И кто в этом виноват?

Зал был великолепен. Повсюду сновали официанты с подносами. На стене было написано: " Этот приём - Никлаусу Майклсону - самому влиятельному мужчине года!". Кэр смотрела на всё с завороженными глазами, ей всегда было не до праздников и концертов. Она всегда отрабатывала прыжки и удары, делала и тренировалась до того, пока всё было идеально. Потолки высокие, всё золотое, тёплая музыка, ковролин, всё говорило о том, что сейчас придут снобы. Всё слишком изящно и вычурно. Лучше бы сделали праздник, весёлую музыку, развлечения. А зачем, надо чтоб было всё усыпано бриллиантами. Это же Ник. А он привык к шику. Они садятся за стол, за стол на двоих. Остальные столы стоят симметрично, мест у каждого стола 15. Только два стола стоят по два места, и за один садятся Кэр и Ник. К другому подходят Ребекка и Элайджа. Начинается церемония, то что Ник мужчина года и т.д. Кэр пропускает мимо ушей всё, что говорит ведущая этого мероприятия. Она смотрит на Ника. Он встал и принимал поздравления. Он улыбался, реально счастливой улыбкой. Она любовалась им. Вынесли горячее. Все гости принялись есть, но видимо у Ребекки не было аппетита и она подошла к Клаусу. - Привет, - с улыбкой подошла Ребекка и посмотрела на Кэролай и вновь на Ника, - Милый брат, не познакомишь меня со своей спутницей, Кэр поперхнулась, с чего бы вдруг Ребекка стала столь вежливой, ведь она была такая задира, всегда играла с парнями в войнушку или что-то наподобие пацанских игр. Клаус встал и за ним встала Кэр, они так мило выглядели, словно пара пришла на торжество вместе. Но это было не так, в голове у каждого был рой своих мыслей. - Сестра, ты не узнаешь Кэролайн, подругу нашего детства? - Ребекка вновь осмотрела Кэролайн, потом широко улыбнулась, и расставила руки принимая Кэр в обьятия. - Кэролайн! - пропищала Майклсон-младшая, - Подруга, как я по тебе соскучилась. - Я тоже, Ребекка, - мило и тихо сказала Форбс. Клаус посмотрел на Кэр, он увидел действительно счастье в глазах Кэролайн, ведь, когда они гуляли вместе, Ребекка очень сдружилась с Форбс. Они были подружками двора, не разлей вода. Но, к сожалению, вода разлилась и Майклсоны уехали. Ник опустил голову, вспоминая прошлое Ребекка подсела к ним, но не надолго, поговорив с Кэролайн, Бекка попрощалась и ушла. - У твоей сестры есть ухажёр? - расстроенно сказала Кэр, потому что она опять осталась наедине с Клаусом. - Да, некий Мэтт Донован, сестра просто от счастья светиться, когда говорит о нём, - Ник улыбнулся, он любит сестру, это видно. - Ты не боишься, что он причинит вред Ребекки? - зачем она это спросила? Карила себя за этот вопрос и уже знала на него ответ. - Я не боюсь, ведь все знают чья она сестра, никто не посмеет её пальцем тронуть, - Клаус начал злиться и понемногу повышать голос, - Но мне больше интересно, чтож за бессмертный нанял тебя, чтоб устроить моего брата? Ты мне ответишь? - Кэролайн всё понимала. Он не хочет лишиться семьи и причём она была ему примером: / 6 октября 1998 года: - Как ты справляешься? - неожиданно спросил ник, его голос разрезал тишину между ними. Они сидели в сквере не далеко от дома Майклсонов и Сальваторе. - С чем? - Кэр смотрела в землю и болтала ногами, скамейка была явно высока. - Без родителей, как ты можешь без семьи? - Клаус не хотел задавать этот вопрос, но всё же хотел знать, что твориться у неё внутри. - Папа у меня был мореплавателем, как ни странно не любил самолёты и по делом, а мама была шерифом в городе, и тоже не любила самолёты, - у Кэр начали появляться проблески слёз в глазах, а голос стал сбивчивым, - И тут папа приплывает из своего тур-похода, а маму отпускают на неделю, - слезы начали выступать на щеки и катиться вдоль маленькими горошинками, она дрожала и явно не хотела это вспоминать, но маленькая Кэр всегда отнекивалась, когда её спрашивали о родителях, и только Нику, только сейчас, она доверилась, она могла рассказать это только ему, - они решили съездить к друзьям, которые жили во Флориде, но машина сломалась, а на поезд билеты были распроданы до следующего месяца, видно не они одни боялись самолетов, - Ник обнял её, а она продолжала рассказывать, - они оставили меня у подруги, миссис Гилберт, а сами полетели, я слегла с ветрянкой, они хотели остаться и я и Миссис Гилберт понимали, что это их единственный совместный выходной, и мы сказали им