Драбблы по Инфинит

Сонгю плохо спит и мало ест, и это первая причина того, что он стоит в четыре утра на холодном бетонном полу балкона и пытается прикурить сигарету дрожащими пальцами. Надо все-таки было одеться потеплее, чёрная футболка и серые домашние штаны-не слишком хорошая идея для середины декабря... Есть и ещё одна причина находиться здесь. Ухен. Долбанный Ухен, на его, Сонгю, кухне, который варит свой отвратительный на взгляд Кима кофе со специями. И да, все это в четыре утра. Откуда у поганца ключи от квартиры, Гю предпочитает не думать, хотя тут и думать нечего. Странно, что он опять здесь, хотя его никто не звал, и сам он, вроде бы, не собирался возвращаться. Но это же Нам. Логикой его поступки не блещут. Сонгю холодно, но он не заходит в комнату, потому что, во-первых, там не настолько уж и теплее, а во-вторых, это ж неизбежно придётся встретиться с Ухеном, а в голове наивное желание - ну пусть он исчезнет или не заметит его, Сонгю, присутствия, а? Бывают же чудеса на свете? Не бывает. Так и не прикуренная сигарета летит вниз, и Гю прослеживает её путь до самого падения в сугроб. Не то чтобы ему было это интересно, просто задумался. Вот какого черта он такой бесхребетный? Ухен подходит как всегда тихо, и его появление выдаёт лишь резкий запах одеколона, который Сонгю кстати никогда не нравился. - Ты мне не рад, - не спрашивает. Констатирует. - Удивительно точное замечание для человека, которому плевать, рад я или нет, - спокойно отзывается Сонгю не оборачиваясь. Ухен обнимает за талию и кладет подбородок на плечо Кима. И он весь такой отвратительно тёплый и нежный. Такой ужасно уютный и... милый? Сонгю вот прямо сейчас резко захотелось застрелиться. По-хорошему надо бы послать эту наглую самоуверенную морду к чертям собачьим. Сменить замки, а лучше вообще переехать. Надо хотя бы вывернуться из этих объятий, для начала-то. ... Но нет. Снова. "Ким Сонгю, что с тобой не так?" С ним все наверно не так, с ним случился Нам Ухен пол года назад. - Я скучал, - говорит Ухен, поглаживая его живот кончиками пальцев. Сонгю не верит. Ухен не умеет скучать, он не умеет привязывается, тосковать. Любить он тоже не умеет. Нам хорошо умеет врать, скрываться неделями неизвестно где и появляться в самый неожиданный момент. - Зачем ты пришёл? - тихо спрашивает Сонгю. Не то чтобы он ожидает ответа, но не спросить все равно не может. Как и каждый из предыдущих таких вопросов. - Ммм, - неопределенно мычит ему в шею Ухен, и это в принципе может означать что угодно - от "я же люблю тебя" (что естественно неправда), до "мне захотелось перекусить перед работой, а тут на пути твоя квартирка". Сонгю все-таки выворачивается из его рук и уходит на кухню, чтобы немного согреться. Ухен следует за ним молча, и со стороны все это наверное смотрится дико. Сонгю делает себе чай, передвигаясь по кухне медленно, будто только проснулся. Ухен пьёт свой кофе и следит за передвижениями хозяина квартиры как юный натуралист за интересной букашкой. Тишина никого из них не угнетает, а необходимость в разговорах давно уже не ощущается не одним из них. Сонгю греет замерзшие руки о чашку и усиленно делает вид, что он на кухне вообще один, нет тут никого, и нет, он не чувствует этого хитрого прищура в спину. Ухен опять (ну кто бы мог подумать, да?) лезет обниматься, на этот раз буквально подныривая под руки, и улыбаясь как идиот, дует на челку Сонгю. Ким морщится, но не выдирается. Знает, что будет дальше, ждёт этого и даже - окей, признается самому себе - немножечко этого хочет. А может просто по привычке. Просто Ухен так делает всегда: появляется вдруг, обнимает тепло, целует жарко и так собственнически, что кажется, будто Гю ему нужен. Вот правда нужен, необходим, и он его не отдаст никому и никогда. ... А потом, спустя несколько часов все волшебство обычно заканчивается, Ухен смотрит изподлобья как-то затравленно, и Сонгю в общем-то и знает причину этой перемены, а только не легче ни на грамм. Ухен боится быть зависимым. Он никогда не говорил ничего подобного вслух, но об этом красноречиво говорит все в нем: и эти случайные взгляды "после", и нечаянно оброненные слова неодобрения на нежность (Сонгю усвоил урок, больше никаких нежностей, увольте), и объятия до хруста костей, когда он вновь уходит, чтобы не вернуться. Он возвращается, конечно. А Сонгю не боится быть зависимым, он уже давно стоит на другой ступеньке. Давно перешагнул страхи и сомнения, да и боялся ли также как Ухен?.. Разве б он позволил всему этому продолжаться (Гю намеренно избегает слово "отношения" даже в мыслях), если б сам не был зависим, если б не нуждался в нем так остро и так отчаянно?.. Сонгю уходит от поцелуя, разрывает объятия и под непонимающий взгляд Ухена поворачивается спиной и делает шаг к окну. Его спасает звонок мобильного. Сонгю улыбается, видя на экране улыбающееся лицо и знакомое имя. Он не спешит поднимать трубку, любуясь этим недавним сэлфи. .. И не замечает злого взгляда из-под челки и сжатых кулаков. Где-то там, в голове Нама сейчас буря и иррациональная обида. Ему Сонгю уже давно так не улыбался. Ким все-таки принимает вызов, и за первыми репликами ни о чем не замечает, как хлопает входная дверь. --- Когда-то Сонгю прочитал много умных книжек. Среди них было немало о психологии, о том, как лечат зависимости любого рода - от никотиновой до шоколадной. Лично ему ни один рецепт не подошёл. Сонгю понял, что в его случается подействует лишь принцип "подобное подобным". Он не перестал ещё любить Ухена. Не перестал ненавидеть себя за это. Но его новая жизнь началась два вторника назад. Именно тогда он познакомился с Дону.