Не отпускай моей руки

      Они уже пересекли эту черту, отделяющую лес от остального мира, и кроны словно сомкнулись за их спинами, решив не выпускать новых посетителей без боя.        Воздух здесь был более холодным, присутствовала и угнетающая тишина. Птицы не пели, лишь ветер изредка завывал, петляя меж деревьев. Земля была усеяна гнилыми листьями и хвоей, а голые ветви деревьев устрашающе мешались на пути, появляясь неизвестно откуда. Люси и Инар шли рядом, и ветви не доставали до них. Девушка думала, что не сможет прикоснуться к ним, если будет нужно, слишком уж белыми они выглядели, как руки стариков, тянущиеся к жизни на границе смерти.       — Я замёрзла, — шёпотом призналась Люси, кутаясь в шарф, который на всякий случай взяла с собой.       — Я тоже, — ответил Инар, примыкая к ней.        Девушка осторожно взяла его ладонь в свою и, смущённо улыбнувшись на его немой взгляд, пояснила:       — Так теплее.        Инар промолчал, отводя глаза.        Никто из них не знал, когда они достигнут точки назначения. Люси не хотела убирать руки и доставать карту, так что считала, что интуиция поможет ей в столь нелёгком деле. На самом-то деле, шли они строго в ногу, выбирая, видимо, один и тот же путь.        И всё было бы хорошо, если бы вдруг тишину леса не прорезал громкий крик, полный удивления, боли и непонимания.        Люси отскочила, потом опустила взгляд и увидела острые зубья капкана, врезавшиеся в плоть Инара. Тот повалился на землю, хватаясь за железные дуги, намереваясь раскрыть его, но пальцы никак не могли схватиться, так как ужасно дрожали.        Девушка присела на корточки рядом с ним и стала помогать. Её пальцы коснулись его, окровавленных, дрожащих, и она внезапно испугалась этой ситуации.       — Всё будет хорошо, — вдруг послышался голос Инара, и одна его рука легла на её плечо, испачкав кровью коричневую куртку Люси. Ту передёрнуло от ужаса, это красное пятно было отвратительно и мерзко. Девушка тут же, только стоило подумать об этом, начала корить себя, мысленно, чтобы Инар ничего не распознал. Ей снова стало стыдно, что эти чувства омерзения смогли на мгновение её побороть.        Они почти разжали капкан, как вдруг едкий свет озарил всё вокруг, и девушку откинуло от Инара. Зубья вновь впились в свежие раны, из которых сочилась кровь, что вызвало со стороны парня новый обезумевший крик.        Люси тут же подскочила на ноги, и хотела было снова рвануть к Инару, но что-то схватило её сзади и перекинуло через себя. С визгом, девушка хотела вырваться, но была слишком слаба физически, чтобы справиться. С противным хрустом у неё будет ассоциироваться эта встреча с холодной землёй, усеянной мокрыми гнилыми листьями, и с противным победным смехом сверху.       — Хвостатые слабые Феи! — скандировал голос.       — Люси! — в её слух врезался крик Инара. Он был настолько чётким, что сразу вживил в неё энергию и силу. В голове прозвучал голос мастера, и был он отчётливым и громким: «Охраняйте его!».        Она выхватила ключи и, выставив его перед собой, приказала:       — Гигантского Краба откройтесь врата: Рак!        Снова Инар увидел белое облако, а в следующее мгновение Люси закрывало тело высокого мужчины, с ножницами в руках, из спины которого торчали крабьи ножки. У него были чёрные волосы и красные прядки, которые были заплетены в косички, по форме очень напоминающие клешни краба.       — Привет, Крэви! — выдал он, повернув голову к Люси. — Что я должен делать?       — Защитить того парня, вот что! — девушка указала пальцем в сторону Инара, глаза которого расширились от этого приказа.        