Escape.

Голос в моей голове смолк. Этот голос в голове... И тревожащие, непонятные слова... Его голос мне знаком, но откуда я знаю его? Ньют взял меня за руки и поднял. Он положил свои руки мне на плечи и стал в упор смотреть на меня. - Джул, что за хрень.- спросил он.- Что изменится? - Этот парень, он сказал что всё изменится.- сказала я. - Я не собираюсь верить парню, который проник в твои мозги и наплёл тебе чушь.- Он отпустил руки и оглянулся.- Я так и не показал тебе, что хотел. Ну ладно, скоро ужин. Ещё увидимся. Сказав это, он пошёл в сторону Берлоги. Я пошла к стенам лабиринта. Я нашла место, где две гигантские стены соединялись друг с другом, и рухнула на землю в углу между ними. Южная стена задвигалась, закрывая на ночь проход; я наклонилась вперёд и переждала, пока она не остановилась. А ещё через несколько минут, удобно опершись спиной на соединение стен, я уснула.

***

Утром кто-то потряс меня за плечо. - Джульетт, вставай! Чак. От этого парня, видимо, никуда не скроешься, везде достанет. Застонав, я потянулась, разминая затёкшие руки. Ночью меня заботливо укрыли парой одеял. - Сколько время? - Ещё немного - и останешься без завтрака.- Чак потянул меня за руку. Ну, вставай же! Пора тебе вести себя нормально, а то совсем свихнёшься. - Мне уже кажется, что я свихнулась. А вдруг я действительно просто сошла с ума? Как бы там ни было, голос парня звучал только в моей голове. Чак смотрел на меня, изогнув брови домиком. - А, извини,- сказала я, вставая.- Я задумалась. Пошли поедим. - Да нормалёк!- ответил Чак. Пока мы шли к Котелку, рот у Чака не закрывался. Болтовня Чака создавала иллюзию вполне нормальной жизни. - Вчера вечером Ньют нашёл тебя и сказал всем, чтобы не будили. А ещё он рассказал нам, что было решено на Совете - что ты отсидишь один день, а потом начнёшь тренироваться на Бегунью. А шенки - ну, кто-то ворчал, кто-то радовался, а остальные сделали вид, что им вообще до фонаря. А я вот считаю, что это просто здорово! Мой статут Бегуньи занимал в мыслях последние место. На первом был голос в голове и то, что этот голос произнёс. - Я, конечно рада, скорее бы начать. - Посмотрим, как ты будешь радоваться, когда от беготни у тебя будут ноги отваливаться. Но во всяком случае знай: старый добрый Чаки гордится тобой! я улыбнулась. - Если бы ты была моей мамой,- пробормотал он,- это была бы не жизнь, а малина. "Мама"- подумала я, и мир вокруг на мгновение померк. Я ведь даже не помню своей матери. Мы пришли на кухню. За длинным столом было два свободных места, которые мы и заняли. Каждый, кто входил или выходил, казалось, считал своим долгом уставится на меня. - Эй, Чак, Гэлли нашли?- спросила я. - Не-а. Как раз хотел тебе сказать: его видели, когда он выскочил со Сбора. Умчался прямо в Лабиринт. И всё. Я уронила вилку. Эта новость меня огорошила. - Что? Не шутишь? Он убежал в Лабиринт? - Ну да. Все знают, что у него крыша съехала. Я помотала головой. Почему Гэлли так поступил. Я конечно понимаю что он меня ненавидит, но зачем в Лабиринт? - Да не волнуйся ты об этом. Он всё равно никому не нравился. - Как мило. Ты так говоришь, будто он уже мёртв.- сказала я. - Возможно так и есть. - Из тебя так и прёт весельем. - Даже если он ещё жив. Он проголодается и припрётся пожрать. Он мне по барабану. Я подхватила свою тарелку и понесла в мойку. - Ну хоть бы один нормальный день! Отдохнуть, расслабится... - Тогда считай - твоё грёбаное желание исполнится!- послышался голос из-за спины, от двери кухни. Я обернулась и увидела улыбающегося Ньюта. И от этой улыбки стало так уютно, что окружающий мир снова показался вполне приятным. - Ну что, пошли.- сказал Ньют.- В кутузке расслабишься. Давай, топай. Чаки притащит тебе ланч. Я кивнула и пошла вслед за Ньютом. День в тюрьме вдруг показался мне отличной идеей. Вот только скорее Гэлли одарит меня букетом цветом, чем в Приюте пройдёт хотя бы день без происшествий. Кутузка находилась между Берлогой и северной стеной Приюта. она представляла собой большой бетонный бункер с одним узеньким зарешеченным окошком и деревянной дверью, снабжённой ржавым замком с щеколдой. Ньют вынул ключ, открыл дверь и жестом пригласил меня внутрь: - Вот тебе табуретка и полная свобода плевать в потолок. Приступай. Я внутренне застонала, когда вступила в камеру в которой мне придётся сидеть целый день. Там был один-единственный предмет обстановки - безопасный, расшатанный табурет, у которого одна нога - наверняка намерено - была короче других. Голая доска и никакой обивки. - Желаю весело провести время! - поддразнил Ньют, закрывая дверь. Я повернулась к нему спиной, отпустила голову и тяжело вздохнула. Голова Ньюта возникла в окошке. Тот смотрел на меня через ржавую решётку, и на его лице играла притворно-высокомерная усмешка.- Это тебе премия за нарушение правил. Ты конечно спасла кое-кому жизнь, но тебе просто необходимо зарубить у себя на носу... - Да знаю, отвяжись. Ньют улыбнулся. Я села на табурет и опустила голову. - Ты, вообще-то, классная. Всё должно идти как положено, иначе нам, бедолагам, не выжить. Вот посиди, попялься на эти роскошные стенки и постарайся хорошенько проникнуться. - Спасибо, очень помогло. Он снова улыбнулся и ушёл.