лететь, - она хныкала и рыдала навзрыд, зачем он разрешил ей вспомнить, зачем? - Лучше бы не разрешилиииии. Рыданием не было предела, Ник просил прощение за то, что заставил вспомнить. Но Кэр не обиделась, а на душе стало легче, что она кому-то доверилась. И этот кто-то был Ник. У них была очень крепкая дружба, может и что-то большее... Хотя что может быть в десять лет.../ Кэр отрицательно покачала головой, она не могла выдать Катерину. Хотя, в основном, это Катерина виновата, но Кэр подписала этот невидимый договор своей кровью, она не откроется. Клаус взбешён. А это очень плохо. Он сжал бархатистую на ощупь скатерть, он был напряжён, как натянутая струна, вот вот готовая порваться и издать противный звук. Он держится изо всех сил, чтоб не схватить Форбс и не вытрясти из неё информацию. Даже сейчас, даже когда она чуть не убила его брата, даже когда она не хочет говорить имя своего нанимателя, он смотрел на неё и видел ангела. Только он не знает, что пришло в неё, когда он уехал, что вселилось а неё, когда его не стало рядом. Но он уже понимает, что той светлой и милой девочки давно уже нет, той Кэрри, всегда смеющейся и готовой придти на помощь - нет, её уже нет. на её смену пришла другая, смелая, сильная, готовая за себя постоять женщина, которая сидит около него и смотрит своим холодным взглядом, она не боится, или просто не показывает этого, но в глазах в которых сейчас только лёд, нет страха, в них безысходность. Но взгляд её говорит только одно: " Делай, что хочешь, я ничего не скажу". И знаете что? Он сделает, он сделает всё, чтоб выбить из неё информацию. Ой, дорогая Кэр, игра началась. *** Платье разметалось по полу, Кэр сидела на коленях, которые еле держали её. Руки привязаны цепями к стене, а голова опущена, локоны её волос были спутаны и спадали на лицо. К комнате было темно, только маленький просвет, потому что хозяин комнаты не задёрнул тёмно-красные, массивные шторы, пробирался и падал на лицо Кэролайн. Лучик света, только полоска на полу, давала понять, что наступило утро, а может уже день? Кэр не знала, она просто прикидывалась спящей, пока она не проснётся сама, он её не тронет, в этом она могла быть уверенна. Шею замкнуло, шевелить ей было не возможно, она тяжелела, словно на шею положили гири. Сколько она здесь? День? А, кажется, целую вечность. Она смотрела себе на колени, они были в тёмно-синих синяках. Ей было трудно думать, ведь голова просто раскалывалась. Она через силу начинала воспроизводить в памяти вчерашний вечер: /Вчера: Когда ушла Ребекка, Клаус задал всего пару вопросов, потом замолчал. Наступила тягучая тишина. Нет играла музыка и довольно громко, но они не разговаривали и тишина между ними начала давить, видимо Клаусу это надоело первым и он пригласил её на танец, как кстати заиграл вальс. Он протянул ей руку, зовя на танцпол, на котором уже танцевало несколько пар. Он вспомнил, как Кэр зашла к ним в дом, за два месяца как он уехал. Его мама включила вальс и учила этих маленьких недотёп, танцвать. Они тогда смеялись и веселились. Видимо Кэр тоже это вспомнила, поэтому спустя минуту, вложила свою крохотную, ледяную, как снег, ладонь в его, большую и обжигающую. Они танцевали и Клаус решил попытать удачу, и спросил ещё раз: - Кэролайн? - мягко спросил он, немного приблизившись к ней, смотря в её глаза внимательно, будто в них он мог всё прочесть, но увы. - Да. - спокойно и тихо, как ему нравилось, когда она не давила из себя вопли, не кричала, не плакала и не боялась его, а просто спокойно отвечала, хотя это было похоже на равнодушие. Но он заметил, как она вздрогнула, когда он положил свою руку ей на поясницу, во время начала танца. - Ты мне скажешь, кто заказал моего брата? - он знал, что она не ответит, ну а вдруг! - Нет, - всё также тихо и спокойно, она не волновалась, она думала, что он не причинит ей боль... - Ты всё равно мне скажешь, - уверенно сказал Клаус. Кэр посмотрела на него из под ресниц, он оцепенел, но не на долго, как давно он не видел этот взгляд, как он хотел его увидеть. Чисто голубое небо - это её глаза. В них всегда правда...была, когда-то. Испарилась, исчезла, изменилась. Его маленькая Кэр изменилась...