Драбблы по BTS

— Наш Сокджин — это принцесса Бантанов! — говорит в очередном интервью Намджун, не добавляя, конечно, вечную приставку к этому — «холоден, равнодушен, но идеален». Сокджин не просто принцесса. Он — Королева. Снежная. Ибо на все робкие попытки лидера пробиться в его сердце Джин отвечает отказом, раз за разом разбивая Намджуну его радужные надежды о сплоченном коллективе. Да, Джин вроде бы и мамочка: готовит, опекает, сюсю-пусю — но всё это напускное. Только для камер, только для фанатов. Маска. На самом же деле у хёна злые колючие глаза, идеальная дисциплина и холодные нотки в голосе. Вечная стужа. Зима. Снежная Королева. Намджун поджимает губы и лезет к нему в десятый, двадцатый, пятидесятый раз, но ничего не меняется. Ни намёка на оттепель или потепление. Ни одного доброго взгляда в ответ. Лидер искренне наслаждается моментами перед камерами, когда можно просто подойти и шепнуть на ухо: «Хён, погладь меня вот после этой фразы. Так режиссёр сказал.». А после с наслаждением ощущать аккуратные прикосновения к своим волосам или плечу. Остальные мемберы на такое поведение только глаза закатывают: а мы что, лезть будем? Вон лидеру надо, он пусть и старается! Зима наступает для всех неожиданно. Холод внезапно обрушивается на Сеул, заставляя мемберов кучковаться чаще, чем обычно. На подобные способы согрева, хён ехидно улыбается и отворачивается, упорно не принимая никаких приглашений посетить их маленькое собрание льнущих друг к другу людей. А ещё в эту холодину у Сокджина день рождения. За окном аномальная погода: пронизывающий ветер, неприятный колючий снег. А у него торжественно-злая усмешка и прищуренные глаза. — На мой день рождения всегда так! — хмыкает он, и не понятно, то ли ему нравится, то ли это ирония. Часы показывают полночь, и РэпМон просыпается внезапно, будто его что-то выталкивает из сна. Он, кряхтя, поднимается с кровати и идёт на кухню попить воды, мечтая только об одном — опять уснуть (желательно до послезавтра, но и подъём в завтрашний обед тоже подойдет), но удивленно застывает у входа. На кухне сидит Сокджин и медитирует на единственный оставшийся кусок торта. РэпМон не дал младшим его схомячить полностью, мотивируя тем, что хёну в собственный день рождения наверняка захочется поесть сладостей, даже если он всегда и отказывается. Младшие уныло завыли, но не стали спорить с лидером. Кусочек благополучно дожил до возвращения Джина с прогулки. Хён вроде ухмыльнулся на их «щедрость», но больше никаких эмоций не показал. Идеальная ледяная статуя. Но сейчас Намджун понимает, что и это — напускная маска. Сокджин сидит в темноте, при единственной зажженной свече и плачет. Плачет как девчонка, но не навзрыд, а наоборот, душа всхлипы и стоны, судорожно вытирая слёзы тыльной стороной ладони. Не долго думая, Намджун подходит и обнимает плачущего хёна со спины. Холодные пальцы больно вцепляются в его локти, но не отталкивают. И Намджун, прижавшись теплым со сна телом к ледяной спине, от всей души надеется, что это — долгожданная весенняя капель.