Синигами XXI: Осколки миров

Сейретей никогда не славился холодными зимами, но почему-то в этом году погода бушевала как никогда раньше. Казалось, что мороз проник в души людей, живущих там. Угрюмые и печальные – такими синигами казались друг другу каждый день на протяжении всей зимы. Только одно событие смогло хоть как-то разукрасить морозные и ледяные будни – рождение сына капитана пятого отряда. Событие, как оказалось, долгожданное не только для родителей, но и для всего Готея. Мальчик появился в начале февраля, днем, отчего и получил имя Никко… Никко Куросаки – рыжеволосое чудо с огромными глазами-угольками. Такое светлое и прекрасное событие вывело Готей из зимней спячки на какое-то время, а когда пришла весна, тогда Общество Душ вздохнуло полной грудью и сняло с себя тяжелые, ледяные оковы. Конечно, семья Ичиго была счастлива – в этом никто не сомневался - но один факт не давал капитану иногда спать по ночам. Его сестренка…. Она обещала связываться по мере возможности с ними, но прошла зима, и наступил дождливый март, а от нее не было никаких вестей. Это поселило тревогу внутри. Когда-то главнокомандующий говорил, что Карин станет тайным оружием против Ванденрейха. В начале, Ичиго об этом забыл, но сейчас эта фраза ярким бельмом стояла в глазах. Если его сестра, по словам Ямамото, так важна, почему он запросто изгнал ее из Готея? Нет-нет, гнев старика – известная черта, но также ему присуща рассудительность, мудрость и дальновидность, приобретенная с годами, что он в конечном итоге сменил бы гнев на милость, и вернул Карин назад или как-то связался с ней. Но нет! Ямамото до сих пор не желает ничего слышать о Куросаки, сколько бы Ичиго не пытался его уговорить – все бестолку. Все чаще и чаще капитана Куросаки одолевала мысль, что здесь кроется что-то еще, но что именно? Своими доводами он решил ни с кем не делиться – ни с семьей, ни с Хицугаей. Тому тоже было нелегко. Он понимал его чувства. Если бы Рукия была от него далеко, если о ее судьбе было бы ничего неизвестно, наверное, Ичиго сошел бы с ума. Ему не хотелось подливать масла в огонь, а его подозрения были как раз тем возбудителем, от которого лучше отказаться. Поэтому Ичиго оставил мысли глубоко при себе. Март принес огромное количество дождей в Сейретей, но последние две недели месяца выдались солнечными и по-весеннему теплыми. В один из таких дней Ишин позвал Юзу для разговора, который он уже не мог откладывать. Отец прекрасно понимал, что беседа придется дочери не по душе, но выхода не было. - Только давай быстро, а то мне на занятия бежать нужно, - девушка, держа на коленях сумку, явно торопилась. А вот Ишин напротив – торопиться не хотел. Он сел перед ней на краешек стола, сложив пальцы в замок и, наконец, начал говорить: - Я постараюсь тебя не задержать. Видишь ли, - Ишин почесал макушку и глубоко вздохнул, - поскольку ты представительница древнего клана Шиба, а это значит, что тебе… предстоит задуматься о будущем. - Так, - протянула девушка, - хорошо, не вопрос. Я обязательно об этом подумаю, но чуть позже. Мне бежать надо! - Ты меня не дослушала, - он посадил дочь обратно. – Я имел в виду кое-что конкретное – замужество. Юзу нахмуренно и одновременно вопросительно посмотрела на отца. - В смысле? - В прямом. Твой брат женат, а твоя сестра обручена. Остаешься только ты. - И чего? - Ты достигла определенного возраста, поэтому, во время празднования весеннего равноденствия, я представлю тебя остальным благородным семьям, чтобы ты… выбрала себе юношу в будущие мужья. - ЧТО!? – Юзу вскочила со стула. – Черта с два!! - Юзу, - ахнул отец. На его памяти она никогда не ругалась, даже мысли подобной не допускала, а тут такое! Видимо, девушка была в бешенстве. – Всегда отца выбирали своим дочерям мужей. Я же даю тебе самой определиться. - Ох, спасибо огромное! – девушка даже поклонилась. – Это