Он хотел закричать, что она сама останется беззащитна, что это ей, а не ему, нужна помощь, но понимал, что окажется не прав. Краб дёрнулся вперёд, откидывая врага, который оказался тем самым мужчиной с почти белыми волосами, с которым Инар столкнулся на рынке. Издав противное шипение, мужчина отъехал на ногах назад, земля так и вылетала из-под его ног, а после встал, смотря то на Люси, то на Инара.        В следующую секунду лишь щёлкали ножницы, точно разрезая воздух своей необычной магией. Инар видел, как что-то заключает его внутрь себя, и мог бы поклясться, что это волосы, если бы они не были такими прочными.        Он освободил свою ногу и вскочил, схватившись за прутья его необычной тюрьмы. Желание выломать их заслонило сознание, он мог лишь видеть, как Рак сражается с красноглазым, а Люси сжимает в руке плеть с сердечком на конце, следя за обстановкой.       — Неплохо! — вдруг послушался одобряющий голос.        Инар развернулся, увидев, как с веток спрыгивают двое мужчин. Один был уже знаком ему: тот самый, в очках, который напал на него, когда тот решил отдохнуть на лавочке.       — Я бы похвалил тоже, — сказал второй, с зачёсанными назад волосами, — если бы ваша битва не была столь прозаичной.        Он махнул рукой, и в лицо ударил ветер, сбивший Люси с ног. Она выронила ключи, которые держала в одной руке, и они отлетели на несколько метров. Красноглазый тут же ринулся за ними, а Люси закричала, точно пытаясь остановить его. Но всё было тщетно, даже когда она замахнулась своим кнутом. Ютака описал круг указательным пальцем, и вокруг девушки сгустился воздух. Нечто дёрнуло её вверх за капюшон куртки, и она повисла в воздухе.       — Отдай сюда свою игрушку, — посоветовал мужчина в очках, подойдя и выхватив у неё кнут.       — Отпусти Люси! — закричал Инар. Защищающая его тюрьма пропала вместе с Раком.        Люси схватилась за горло. Воздух перестал поступать к ней в лёгкие, и она стала задыхаться.       — Разберись с ней, — бросил Ютака Коджи, развернувшись.        Тот радостно потёр руки друг о друга, достал из кармана перочинный ножик и двинулся к девушке. Та опустила на него взгляд и попыталась сказать что-то, но изо рта вырвался лишь сдавленный хрип. Инар хотел было сделать шаг вперёд, но ногу раненую прострелила боль, и он повалился на колени, смотря, как умирает Люси и как надвигается на него Ютака.       — Ты можешь сказать «Прощай» своей подружке, — великодушию черноволосого не было предела. Он даже отступил, чтобы Инар видел, как задыхается блондинка, из последних сил хватаясь за шею и широко раскрывая рот.       — Не трогай её! — вновь послышалось со стороны темноволосого.        В нём клокотал страх, но когда он увидел, как закрываются её глаза, когда почувствовал, как она проваливается в тягучую жидкость смерти, словно ныряет под воду, то ощутил необычайный прилив силы. Он свёл руки и направил их на Керуба, который в данный момент расстёгивал куртку Люси. Инар не знал, почему это делает, это происходило само по себе, словно по мановению волшебной палочки. Он просто делал это, потому что знал: это правильно.        Из его рук вырвались чёрные молнии в танце с фиолетовой энергией, и воздух вдруг наполнился обжигающим жаром, и всё заискрилось вокруг. Волосы на головах присутствующих тут же встали дыбом, а в теле поселились бешеные острые разряды, колющие кожу изнутри.       Воздух сразу же нырнул в горло Люси, и та вздохнула и закашлялась, судорожно хватая ртом своё спасение. Она упала на спину, и теперь её тело дрожало, а глаза были широко распаханы, точно она не верила в то, что жива.       Мужчины разлетелись в разные стороны, а Инара откинуло. Его больная нога проехалась по земле где-то с метр, но боли он уже не чувствовал. На самом делал, он был в глубоком шоке от произошедшего, его тело ломило от откуда-то взявшейся силы, и теперь она будто была везде, даже в голове. Мозг из-за неё пульсировал, стараясь выгнать куда-нибудь подальше.        