Слушаю и повинуюсь

Бонус №1. Они вновь в убежище Дауда, но на этот раз хозяин выглядит куда радушнее. Рядом со столом стоит еще один китобой с настолько ладной осанкой, что Гаррету кажется, будто Дауд хочет покрасоваться перед гостями выправкой и дисциплиной своих подчиненных. – Давно не виделись, Дауд, целые сутки. Я почти начал скучать, – приветствует главу китобоев Корво. Видимо, настроение у него весьма радужное. – Не могу сказать, что счастлив видеть тебя, но почти искренне рад, что вам все удалось, – Дауд с ног до головы оглядывает защитника, словно ожидает, что тот, будто фокусник, достанет лампу из-под мундира. – Где же вторая часть нашего уговора? Гаррет снимает мешочек с лампой с пояса и торжественно вручает его убийце. – Не хватает только барабанной дроби, – хмыкает вор, оценив выражение лиц присутствующих. Дауд аккуратно разворачивает грубую ткань, извлекает на свет лампу и внимательно разглядывает ее, вертя в руках. В его крупных ладонях она смотрится еще меньше, чем на самом деле. – То есть, вы утверждаете, что эта штука действительно исполняет практически любое желание? – наконец, нарушает молчание глава китобоев. – А не поздно ли ты начал сомневаться в наших словах? – пожимает плечами вор. – Просто потри ее и убедись сам. Дауд следует разумному совету, только вот джинн почему-то медлит появляться. Лишь полминуты спустя, когда убийца уже начинает недобро поглядывать на Гаррета, из носика лампы начинает лениво выползать голубоватый дымок, который, в конце концов, формируется в очертания массивной кровати. Джинн сонно открывает один глаз, оглядывает присутствующих и, театрально взвизгнув, восклицает тоненьким голоском, натянув одеяло до шеи: – Ах, мальчики, выйдите из комнаты, я еще не одета! Лучшего эффекта он бы не добился, даже если бы воплотился в дракона. Дауд, судя по интонации, ругается на неизвестном Гаррету языке, а защитник с отвисшей челюстью кивает его репликам. Лишь китобой у стола остается невозмутимо стоять, держа осанку. Джинн тем временем продолжает представление: сотворив на руке странного вида часы на ремешке, он смотрит на них, а затем поднимает возмущенный взгляд на собравшихся в комнате. – Полпервого. Полпервого ночи! Да у вас совесть вообще имеется? Порядочные люди в такое время дома сидят, телевизор смотрят, только убийцы да воры шастают! – тут синекожий резко замолкает и присматривается поочередно ко всем мужчинам. – Ах да, это многое объясняет. – Дауд, кажется, тебя раскусили, – пришедший в себя Корво толкает локтем стоящего рядом главу китобоев, и тот закрывает рот, прекращая поток чужеземной брани. Джинн же щелчком пальцев убирает кровать, складывает ладони перед грудью, кланяется Дауду и монотонным голосом заводит: – Я, джинн лампы, явился по твоему зову, о господин, чтобы внять трем твоим желаниям и исполнить их в точности, как будет велено. – Да, я в курсе, – красноречия убийце после пережитого шока явно не хватает. – Этот проболтался, что ли? – не очень вежливо тычет указующим перстом в сторону Гаррета синекожий. – Вот знал я, что не стоит такому обманщику секреты государственной важности доверять. – Государство все знает и даже одобряет, – встревает в диалог обделенный вниманием Корво. – Вот сейчас этот старый хрыч загадает свои желания, и мы тебя забираем в Имперскую сокровищницу во имя предотвращения последующих разрушений. – Как жаль, что нельзя загадать прибить тебя на месте, – шипит в ответ Дауд, задетый словами о своем возрасте. – Но неприятности устроить обещаю. Корво замолкает, разумно предположив, что расклад сил сейчас далеко не в его пользу. Джинн извлекает из воздуха блокнот и ручку, готовясь записывать: – Итак, с чего начнем? Как вы справедливо заметили, убить ваших недругов мне не дозволено, однако могу предложить на выбор широкий спектр других услуг: глухота, артрит, запах изо рта, постоянный запор... – Последнее было бы забавно, как считаешь, Аттано? – прерывает поток вариантов Дауд. Корво зеленеет от злости, но благоразумно