Девять жизней. Параллели

Дела шли хуже некуда. Начиная попытками похищения Философского Камня, издохшим василиском и гибелью мира в перспективе и заканчивая сожженным дотла имуществом в Паучьем Тупике. Ругать ребенка за стремление спасти жизнь себе любимому, даже учитывая последствия, было глупо. Вопрос стоял теперь в том, где найти время, средства и, что самое главное, дубликаты необходимых книг, хранившихся в доме… И это всё, еще не считая такой маленькой проблемки, как умирающий демоненок за стенкой. Если честно, несмотря на ее обещание быть послушной, как-то не особо верилось, что, потеряв человечность, Шандра не станет дублировать Беллу или Мальсибера и с безумным хохотом не рванет получать искреннее удовольствие от шинкования в мелкую капустку учеников и преподавателей. Первые вспышки безумия и агрессии уже имели место быть. В некоторые ночи из маленькой спаленки доносились тоскливые подвывания и отчаянный скулеж. Начиналось это так же неожиданно, как и заканчивалось. Попытка пойти на сближение с треском провалилась, вызвав только всплеск истерики в ответ. А зельевар всего-то собрался с утра напоить девочку горячим шоколадом. Дети ведь должны любить шоколад, ведь так? Однако Шандра с чего-то решила, что он то ли что туда подмешал, то ли что-то задумал. В итоге сервиз полетел в стену, демоненок разрыдалась, а Снейп позорно сбежал. Утро волшебным образом не задалось. Как, впрочем, и предыдущие… Минерва только добавила масла в огонь, ворвавшись в учительскую бешенной валькирией и сходу налетев на декана Слизерина. - Северус, сделай что-нибудь с этой несносной девчонкой! Она, право слово, твоя точная копия! Попытки сбежать от МакГонагалл или хотя бы перевести разговор в более спокойное русло успехом не увенчались. Тяжко выдохнув, Северусу осталось смириться с тем, что ближайшие полчаса придется выслушивать претензии, жалобы и нравоучения. - Северус, она мне угрожала! - И как именно? Поклялась вылакать все твои запасы валерьянки? - Северус Тобиас Снейп! Не юродствуй! Твоя дочь, будучи незарегистрированным анимагом, напала на меня посреди ночи и чуть не выцарапала глаза! Мне удалось обратиться обратно и обратить и ее тоже, но! Отказавшись объяснить свой поступок, она молча ИСПАРИЛАСЬ! Посреди Хогвартса! Являющего собой сплошной анти-аппарационный барьер! Снейп решил себе признаться, что только что сильно устал. Ему нечего было сказать Декану Гриффиндора, и, если бы не Альбус, он бы так и стоял перед старой шотландской гарпией, механически кивая головой и изображая заинтересованность. Директор, судя по всему, состояние своего подручного заметил. И решил в этот раз выручить. Хотя Северус не сомневался ни на секунду, что к вечеру его «вызовут на чай» и будут допытываться о причинах поступков девочки. И возможности промолчать в этот раз уже не представится. Конечно, зельевар мог передать Дамблдору воспоминания Шандры. Все до единого. И ситуация в разы бы упростилась. Только вот никак не мог Снейп отделаться от мысли, что жизнь ребенка в этом случае будет под еще большей угрозой. Стоит ей еще что-то подобное выкинуть – и Директору впору будет засомневаться, стоит ли использовать такое сложное в употреблении и своевольное оружие… А, пока на руках Великого Чародея нет «воспоминаний о будущем», разгребать происходящее в разы проще… Вычислить возможного охотника на Философский Камень все еще не удавалось. Как, впрочем, и того, кто выпустил василиска. Смутное ощущение, что это – разные люди, пугало. Камень воистину следовало охранять пуще собственной жизни. Но Директор, будь он неладен, категорически не желал поручать своему будущему шпиону в стане врага хоть что-нибудь, что могло того рассекретить раньше срока. А потому денно и нощно коридор на третьем этаже охраняли по очереди профессора и члены Ордена Феникса. Денно и нощно сам Альбус искал путь к убежищу мертвого василиска. А Снейп отдувался за всех и сразу, отхватывая в огромных количествах чужие отработки, чужие ночные дежурства и самые разнообразные чужие обязанности… *** В эту ночь пришлось забрать себе дежурство Флитвика. К полуночи Северус всерьез забеспокоился, что Бодрящее перестало действовать на шесть часов раньше. Ибо, проведя пары, проверив домашние работы, «приятно побеседовав» с Альбусом за чашкой чая и, безрезультатно посверлив взглядом дверь в спаленку девочки, волшебник чувствовал себя совершенно, окончательно вымотанным. В голове билась эхом одна-единственная безответная мысль: «что делать?». Мысль эта вертелась в мозгах уже довольно давно. Но ни единого варианта решения проблем, ни единой подсказки или инструкции к действию до сих пор зельевар не нашел. Слишком страшно было действовать наугад, слишком многое было поставлено на карту и слишком многое было связано между собой, как нити кошачьего клубочка… «Что делать?» - чеканило шаги эхо. «Что делать?» - звенело ветром по коридорам. «Что делать?» - шуршало и скрипело старыми балками в темноте. «Что делать?» - каждый миг вопрошали в никуда усталые черные глаза. Мужчина резко остановился и крутанулся вокруг своей оси, выставив палочку в темноту. Профессор Зельеварения моментально среагировал на движение, что уловило на ходу боковое зрение натренированного взрывами и форс-мажорами преподавателя. Как ни странно, это оказалась всего лишь дверь в Выручай-комнату. Ну, разгуливающие по замку двери и лестницы на самом деле были не такой уж и редкостью, а вот исчезающая дверь аккурат напротив картины с троллями в балетных пачках в школе была в единственном числе. Немного поразмышляв, Снейп решил, что нарушители спокойствия, проголодавшиеся посреди ночи личности да и просто братья Уизли никуда от него не денутся. А вот с чего это Выручай-комната соизволила именно сейчас явить себя миру, да еще и в присутствии преподавателя, что было чрезвычайной редкостью, выяснить стоило. Медленно повернув ручку и предварительно оглядевшись, волшебник осторожно толкнул дверь вовнутрь…