Первым очнулся Ютака. Он увидел, что и Люси, и Инар больше не могут сражаться. Первая всё ещё дрожала и хватала воздух, как рыба, выброшенная на берег, а второй вообще пребывал без сознания.        Он свёл руки так, чтобы пальцы левой руки касались выпрямленных правых, но ладони друг друга не касались. Он выпрямил руки, не сгибая их в локтях, и прошептал заклинание. Воздух вновь послушался его и кружащиеся вихри появились по одному его приказу, направившись к лежащим подросткам. Они осторожно подняли их и заключили в свои объятия. Голова Инара упала на грудь, показывая, что он уж точно не понимает, что с ним происходит. Люси рассеянно посмотрела на своё тело, заключённая в магический вихрь, потом на Ютаку, держащий руки вместе, и хотела было что-то сказать, но лишь открыла рот, наружу вырвался лишь хрип, так что она, откашлявшись, предпочла молчать.       — Вставайте, слуги мои! — провозгласил Ютака. — Да откроется портал в Подземелье!       От одного этого слова волосы на голове Люси встали дыбом. Они и так потеряли форму из-за заклинания Инара, но теперь точно могли зашевелиться и убежать с головы хозяйки! Правда, Люси была в диком ужасе. В голове вертелись слова Макарова, он запретил им искать Подземелья, но ирония такая дама, что, договорившись с судьбой, взяла ребят под своё крылышко.       В четырёх местах по периметру возникли красные узорчатые печати, из которых полезли острые колья. Они были метра три в высоту, и очень широкие, покарябанные ржавчиной. Выбравшись наружу полностью, они начали сгибаться к одной точке, точно закрываясь, отрезая солнечный свет и холод леса, погружая всех присутствующих в темноту.        Керуб и Коджи уже стояли рядом со своим хозяином. Они смотрели в испуганные глаза Люси, смотрели со смехом и садистским удовольствием. Властный голос Ютаки приказал, решая, что хватит с девушки мучений:       — Вырубить её.        Керуб снова потёр ладони и, перекинув её кнут через плечо, сложил руки замком и направился к Люси. Та хотела закричать, но вдруг поняла, что воздуха вокруг снова начинает не хватать. И, пока она думала об этом, нечто тяжёлое ударило её по затылку и отправило в мир Морфея.        Люси Хартфилии удалось открыть глаза с большим трудом: веки точно налились свинцом. Тело ломило и некоторые участки особенно щипали, а также было холодно.       — Люси! Ты очнулась! — послышался радостный голос.        Девушка с трудом повернула голову и увидела Леви, стоящую у стены.       — О, — смогла выпалить она, но тут же кашель скрутил её, заставив свернуться калачиком на нарах.       — Где Инар? — она без труда узнала голос Эрзы, но теперь взгляда поднимать она не хотела, очень уж болело тело.       — Они били тебя? — Нацу. Его Люси узнала тоже. В его голосе слышались озабоченный нотки.       — Посмотри! — раздражённо ответил Грей, и, видимо, эти слова адресовывались Нацу.       — Люси очень плохо выгляди-ит! — плаксиво сказал Хэппи.        «Все живы,» — с облегчением подумала Люси, и ей сразу стало немного легче. Конечно, физическая боль никуда не делась, зато моральной стало чуточку меньше.       — Тебя привели пять часов назад, — сказала Леви, ручаясь за то, что Люси её слышит. — Мы тут уже почти сутки. Тебя принёс Ютака, так его зовут. Он сказал, что нам осталось здесь совсем недолго, после чего он впустит нас в «Поле для развлечений». Мы не знаем, что это, но считаем, что ничего хорошего в этом нет.       — Это естественно, — выдохнула Люси и попыталась встать.        Это удалось ей далеко не с первого раза, боль в теле отдавалась глухими ударами в голову, и это было ужасно. Она посмотрела на свою руку, и увидела на них многочисленные следы от кнута.       — Что случилось? — спросила Эрза, и Люси, подняв взгляд, увидела огромный лиловый синяк. Её глаз открывался с трудом из-за этого.        Люси пересказала всё в мельчайших подробностях. За время её рассказа хвостатые молчали. Каждый думал о своём, но мысли их в основном сходились в единую: что делать дальше, как выбраться?       — У него есть силы? — спросил Грей, когда Люси замолчала. — Он разве не человек?       — Человек, — девушка хотела пожать плечами, но плечи пронзила адская боль и она замерла. — Я не знаю, откуда они взялись, он не говорил о них.       — Возможно, он просто сам не знал, — предположила Эрза. — У тебя остались ключи Звёздных Духов?       — Не знаю, — Люси медленно стала шарить по карманам. Их было четыре, и все на джинсовых бриджах. Её куртка, видимо, осталась где-то в другой точке Подземелья, потому что в камере её не было. На ней была лишь тонкая розовая футболка, местами порванная из-за кнута.        Вдруг что-то попалось под её руку, и, нащупав, Люси вытащила наружу серебряный ключ Малого Пса. Она с недоверием посмотрела на него, будто пытаясь проверить, подделка это или нет, и почему он остался в её кармане, когда другие ключи изъяли.       — Попробуй вытащить руку за пределы решётки и вызови Плю, — глаза Леви загорелись в преддверии свободы.        Девушка подчинилась и поднялась на ноги. Решётка была слишком узкой, чтобы пролетел Хэппи, но достаточно широкой, чтобы пролезла рука Люси. Леви помогла подруге добраться до решёток, а там отпустила её и отошла на пару шагов, чтобы не мешать ей вызывать духа.        Энергии у Люси совсем не осталось, но она готова была, так сказать «войти в минус», чтобы спасти своих друзей.        Она вытянула руку и предприняла попытку сосредоточиться, но всё шло из рук вон плохо, и мысли разбегались, как стадо зайцев.       — Малого Пса откройтесь врата: Николя! — просканировала блондинка.        С другой стороны что-то вспыхнуло, и хвостатые уже было обрадовались, но Люси внезапно отдёрнула руку и ключ выпал, ударившись об пол. На кисти её красовался кровавый браслет, будто нечто острое сжало её руку в своей хватке.       — Господи! — Леви приложила руки ко рту и слёзы выступили на её глазах. — Что же делать?       — Я не знаю, — выдохнула Люси. — Нам нужно спасти Инара…Инара…        Всё поплыло перед её глазами, и девушка стала терять сознание. Нацу успел вовремя подскочить, чтобы подхватить Люси, но та упала уже совсем без чувств.       — Ну и? .., — спросила Леви, касаясь горячего лба Люси.       — Для начала подождём, пока она очнётся, — Эрза села рядом с блондинкой, когда ту положили на нары, и посмотрела на остальных. — Ничего больше нам не остаётся.        Инару пришлось сделать настоящее усилие, чтобы открыть глаза. Тут же он попытался закричать, потому что вокруг не было ничего, кроме противной жёлтой жидкости, которая жгла кожу. Парень осознал, что на нём пластиковые очки, которые носят пловцы, и маска на носу, чтобы он не задохнулся. Как в ней мог находится воздух, Инар не понимал, но чувствовал, что в этом замешана магия.        Что-то держало его руки в железном плену, и темноволосый предположил, что это наручники, благодаря которым он находился в подвешенном состоянии.        Откуда-то сверху послышался дребезжащий звук, и Инар начал поворачиваться на сто восемьдесят градусов. Пытаясь попутно выбраться, парень с каждым мгновением осознавал, что в ловушке.        Его окончательно повернули, и тело снова замерло. Тогда Инар увидел трёх мужчин, один из них был Ютакой, другие два, видимо, какие-то доктора. Они стояли у стекла, разделяющего их с Инаром и этой жёлтой субстанцией, в которой он находился.        