Драбблы по BTS

«Он такой неуклюжий. Мне тысячу раз приходилось следить за его телефоном и кошельком, а не то потеряет.» Ким СокДжин

Сокджин устало качает головой, поднимая с асфальта в третий раз падающий кошелёк. — Намджун-а, у тебя опять выпал, — говорит он, кладя руку на плечо согруппнику. Рэпер улыбается и благодарит друга, сетуя на свою вечную неуклюжесть. Сокджин морщится, мол, «пожалуйста, конечно, но ты уже задолбал, если честно, всё ронять!». Вечером того же дня Намджун сидит в комнате звукозаписи вместе с Юнги и Хосоком, пытаясь начитать очередную рэп-партию, но по большей части лентяйничая и ничего не делая. — Намджун! — заглядывает в комнатку Ким. — Твой телефон. Ты его опять оставил в комнате для репетиций. Он звонил три раза. А может и больше. Проверь. — Спасибо, хён! — искренне благодарит Намджун и чертыхается, когда за Сокджином закрывается дверь. Юнги изящно поднимает бровь, всем своим пафосным видом показывая, что он нифига не заинтересован. — Ребят, что делать? Я надоел хёну, — жалуется Намджун, сползая на пол. — С чего ты взял? — откликается с дивана Юнги, вынимая наушник и переворачиваясь на другой бок, чтобы видеть лицо Кима. — Ага, — хмыкает Хосок, крутящийся на стуле. — Он же столько с тобой носится. — Так в том-то и дело! — всплеснул руками РэпМон. — Видите же, какой он угрюмый каждый раз… — Чувак, ты что-то не догоняешь, походу. Сокджину нравится быть мамкой. Нравится заботиться. — Нравится, — кивает Намджун, кусая губы. — Обо всех нравится. Кроме меня. «Не загоняйся, Намджун!» — доносится из-за компа. Юнги только рукой машет и фейспалмит. — Ребят, ну правда, — не отстаёт от друзей Ким. — Как мне сделать так, чтобы я прекратил терять нужные мне вещи? — Какие именно? — листая в плей-листе песни, интересуется Юнги. — Тот же телефон, хотя бы. — Таскай его вечно с собой, — лыбится Хосок, доставая из одного кармана мобильный, плеер, записную книжку. — Хён, — осуждающе произносит Намджун, корча рожу «А вот нифига и не смешно!». — Ты выложи туда что-нибудь постыдное, — подаёт голос с дивана Мин. Одногодки застывают немыми памятниками самим себе. — Эм, хён? — первым приходит в себя Ким. — Поставь на заставку что-то, что заставляет тебя смущаться. И пароль убери, — поясняет старший, недоумевая, почему донсены не врубаются. — Зачем? — Балда! Кто же тогда её увидит эту постыдность? — А её-то зачем? — Не захочешь спалиться перед тем, кто эту вещь найдёт, будешь вечно таскать у груди. — О! — въезжает Хосок, вновь по-идиотски улыбаясь и снова крутясь на удобном стуле. — Гениальная идея, хён! Так и сделай, Намджун. — Думаете? — все ещё сомневается лидер, вертя средство связи в руках. — Да, думаем! — откликаются оба. — А теперь не мешайте мне ничего не делать, окей? — развязно просит Юнги и, не дожидаясь ответа, утыкается носом в спинку дивана и начинает наиграно сопеть в две дырочки.

***

«Что-то постыдное, да?» — рассуждает Намджун всю дорогу до общежития, не выпуская из рук телефон. — «Что-то, что никто не должен увидеть? Порно, что ли?» Намджун лезет в папки с фотографиями в поисках хоть чего-то, что могло бы его задеть, если другой человек это что-то увидит. Особенно, если увидит Сокджин. В глубине памяти находится несколько преддебютных фотографий, где они с Джином вместе. Его рука двусмысленно лежит рядом с пахом хёна, в то время как хён обнимает его за талию. Любимая фотка Намджуна. Как он давно её не видел. Намджун залипает на неё, пририсовывая в редакторе сердечко над ними и вспоминая тот день. Ну что стоило ему провести рукой ниже и упереться в сокджиновский пах? Что стоило Сокджину забраться ему рукой под футболку, пробежаться длинными пальчиками по позвоночнику, спуститься ниже и сжать в своей ладони намджуновскую задницу? Что стоило ему просто сказать «Окей, хён! Ты мне нравишься!»? Но он не сказал, и вот у них уже полтора года недомолвок и томных взглядов. А теперь ещё и надоел хёну. «Нет, с этим нужно срочно что-то делать!» — решает Намджун, решительным кликом устанавливая это селфи на экран. Руки чешутся залезть в штаны и погладить сквозь ткань воодушевлённый воспоминаниями член, но нельзя, ибо рядом ребята. Намджун стискивает зубы и решает потерпеть до общежития.

***

Сокджин задумчиво смотрит на мобильный, лежащий в складках сбитого намджуновскими ногами одеяла, и прикидывает, это у него такое место или донсен его опять обронил? Так и не придя к нужному варианту, он поднимает телефон, решая положить его на тумбочку рядом с кроватью, и случайно нажимает кнопку включения экрана. Сокджин завороженно смотрит на небольшой экран, откуда ему улыбаются счастливые они. Преддебют, они не накрашены, бодры и веселы. Сидят рядом и… — Хён, — ворочается Намджун, свешиваясь со своего второго яруса кровати. — Ты чего не спишь? И замечает свой телефон в руках у Сокджина. — Хёёён… — по лицу Намджуна проносится вся гамма непечатных эмоций. — Давно ты…? — недоспрашивает Сокджин, поднимая безумный взгляд на Кима. Намджун морщится, понимая, что не может сказать неправду. — Полтора года. Извини, хён, — и вырывает свой телефон из чужих рук. — Я тебя больше не побеспокою. Лучше забудь. — Я… не это имел ввиду… Намджун-а… — рука тянется вверх, а сам Сокджин встаёт на мысочки и легонько целует сонного донсена в губы. Холодные пальцы скользят по горячей со сна коже шеи, притягивая ближе. — Ты мне нравишься, — смущённо говорит Сокджин, убирая руки и отворачиваясь. — Прости, что в тот раз так и не сказал об этом. — Хён… — ошеломлёно шепчет рэпер. — Спокойной ночи, растяпа! — доносится довольное снизу. — Больше не теряй телефон с таким компроматом.