собой. Впереди виднелись огни небольшого поселения. Туда она и направилась, хромая на правую ногу и захватив мешок еды на всякий случай. 6 дней спустя Джейк Джейк по кличке "Гарпия" сидел диване, изредка посматривая на своих гостей-приятелей, бродящих по квартире в поисках еды. Счастливое Рождество. Можете даже не стараться, холодильник заперт от вас. Главное, хорошо подготовиться, а то после такого в доме часто наступает голод, пока кто-нибудь не догадается сходить в магазин. Джейк подмял под себя пульт от телевизора и спрятал ключи от замка на холодильнике (он спас этим еду). Хреново; он думал, что придут друзья, а не делегация обыска. Решив разжалобить приятелей, он включил телевизор. Вконец отчаявшиеся гости присели рядом. Шла какая-то скучная передача, настолько неинтересная, что Кит из параллельного класса предпочел этому чтение газеты. Джейк медленно листал каналы, один за другим. Кто-то уже зевал. Кит удивленно вскрикнул, найдя что-то стоящее в своей газете. Шеридан Шеридан устало развалился в кожаном кресле, вертя в зубах дымившуюся сигарету. Через пять минут конец рабочего дня, и можно идти домой, к супруге. Да, тяжелые времена настали, тяжелые. Десять на часах. Шеридан взял в руки чемодан, набитый чертежами, всевозможными документами, и чинно спустился вниз, здороваясь с каждым работником. Много денег не мешают быть вежливым со своими подчиненными. Шеридан тихо поздоровался с личным водителем и сел в машину. Он старался ни о чем не думать, лишь изредка поглядывал в окно, на прохожих. Интересно было бы пожить в их шкуре. У каждого из них своя история, свои родные, свои семейные праздники и традиции. Шеридан, будучи мальчишкой, любил придумывать каждому историю жизни. Забавно, что иногда он мог и угадывать. Не любил он, когда на Рождество нет снега. Совсем голые деревья, затишье, улицы казались пустыми, несмотря на толпы народу. Ровное белое небо раздражало больше всего. Возможно, снег притаился где-то там, наверху, и не хочет спускаться, словно капризный ребенок. Доехал он без происшествий. Выйдя из машины, он без удовольствия вдохнул вечерний воздух и постучал в дверь. Супруга не открывает. Наверное, опять решила поплакать в подушку. Тщательно поискав ключи в чемодане, он без усилий открыл дверь и вошел. Все, как он и предполагал. Милая женушка опять плачет. Громко цокнув языком, он вошел в их общую спальню, где Мюриель и лежала, поджав под себя ноги. — Ну, что опять произошло? — Он пытался скрыть раздражение в голосе, но ему плохо удавалось. Мюриель подняла на него красные, заплаканные глаза. В сорок четыре года, даже сейчас они были по-своему красивыми. Супруга неохотно поднялась с кровати, прижимая к глазам носовой платок. — Только не надо притворяться, что тебе все равно. — Нет, дорогая, совсем нет. Я просто стараюсь не думать об этом. Шеридан присел рядом, поглаживая Мюриель по плечу. — Он наш сын. Ты думаешь, меня это не волнует? Мы разберемся с этим делом. Я найму частного детектива, и все проясниться. — Она посмотрела на него, как на прокаженного. — Он мертв, — прошептала Мюриель, яростно качая головой из стороны в сторону, — мне плевать, кто это сделал, но.. но.. он мой сын. Единственный сын. Они вырвали мое сердце и затоптали, задавили под колесами этой машины! — с каждой секундой она злилась все больше. В конце-концов, она резко поднялась с кровати, схватила вазу и бросила оземь. Осколки не задели нее, но один оставил на руке Шеридана глубокую царапину. Мюриель в бессилии опустилась на кровать и продолжила плакать. Супруг аккуратно приобнял жену, опасаясь очередной вспышки. В дверь кто-то постучал. Как не вовремя. Мюриель утерла слезы и пошла в ванную, боясь показаться в таком виде. Шеридан вновь цокнул языком и пошел открывать. На пороге стоял красивый шатен, сжимая в руках газету.