За спинами докторов стояла огромная доска с чёрной поверхностью, и не представляла из себя пока ничего интересного, но как только один из мужчин (с седыми волосами, имеющимися только по бокам головы) нажал на кнопку перед собой, тело Инара пронзила боль, а доска зажглась изображением его скелета. Темноволосого затрясло, создалось ощущение, будто тело пронзили миллионы электрических зарядов, и он боялся, как бы его сердце не разорвалось от такого напряжения.        Инар хотел было открыть рот, но вовремя вспомнил о нахождении вокруг жидкости, и плотно сжал губы, боясь её вкусить. Во время его внутренней борьбы второй мужчина, тоже седоволосый, сощурившись, следил за каждым его движением и, кажется, мог прочитать мысли, если бы хотел.        На чёрном экране с люминесцентным изображением его скелета, стали появляться и органы, к каждому из которых прилагалась конкретная информация о состоянии и здоровье. Печёнки, почки, селезёнка, кишки, щитовидная железа, лёгкие, сердце — на котором внимание учёных было сконцентрировано особо. Они что-то долго высматривали, переписывали информацию, которую Инар не мог прочесть, обговаривали это с Ютакой, который скалил зубы и хмурил брови, после подходили к мониторам и что-то долго печатали на клавиатурах, не поднимая взгляда.        Инар снова начал шевелиться, думая, что это поможет выбраться, но наручники крепко сдерживали его руки в одном положении. Он мог лишь брыкаться и пытаться дотянуться ногами до кистей, чтобы зацепиться и выдернуть руки. Парень догадывался, что может что-либо сломать, но выбраться хотелось так, что о переломах думать не было времени.        Но боль в животе не позволила свернуться, как надо, он мог лишь прижать колени к груди, чтобы сделать себе ещё больнее, как бы доказать, что сердце всё ещё бьётся в груди, что он всё ещё жив.        Наконец, наручники дёрнули его вверх, и тело поддалось. Инар ничего не мог поделать, чтобы противиться этому, поэтому молчал, пока не появилась возможность вдохнуть морозного воздуха, гуляющего за пределами жёлтой жидкости. Опустив взгляд, Инар понял, что находился в огромной округлой ёмкости. А что это за жидкость, и для чего она нужна — он и не подозревал.       Железная перегородка, похожая на дверь во весь рост, начала сдвигаться влево. Инар, подняв голову вверх, обнаружил несколько крюков, мерно колыхающихся на ветру и слегка звенящих. Цепь толстых кандалов, креплённых на его запястьях, была перекинута через крюк и переплетена двумя концами. Парень подумал о том, что для того, чтобы выбраться, пришлось бы сильно постараться.        Воздушный конвейер привёз Инара внутрь комнаты, и там остановился, у самой стены. Темноволосый тут же начал дрыгаться, брыкаться, боясь, что к нему кто прикоснётся. Доктора, собственно, сразу же и двинулись к нему, переглядываясь, словно спрашивая, стоит ли позвать подмогу или нет.        Инар вдруг вспомнил о той силе, которая переполняла его тело в тот момент, когда он захотел спасти Люси, и чуть было не отчаялся от собственной немощности. Она, та сила, казалось, была в каждой его клеточке, поселилась в голове, управляла, повелевала. Это не он тогда свёл руки вместе, это была она.       И теперь он хотел вернуть её.        Темноволосый попытался сосредоточиться, но в голове была лишь одна паника, птицей бьющаяся о стенки черепной коробки. И для её успокоения было нужно что-то невероятное, чего нельзя было достать просто так, будучи подвешенным к потолку.       — Успокойся, Инар, — попросил один из докторов, выставив вперёд руку, будто пытаясь вразумить психически нездорового.       — Что…, — хотел было бойко ответить парень, но вдруг отметил, что в горле совершенно пересохло, и он не может говорить чётко, с расстановкой, — к-каког-го…чёрта про-о-оисходит?! Г-где…я? — он заикался, что добавило какой-то трагичности и умиления ситуации, и прибавил, невероятно громко:       — И кто ты такой, чёрт подери?!        