Пропащая душа

Королевская сделка давно завершилась очередным безапелляционным выигрышем Его Высочества, даже сомневаться в этом не стоило. Ещё никогда и никто с перекрестка без поцелуя не уходил, и в этот раз Кроули был невероятно доволен мягкими губами своего нового делового партнера, одним махом поставившего на конвейер целую плеяду ничего не подозревающих душ, Воистину продуктивный день, такого не было, наверное, со времен гибели Помпеи и сейчас демон был горд собой. Впрочем, как и всегда. Он тихонечко ухмылялся, постукивая пальцем по боку пузатого бокала, наполненного неизменным жгучим виски, и прокручивал в голове возможные этапы дальнейшего развития с этим предприимчивым наглецом, продавшим королю Ада почти семь дюжин человечков. Вернее, того, что останется нетленным после их скорой кончины. Кроули даже на время забыл о своей юной пленнице, и ни разу не поинтересовался о её перемещениях с тех пор, как вновь появился дома. Просто не вспомнил о ней, упиваясь своим успехом. Это не было похоже на него: со времен появления Арианы в поместье Фергуса, он установил за девчонкой денно-нощную слежку, считая это собственным реалити-шоу – наблюдение за тем, как быстро она из нежного вылизанного котенка превратится в бездушную суку. Можно сказать, даже поп-корн приготовил. И пусть пока что развитие шло так себе, Кроули всё ещё отчаянно верил, что это произойдет и окажется его маленькой победой – совратить кого-то любимого ненавистными Винчестерами? Мякотка дьявольской жизни. Жаль только вот ничего не менялось. Время от времени даже дьявольская охрана умилительно вздыхала вслед добродушной девчонке, и это дико бесило Кроули, хоть он и сам иногда замечал, как ловит себя на заискивании ласкового взгляда со стороны Ари. Тяжело обходиться без человеческого тепла, пока память хранит в себе ощущение чьей-то нежности, пусть душа уже давно и не помнит этого ощущения. -Где девчонка? – наконец спросил демон, подняв глаза на одного из своих верных подданных, - не видел её с самого утра. Кроули чуть откинулся на спинку кресла, устало потирая переносицу. После долгого и упрямого разглядывания бумаг, дневной свет оказался для глаз дьявола слишком ярким, так что тот непроизвольно сощурился, рассматривая высоченного подчиненного. Мужчина в ответ только пожал плечами, указав взглядом на окно за спиной Короля. -С того времени она и сидит в саду, босс. Под надежной охраной… И охрана действительно была надежна: незаметно и неподвижно пара адских псов сидела у садовой качели, едва тревожа горячим дыханием осеннюю листву, неустанно сыплющую с яблоневого дерева, укрывающего в своей тени чуть задремавшую Ариану. Она всё ещё машинально бегала взглядом по строчкам какого-то глянцевого журнала, который успела утащить у Маргарет во время обеда, но глаза пленницы уже неумолимо слипались, требуя либо больше движения, либо недолгого сна. Девушка хотела было покинуть сад и отправиться к себе, но вдруг её ноги что-то коснулось. Вроде ветерка, но слишком уж теплого. И ещё, еще… Ариша задумчиво скрутила журнал в руках и аккуратно опустилась к земле, поднимая ещё упругое, едва покрасневшее с одной стороны яблоко. Она недолго повертела его в руках, вглядываясь куда-то вдаль, и нерешительно вознесла яблоневый плод над головой, замерев в ожидании. Листва у её ног вдруг зашуршала отчетливей и менее естественно, выдавая псов с головой: они насторожились и задышали тяжелее, не пытаясь более скрываться. Легкая полуулыбка коснулась девичьих губ, и рука, не дрогнув, придала яблоку направление, заставив двух дьявольских питомцев сорваться с места вслед удаляющемуся фрукту. -Щенята, - весело фыркнула Ари, вновь опустившись на качели, - и этим Кроули решил Ад защищать... Девушка засмеялась собственной мысли и вновь открыла журнал, чтобы вернуться к недочитанной статье, однако вдруг к её ногам упало то самое яблоко, сохранившее в своей жемчужной мякоти следы острых зубов. Пленница в непонимании уставилась на импровизированный мяч и снова устремила взгляд в пространство, пытаясь понять, где именно сейчас находятся её стражи. -Бросить ещё? – нерешительно спросила она у пустоты и та откликнулась ей сильнейшими потоками воздуха, какой бывает обычно от виляния хвоста радостной собаки, - Ну, давай поиграем... Кроули продолжал работать, не отвлекаясь на снующую туда-сюда Маргарет и не отвечая на вопросы назойливых коллег по цеху, просящих главного босса о совете. Он даже на охрану свою не реагировал, хоть раньше все время выставлял напрягающих амбалов с мордой-кирпичом за дверь. Мужчина был погружен в процесс разработки чуть более усовершенствованного договора, и нетрудно представить его раздражение, когда из сада один за другим посыпались веселые смешки той, что в теории должна целыми днями реветь белугой. Поначалу королю удавалось игнорировать помеху, но когда тихое хихиканье стало превращаться в заливистый смех, демон не стерпел. И понять сложно, что именно стало причиной его испепеляющего взгляда из окна: всепоглощающий гнев или банальное, в какой-то мере даже человеческое любопытство. Но даже когда все действо предстало пред Кроули во всем его противоречивом и необъяснимом великолепии, мужчина так и не смог разобраться, что именно в нем побеждает – злоба или небывалый интерес. -Что это она делает? – ощущая, как дергается левый глаз, спросил демон у стоящего рядом помощника. Он надеялся, что зрение его обманывает, но… -Играет с Вашими псами, сэр, - непосредственно и даже смешливо произнес спрашиваемый, который тоже, однако, не скрывал удивления. Он хотел добавить что-то ещё, но вдруг в руках его босса со звоном лопнул стакан, наполненный янтарным виски – плохой знак. Значит, от любопытства не осталось и следа. -Если эта девчонка не прекратит, мне придется скормить её кому-нибудь покрупнее этих псов…иначе она, черт бы её побрал, весной фиалки в Аду выращивать начнет. Демон вновь опустился на кресло, пытаясь вернуть себе самообладание, но очередной колокольчик девичьего смеха нарушил все планы Кроули на спокойствие. Он с силой хлопнул ладонью по столу и скинул с дубовой поверхности бронзовую статуэтку, с грохотом прокатившуюся по полу. -Собак на псарню!!!- гневно распорядился он, сверкнув огнем искренней злости в глазах, - А девку…её проучить.