The Speed of Pain

      Снова рутина. Снова осточертевший мне Спрингфилд. Снова серые улицы и высотные дома. Наша унылая квартира и хищная рожа. Рожа Райана. Снова секс без любви, насилие. Тупость телохранителей, четыре стены. Но добавилось кое-что, доставляющее мне еще больше страданий. Кристофер. Мой Кристофер. Теперь я обязана прятаться и еще больше врать. А если Райан назначит дату свадьбы? А если он узнает о Кристофере? Это будет конец. Он убьет и его, и меня. А Келли? Она будет страдать.Чуть что, и она возненавидит меня еще сильнее. Что делать...       Эта наша рабочая неделя пролетела совершенно незаметно, как последующие за ней две. В Лос-Анджелесе всё было просто волшебно. За четыре года мне будто дали отпуск от жизни. Мы с Кристофером. Мы с ним гуляли, купались, смотрели на звезды. Это было восхитительно. Но по приезду мы старались избегать друг друга, изредка ловя взгляды и проводя вместе обеды. Райан погряз в своей работе и, кажется, ни о чем не догадывался. Мы с Эллой часто ходили на прогулки. Она рада тому, что Кристофер понял меня. "Ты заставила его снова начать жить" - повторяла она с улыбкой.       А тем временем медленно проносился август. По вечерам становилось всё холоднее, как и в душе. Каждый день я боялась вставать по утрам. Боялась, выйдя на кухню увидеть злобный взгляд и понять, что он все узнал. -Джесси. - Услышала я из-за двери, сорвалась с места и пошатнулась. Закружилась голова и на мгновение в глазах потемнело. Я тряхнула головой и, собравшись с силами, на слегка ватных ногах, вошла в кабинет Криса. -Звал? - Промямлила я вяло и пыталась удержать равновесие. -Да, дорогая, тут просто. - Он внимательно осмотрел меня. - С тобой всё в порядке? Тебе не хорошо? -Всё в порядке. Просто голова закружилась, резко встала. - Я почувствовала приступ рвоты и выбежала из кабинета, прикрывая рот рукой. Пробежала по коридору, забежала за угол, ворвалась в туалет и склонилась над унитазом с ужасными звуками. Не знаю, что со мной происходит. С самого утра ещё неважно себя чувствовала, а теперь такое. Наверное, отравилась пиццей, которую вчера заказала.       В туалете никого не было, и я надеялась, что никто меня не услышит и не увидит, как почувствовала, как чья-то рука осторожно держит мои слегка кудрявые светлые волосы. Вторая рука гладила меня по спине. И эти руки, нежные и теплые, я узнаю из тысячи. Когда мне стало легче, Крис отвел меня к раковине, включил холодную воду и начал умывать меня, то и дело поднося ко рту бутылку с водой. -Это женский туалет. - Прохрипела я прежде, чем вода и ладонь снова попали мне на лицо, стирая потекшую со щек тушь. Кристофер молча продолжал умывать и поить меня, а я чувствовала ужасный стыд. Три минуты назад я стояла над унитазом раком и блевала, он был рядом, а теперь умывал и отпаивал. -Ты как? - Спросил он, стянул с себя пиджак и вытер мне лицо. - Лучше? -Немного, но еще мутит. Крис, прости пожалуйста, мне очень стыдно. -За что? - Он вскинул одну бровь. -За то, что я тут, а ты со мной. -Ой, всё, Эванс, заткнись. -Я люблю тебя.       Кристофер взглянул в мои мутные, ничего не отражающие, глаза и улыбнулся. После того, как я выдвинула предположение о том, что это отравление пиццей, парень настоял на том, чтобы я поехала домой. Прерывать работу не хотелось, но и в таком состояний я бессмысленный работник. Поэтому ничего не оставалось, как собрать сумку и пообещать вечером позвонить Элле.       Погода была так себе. Хоть и светило солнце, листья деревьев трепетал пронизывающий ветер, заставивший запахнуться в пиджак. Сев в машину, я завела её и поехала прочь от банка.       Вечером я лежала в кровати, чувствуя головокружение и слабость, и медленно проваливалась в сон. Дрёму мою прервал резкий звонок телефона. Это была Элизабет. -Алло, Лиззи. - Слабо ответила я. -Привет, Джессика. - Тараторила она. - Как ты себя чувствуешь? Мне позвонила Элла и сказала, что Кристофер рассказал ей о том, как тебе стало плохо сегодня утром. Что стряслось? -Я не знаю, Лиз. Скорее всего я вчера отравилась пиццей. Заказала там, чей номер ты мне давала. -Такого не может быть. У них всегда свежая пицца. Я тут подумала. У тебя голова кружится? Слабость есть? Что ты сегодня ела? -Эм. Голова кружится, слабость во всём теле. Ела... - Я взглянула на тарелки на столике. - Ты знаешь, мне так захотелось сегодня рыбы, если честно. По дороге домой я заехала в супермаркет и купила кучу соленой рыбы, торт и лимоны. Потом прихватила банку огурцов. И, ты не поверишь, всё съела! Не понимаю, от чего так оголодала? -Оп, подруга. А ты там не беременна, так, случайно?       Я осеклась и не знала, что мне ответить. Беременна ли я. В моем случае это звучит как приговор. Райан узнает, а он узнает, поймет что ребенок не его и просто убьет меня. А, если я беременна, то нас. Но с другой стороны это прекрасно! Малыш. Наш с Кристофером малыш. Это было бы так прекрасно, если бы не Райан! Нет, стоп. Может, и нет никакого ребенка. Не нужно рассуждать раньше времени. Пообещав подруге, что пройду тест и попросив ее ничего не говорить Элле о нашем разговоре, я кинула телефон на кровать и направилась в ванную. Там, из зеркала, на меня смотрела худощавая уродина, как я себя называла, с темными кругами под глазами, спутанными волосами, треснувшими губами и опухшим лицом. Глаза были красными, в каждом лопнуло по сосуду. Лицо покрыто мелкими красными пятнами. Открыв холодную воду, я умылась, открыла свой ящичек, достала тест на беременность и рывком открыла упаковку.

***

      Прошло уже, наверное, часа три. Была уже поздняя ночь. Я сидела на кровати и пялилась в стену, не решаясь зайти в ванную. Райан сказал, что не придет сегодня ночью, и от этой новости я вздохнула спокойно. Сжимая коленки я понимала, что нужно посмотреть, дабы расставить все точки над "i". Но и правду узнать страшно. Страшно подвергать себя и ребенка огромной опасности. Собрав волю в кулак и набрав полные легкие воздуха, я резко встала с кровати и слегка шатающейся походкой побрела в сторону ванной комнаты. Руки и коленки ужасно тряслись. Вот и ванная, вот и раковина, вот и палочка вылетает из моих трясущихся рук и падает на холодный кафель, а следом слёзы непонятно чего - радости или, всё-таки, горя. Две полоски. Внутри меня сейчас малыш, и я никак не могла в это поверить. Наш с Крисом ребенок. Он, такой маленький, сам того не подозревая, находится в огромной опасности, как и его родители. Не дай Бог Райану узнать, чей это малыш. А я так хочу этого ребенка! Нашего ребенка! Ребенка от Кристофера. Это правильнее, это справедливо. Я подняла тест с пола, засунула его в упаковку и спрятала рядом с упаковкой противозачаточных, после чего легла в постель и долго не могла уснуть из-за терзающих мою голову мыслей.