Теперь Инар смотрел на Ютаку, но в его взгляде не было и капельки заинтересованности или божьей милости, он просто смотрел, как смотрят скупые на подорожавший хлеб, поджав губы, в презрении сощурившись.        Однако вскоре морщинки на его лице разгладились, на его лице даже появилось некое подобие улыбки, и он заговорил:       — Инар Хэнском! Приветствую тебя в своём доме! Как тебе, хорошо здесь? Ты ещё не успел оценить местное обслуживание, мне жаль, но у тебя ещё будет время это сделать. Знаешь ли, на изучении ты проведёшь много времени.        Глаза темноволосого расширились от ужаса, а сердце в груди ускорило ритм.       — Знаю, тебе нечего сказать, ты ничего не понимаешь, но это временно, — успокаивал Ютака своим монотонным голосом. — Вскоре ты ко всему привыкнешь. Освободите ему одну руку.       Инар перевёл взгляд на его руки, и заметил поблескивающий нож. От этого волоски на его шее встали дыбом, словно по команде дрессировщика, а по коже пробежали мурашки, да так и застыли в одном состоянии, точно кожа его теперь навсегда утратила свою гладкость.       Конечно, это было временно.       — Отпустите! — закричал вдруг Инар, не помня себя от накатившей ярости.       Он пытался высвободить ту силу, которая уже проявилась в нём, но всё было тщетно, и не крики, не удары его ног по телам докторов не помогли, лишь только разозлили последних.        Ютака подошёл к панели управления и, зажав кнопку на селекторе, молвил:       — Охрана.        Инар продолжал отчаянную борьбу, пока высокий охранник, на сантиметров пятьдесят выше самого темноволосого. Он было перестал брыкаться, но, увидев, как к нему приближаются, прижал ноги к груди, чтобы лягнуть охранника, когда тот приблизится. Тот предугадал желание Инара и, когда тот-таки хотел ударить, схватил его ногу и сильно сжал, вогнав свой ноготь в его и без того ноющую плоть. Темноволосый закричал, отчего схлопотал звонкую пощёчину.       — Молчи, мразь, — зарычал охранник и замахнулся вновь, но Ютака перехватил его руку и опустил её.       — Успокойся, — сказал он. Отчего-то охранник как-то сжался, став похожим на обиженного маленького щеночка, и стал отходить к дальней стене. — Прости его за это, — обратился он к Инару, пока доктора подходили к нему. — Он всего лишь мелкая сошка, понимаешь, они все такие, — Ютака постучал по виску и на лице его возникло некое подобие усмешки, — с недостатком мозга в голове.        Охранник сделал вид, что не услышал.        Замок на кандалах щёлкнул и одна рука Инара повисла без действия. Он внезапно почувствовал, как сильно затекла она, и как теперь с радостью и быстротой разбегается по венам кровь.       Ютака осторожно прикоснулся к его ладони, начал её рассматривать, словно она представляла собой нечто магическое, особенное, после чего поднёс нож и кликнул врачей.        Те принесли книгу в кожаном переплёте, с уже расстёгнутыми ремнями, и раскрытую на пустых страницах, на которых Инар видел капельки свежей крови. Что-то подсказывало темноволосому, что она, эта кровь, была тоже взята у него.        Он хотел спросить, для чего это нужно, но язык предательски приник к нёбу и никак не хотел отлепляться, отчего изо рта получалось выталкивать только какие-то бессознательные мычания, которые приходились Ютаке по вкусу. Настроение его, от обладания инаровской рукой в своей, настроение повышалось.       Он сделал маленький надрез, и кровь сразу стала скапливаться на ранке. Инар скорчился от боли и попытался дёрнуться, но Ютака пригрозил ему ножом, шевельнись, мол, и прирежу.        