к сожалению. - Даже не подумаю, - она оттолкнула его и убежала, сломя голову. Но он только почувствовав, как она его оттолкнула, разозлился, причём не на неё, на самого себя. Он постоял пару секунд, сжимая кулаки и побежал за ней. Он нашёл её около двери в её номер, она не слышала его. Он подошёл сзади, не только она проворна, он тоже чему-то научился за это время. Она рылась в своей сумочке,видимо ища ключи, она плакала? Он подошёл тихо и двумя пальцами нажал на сонную артерию./ Кэролайн покачала головой, пытаясь без помощи рук, скинуть прядь с лица. После трех попыток, ей это удалось. Она начала осматривать комнату: массивные шторы, которые были натянуты на огромных размеров окно. Видимо, это президентский номер, но что-то было не то. Паркет... вот почему коленки были не только побиты, но и ободраны, видимо она дергалась. Все стены выполнены в тёмных тонах, комната маленькая, видимо одна из многих в этом номере. Он здесь не первый раз, раз так всё обустроил, он не мог сделать это всего за два дня. Не её одну здесь пытали, ни ей одной развязывали язык. Крючки на стене, куда крепятся кандалы и цепи, за два дня не возможно сделать без единого шума, а шума от дрели или от молотка, она не слышала. Дверь массивно открылась, был слышен скрежет, от чего Кэролайн согнулась. Она сидела в этой комнате целый день, она не слышала посторонних звуков, только своё дыхание, слух привык к тишине. Дверь захлопнулась, причём с такой силой, что ушные перепонки Кэр, лопнут. Кэролайн взглянула на обладателя шума, хотя не было сомнений, что это Клаус. - Кэрри, Кэрри, - послышалось где-то в углу комнаты, туда никакой свет не падал, да и вообще комната была в полу мраке. Обладателя голоса не было видно, но бархатистый голос с английским акцентом, Кэр не спутает ни с чем, - Ты такая милая, - он подходил ближе и ближе, он поднял её подбородок двумя пальцами. Кэролайн заметила, что он был без рубашки, только в штанах. И он был пьян, очень сильно. Как только он начал говорить ей всё в лицо, запах почувствовался больше, - Ты могла мне сказать одно имя, только одно, но нужное, и ничего бы не было. Это запах перегара, она не выносило, сразу начало мутить. Она как могла вырвала своё лицо из этих лап мучителя. Горло пересохло, говорить было сложно, руки отекли, ноги болели, но надо было что-то выдавить из себя. - Ник, - Кэролайн прокашлялась, а Клаус вздрогнул, так его называли только его сестра и она. Только самые близкие... - Я не могу тебе сказать, поищи среди своих знакомых, - Клаус подлетел к ней и уже начал орать не стесняясь соседей. - Знакомых!? Ты хоть знаешь моих знакомых и сколько их у меня? Да их просто хренова туча, чёрт побери!!! Каждый может покушаться на меня и на моих близких!!! Я боялся даже, через столько лет, боялся, что и тебя эти вечные покушения заденут. Я БОЯЛСЯ, ЧТО ТЕБЯ УБЬЮТ! НО ты сама заявилась ко мне на приём, и решила УБИТЬ БРАТА!!! - он подошёл в плотную и дернул за цепи, так что руки Кэр чуть не разорвало, Кэр простонала от боли, ему надо выговориться. Она знает, что у него просто накипело, - Кэролайн, - он сказал уже спокойно, - я не ожидал, что мы с тобой встретимся при таких обстоятельствах, я ведь хотел тебя найти, - он замолчал, Кэр взглянула на него, он откупорил бутылку виски и уже не стесняясь, пил из горла. Она посмотрела на него с удивлением: - Ты хотел меня найти? - а она даже не знала, ведь у неё тоже были поиски Клауса, - Я думала, что ты меня забыл... - А знаешь, Кэр? Ведь первая любовь, она не забывается... - он говорил от сердца, от чистого и искреннего. - Я знаю, Клаус... - Говорю себе, что завтра я тебя забуду. Завтра наступает, оно всегда наступает. А чувства к тебе - они вечны, - он взглянул на Кэр, только один момент и их взгляды пересеклись, он подошёл к ней. - Клаус, какие чувства? Мы были детьми, - она думала, что он её забыл, что они друзья. - Моя, я уже чувствовал к тебе непередаваемые чувства, даже когда мне было четырнадцать, Кэролайн, - он остановился возле неё и присел, его лицо было на уровне её лица, - А знаешь, не сложно в себе убить любовь, сложно убить воспоминания. Вот их убить я не смог, и почему то, я уверен, ты тоже не смогла, - он тянулся ладонью к её лицу. Но не успел, в дверь постучались и Клаус поднялся, не дождавшись когда дверь откроется, гость зашёл без приглашения. Это был Кол с перевязанной рукой, именно в неё Кэр и попала выстрелом: - Это она на меня покушалась? - Кол начал медленно к ней подходить и вглядываться в лицо: - Кэр? - в глазах Кола читалось только одно - шок...