Мне тихо без тебя.

Северус не хотел его будить, он просто пришел лично убедиться, что Гарри жив и будет в порядке, но тот, моргнув пару раз, повернулся к дверям лицом, жмурясь в попытках разглядеть посетителя. Гарри попытался найти очки на тумбочке. Северус подошел к нему, чтобы помочь. Надев очки, Гарри разглядел, кто к нему пришел. Он удивленно распахнул глаза и часто задышал. Гарри пытался что-то спросить, но от волнения заикался и не мог связать и двух слов, так что Северус вопроса не понял. Он подсел к Гарри на кровать, с силой проводя ладонью по своему лицу. - Я очень рад, что ты жив. И, я хочу, чтобы ты знал... та наша ссора с тобой. Я сожалею. - Настолько, что решил отравиться? - с горьким смешком поинтересовался Гарри. - Ты не приходил в себя несколько недель. Я боялся, что твое дыхание и сердцебиение мне только кажется, что я погубил тебя из-за такой дурацкой причины. Его жизнь никогда не стоила и десятой доли твоей. - Твое счастье, что у меня нет сил на злость, - устало улыбнулся Гарри. - Иди сюда. Он приподнялся на локтях, а Северус наклонился к нему как-то робко, будто еще не верил в наступающий поцелуй. Он чувствовал, как наложенные на дверь запирающие чары рушатся, и, пока их не прервали, поцеловал Гарри сам. Им обоим все стало уже неважно, этот поцелуй захватил их и закрепил обещание быть вместе, а мир вокруг жил своей жизнью: застучали каблуки мисс Конорс, которая побежала плакать в туалет, облегченно вздохнула Гермиона, выйдя и закрыв за собой дверь, в родильном отделении заплакал мальчик Френк, а его отец упал в обморок от счастья. А Гарри и Северус все целовались. Это была и клятва, и извинения, и просто напросто любовь, благодаря которой мир никогда не будет пустым и тихим.