Кровь парня постепенно скапливалась в ладони и вскоре Ютака перевернул её, заставив каплю лениво сбежать на страницы книги.       Стоило только капле коснуться поверхности, Инар почувствовал резкую боль, гораздо более яркую, чем та, уже утихнувшая. Он хотел закричать, но не смог выдавить и звука, наблюдая за происходящим на странице, где стали появляться аккуратные надписи, выведенные человеческой рукой.        Они складывались слова, постепенно, с надоедливым скрипом, будто некто прямо сейчас выводил предложения своим старым пером, обмакнутым в чернильницу.        Эти изменения происходили на левой странице, правая же пока была пустой, лишь короткая золотистая надпись появилась внизу: «Инар Хэнском».        Ютака жадно следил за каждой появляющейся буковкой, с каждой новой открывая для себя слова, которые впоследствии складывались в предложения. Ему не терпелось узнать все его секреты, которые непременно должны были описываться в книге. Какого же было его удивление, когда ему открылся следующий отрывок:

«НОВОЕ ВОЗРОЖДЕНИЕ: НА ЭТОТ РАЗ ТОЛЬКО МОГУЩЕСТВЕННЕЕ! Прошло сто лет, и новый прыгун принёс свою жертву, чтобы запечатлеть свои похождения на этих страницах. Его кровь не похожая на кровь других, она другая, совсем новая и переполненная силой…»

       Злостно зарычав, Ютака стал листать назад.

«Все их способности обостряются, будь то ловкость или скорость, или острота ума. Опыты показали, что они не имеют каких-либо магических способностей, лишь только, при сильных панических атаках, могут создать защитный барьер, но это удавалось увидеть лишь один раз. Каждый из них хранит в себе определённые силы, проявляющиеся только в магических Измерениях».

       Как только Ютака прочитал обновлённую информацию, на странице справа стали появляться линии. Точно какой-то художник рисовал в настоящее время портрет Инара, только оставался невидим и бесплотен. Он лишь выводил линии на пожелтевшей странице, одновременно успевая работать с цветом, так что вскоре уже возникло готовое изображение, в котором темноволосый без труда узнал себя: он стоял в боевой позе, вытянув и сведя руки, а из них вырывалось фиолетовое свечение в танце с чёрными молниями. И, смотря на них, Инар будто бы снова услышал то потрескивание воздуха и почувствовал жар собственного тела. Глаза Инар на картинке слепил яркий свет, отчего они полуприкрылись, но уверенность так и сверкала из-под ресниц предупреждающими огнями, которые, увы, не подействовали на врагов.       — Эта книга, — сказал Ютака, переводя взгляд на подвешенного Инара, — ключ к вашему уничтожению. Главное только найти правильный подход, — тут он уже возвёл глаза к потолку. — И я узнаю, как смогу обладать вашей оглушающей силой.       «Сила, — прошептал Инар про себя, — эта сила есть у меня. Она действительно во мне, стоит только заставить её появиться вновь».        Он вдруг вспомнил о Люси, о том, каким жалким выглядело её лицо в тот момент, когда способности Инара пробудились, и он вдруг по доброте своей душевной захотел спасти её. Теперь он задался вопросом, а жива ли она вообще, и мысленно ответил себе, что да, она жива, потому что иначе быть не может.        «Иначе это всё будет напрасным».        Ему нужна была книга, особенно после слов о том, что она — ключ к уничтожению всех прыгунов. Как, это уже дело Ютаки. Инар решил, что свести их с лица Земли всех невозможно, так как через сто лет родятся новые, хотя, всё возможно, с учётом преобладании магии над временем и судьбой.       — Ввести ему снотворное, — раздался вдруг приказ Ютаки, и врачи тут же подскочили к Инару. Он и глазом моргнуть не успел, как уже тонкая игла погрузилась в его кожу, впрыскивая опасный яд.       — Не-е-ет, — только и успел выдохнуть он, прежде чем перед глазами всё поплыло и он провалился в темноту.