молчит. – Но нет. Мое первое желание таково: обеспечь всех моих китобоев самым эффективным оружием, которое возможно произвести технологиями нашего мира и легко освоить в управлении. – Слушаю и повинуюсь, – кланяется джинн. Ничего не происходит, но через пару минут этажом ниже раздаются звуки бегущих ног и какие-то нечленораздельные восклицания. – Ирина! – рявкает Дауд, и стоящий у стола китобой вздрагивает. – Проверь, что там! – Слушаюсь! – звучит из-под маски глухой голос, и убийца срывается с места, исчезая в обрывках черного тумана. – Это была женщина? – тупо спрашивает Гаррет, глядя ей вслед. Выражение лица у него еще забавнее, чем у серконцев при появлении джинна. – С ума сойти, женщина! – повторяет он в напряженной тишине. Настороженно ждущие возвращения китобоя Корво и Дауд раздраженно косятся на находящегося в прострации вора, но молчат. Через несколько секунд в дверном проеме возникает фигура Ирины. Противогаз скрывает ее лицо, но даже по опущенным плечам видно, что она растеряна. – Командир, – девушка подходит к Дауду и показывает предмет, который несла в руках. – Этим там весь склад завалило. Глава китобоев тупо смотрит на протянутую ему кастрюлю. Гаррет нервно хихикает. Корво же откровенно ржет в голос, согнувшись над столом и стуча по нему кулаком. – Как это понимать? – грохочет голос Дауда, а испуганная Ирина отскакивает от него на пару шагов, опасаясь попасть под раздачу. – Можно я предположу? – поднимает одну руку вверх Гаррет, продолжая посмеиваться в кулак. – Много ли женщин в рядах китобоев? Я бы сказал, что эта кастрюля символизирует поприще, на котором ваши подчиненные могли бы добиться больших успе... Договорить ему не суждено: вор падает, как подкошенный. Ирина подходит к нему и поднимает с пыльного пола блестящую начищенную кастрюлю и деланно стряхивает с нее несуществующие пылинки. – Извините, сэр, не выношу сексистских шуточек, – рапортует она взбешенному Дауду, сует свое временное оружие ему в руки и спешит ретироваться из комнаты. Корво со стоном отклеивается от стола и приводит себя в вертикальное положение. – Все не так плохо, как ты думаешь, – хихикает он, хлопая главу китобоев по плечу. – Могу рассказать потрясающую историю про эту кастрюлю. Её, кстати, можно использовать не только как метательный снаряд, но и как оружие ближнего... С гулким звоном лорд-защитник оседает на пол, а Дауд, опустив кастрюлю, с тяжким вздохом поворачивается к джинну. – Итак, второе мое желание... Бонус № 2 – Каллиста читала мне про тебя! Но она говорила, что джиннов не существует, но ты-то тут! Вот бы ей показать, – на этих словах девочка запинается и как-то сникает, но тут же оживляется вновь. – Я знаю, что ты можешь исполнить любое мое желание. – Практически, – осторожно подтверждает джинн. Видимо, он тоже осознает, что может загадать ребенок. – Послушай, Эмили, сейчас не время, – пытается вмешаться Корво. Давай ты поспишь, придумаешь желания, мы все обсудим и... – Хочу попасть на пиратский корабль! – попытка защитника с треском проваливается, и в следующую секунду юная императрица вместе с джинном испаряются из комнаты. Корво и Гаррет синхронно хватаются руками за головы. *** Час спустя половина дворца поставлена на уши. Откуда-то из чертогов разума извлечены Соколов и Пьеро, совершенно не понимающие, чем они могут помочь в поисках пропавшей императрицы. Корво мечется из угла в угол, словно загнанный зверь. – Он мог закинуть ее на любой из сотен пиратских кораблей, караулящих торговые пути между островами! – эту фразу он повторил уже не один раз за прошедшее время, а вор в ответ молчит и думает о том, что неправы те, кто ассоциирует защитника с вороном, тут больше подошел бы попугай. – У нас попросту нет ресурсов, чтобы обшарить все это пространство! Империя и в лучшие-то времена не могла вести борьбу с пиратством, а сейчас... – С чего ты вообще взял, что джинн перенесет ее на пиратское судно ваших этих Островов? Помнишь, как я тут оказался? Пираты не только в вашем мире есть, знаешь ли, – не выдержав, брякает Гаррет и тут же жалеет о сказанном: взгляд Корво становится совсем безумным и он начинает бегать по кабинету в два раза быстрее. Соколов бубнит что-то про хаотическое движение частиц и начинает строчить в своем блокнотике. В дверь кабинета кто-то тихо скребётся. – Занято! – рявкает лорд-защитник. – Это ты из туалета кричать будешь, а тут могут быть важные новости, – вор не теряет оптимизма и способности рассуждать трезво, так что спешит открыть незваным посетителям. За дверью оказывается бледная служанка с трясущимися губами, а за спиной женщины тут же обнаруживается причина ее полуобморочного состояния: – Ох, Ирина, какая встреча! – Гаррет опасливо делает пару шагов назад, но, видимо, в этот раз его бить не собираются. – Я немного не рассчитала с перемещением, – деловито сообщает девушка из-под маски глухим голосом. – И очутилась в комнате прислуги. На этих словах служанка оседает на пол, потеряв сознание. – Извините за этот небольшой беспорядок, – провожает ее взглядом Ирина и переходит, наконец, к сути дела. – Дауд прислал меня, чтобы сообщить, что ему пришли тревожные вести с "Ундины". Корво останавливается так резко, как будто налетел на невидимую стену. Гаррета разбирает на смех. – Вот нам и пиратское судно, – констатирует он, справившись с приступом хохота. – Выступаем, немедленно! – бросает лорд-защитник, выходя из кабинета и переступая через лежащую в обмороке служанку. Гаррет бочком протискивается следом, стараясь держать между собой и Ириной безопасное расстояние. Китобой же, глядя им в след, хмыкает и растворяется в воздухе. Соколов со вздохом закрывает блокнот и предлагает, обращаясь к Пьеро: – Пока нас оставили в покое, может, пропустим по рюмочке? *** Первое, что настораживает спутников, когда они прибывают к причалу – отсутствие охраны на воротах. – Мне это не нравится, – констатирует Корво, вытаскивая клинок. – Я тебе больше того скажу: вся ваша трикстерова вселенная мне не нравится с того момента, как я попал сюда, – ворчит вор в ответ, но его никто не слушает. Вместе они крадутся по переулку к причалу и через несколько секунд уже могут разобрать доносящееся с корабля пение десятка луженых глоток: – Что будем делать с пьяным матросом рано поутру? Накормим его тортом с конфетами! А на закуску - тарелку с рулетами! Вот, что мы сделаем с пьяным матросом рано поутру... Корво и Гаррет обмениваются недоуменными взглядами, но объяснение можно получить только если подобраться поближе. К счастью, им даже не нужно подниматься на забитый членами банды корабль: Лиззи сидит на причале, спустив ноги в воду, в компании пары бутылок и, едва завидев спутников, машет им рукой. – Какого горбатого хера Чужого тут творится? – осведомляется Корво у капитанши, пытаясь перекричать очередной куплет песни. Получается не очень: толпа "Угрей" куда больше орет, чем поет. – Это я у вас хотела бы узнать, – кричит ему в ответ Страйд и прикладывается к горлышку бутылки. Гаррет готов поспорить, что пойло более чем крепкое, судя по уже весьма затуманенному взгляду предводительницы банды. – Я только хотела вывести "Ундину" в рейд, как тут откуда ни возьмись появляется эта шмакодявка в белом костюмчике, а вместе с ней какой-то синий клоун. Мелкая попрыгала, попрыгала вокруг меня и тут заявляет, мол "дай побыть капитаном, ну пожалуйста!". Я ей, естественно, от ворот поворот: так нагло на мой корабль еще не покушались. Так она, значит, ножкой ка-а-ак топнет, да ка-а-ак скажет: "Хочу, чтобы все на корабле меня слушались меня, а не ее!" В общем, они тут играли в прятки на корабле, а последние минут двадцать, вот, песенки разучивают. Словно подтверждая ее слова, с корабля доносится: – Мы разрешим ему есть без вилки, И без ножа, и без белой салфетки! Вот, что мы сделаем с пьяным матросом рано поутру... – Никогда не видела их такими счастливыми со времен нашей первой добычи, – с тоской добавляет Страйд, глядя на подпрыгивающих на палубе членов банды, и прикладывается к бутылке еще раз.