так облегчило мою жизнь! Папа! Ты хоть сам себя слышишь? Какого мужа?! Я не хочу замуж сейчас! - Я не сказал, что ты должна выйти замуж прямо сейчас. Ты просто выбери. - Мне что пальцем ткнуть в первого попавшегося парня? Неужели ты сам не слышишь, как это бредового звучит! - Это традиция, и тебе придется с ней считаться! – Ишин сам начинал злиться, хотя прекрасно понимал чувства дочери. Глаза девушки постепенно начинали наполняться слезами. Еще чуть-чуть, и она бы разревелась. Громко топнув ногой и взмахнув руками, она сказала: - Почему ты Карин не искал жениха сразу же по ее прибытию сюда? Или у нее возраст тогда был неподходящий? - Ты же знаешь, что отношения между нами были, мягко говоря,…не лучшими. Тогда передо мною стояла другая задача – вернуть мир в нашу семью. Сейчас у меня другая задача – устроить твое личное счастье. - Но брак с незнакомцем – это не выход из положения! Она схватила сумку и выбежала прочь из кабинета, но успела услышать слова отца: - Смотр все равно состоится – хочешь ты того или нет! Ишин понурил взгляд и вернулся в свое кресло, устало опустившись в него. Потерев пальцами переносицу, он подумал, что еще никогда не доводил свою дочь до слез. Это непростительная вольность с его стороны. Впрочем, как и со стороны любого отца. Но традиции клана…. Они могут одновременно сделать счастливыми и разрушить жизнь человека. Но ведь и он когда-то нарушил все традиции, все законы и сбежал в мир людей, чтобы быть рядом с его любимой Масаки. А сейчас он заставляет свою маленькую дочурку слепо следовать традиции. Дилемма…. Между долгом и…, наверное, любовью. Но что если это встреча станет судьбоносной для Юзу? Вдруг она встретит свою настоящую половинку. Похоже, эта мысль успокаивала Ишина, в какой-то мере. Он задумался о словах девушки – если бы Карин не была помолвлена, то ее бы ждало точно такое же мероприятие. Куросаки - старший отчего-то представил гору трупов. От подобного видения даже затошнило, но его Карин именно такая – с чужим мнением не считается, слушает только свой разум, иногда и сердце, но в основном разум. И любит стрелять… по хаотично движущимся мишеням. Ишин даже вздохнул от напоминания: «Слава Богам, что у нее уже есть жених, иначе было бы худо». Но начало уже положено – в воскресенье, в празднование дня весеннего равноденствия, в их небольшом доме соберутся представители нескольких благородных семейств. Приглашения уже высланы и получены ответы. Так что пути назад нет. Юзу со всех ног бежала, куда глаза глядят. Слезы застилали взор. Пыталась бороться с собой, но все бесполезно. «Это несправедливо!», - в мыслях кричала она. Девушка уже и забыла, что торопилась на занятия. Сейчас не до истории Готея или тренировки кидо. Тут возникла проблема посерьезнее. Он бы сватал Карин – да кого он обманывает?! Неужели отец не понимает, что брюнетка попросту не выдержала бы и выкинула какой-нибудь трюк, от которого мало ли кому поздоровилось! Да и потом, Карин Куросаки создала себе репутацию отличного воина, гениального ученого, но отнюдь не милого и нежного создания, созданного для брака. Нет, Юзу нравился выбор сестры, но все равно она с трудом представляла ее в образе жены и матери, как бы грубо это ни звучало. Девушка прибежала в дом к брату, где сейчас была только Рукия с младенцем. Блондинка забежала в дом, точнее, ворвалась, влетела в большую комнату, где находилась хозяйка и рухнула на диван, прекращая сдерживать слезы. Такая картина шокировала брюнетку. Слишком много всего за две секунды. - Юзу…, - начала, наконец, говорить Рукия. – Что… что случилось? И тут девушку словно прорвало. Она говорила без остановки минут десять, прерываясь на всхлипывания и короткие вздохи. Когда же она окончила свою пламенную речь, светловолосая синигами с мольбой уставилась на молодую мамочку, словно брошенный котенок. Та, в свою очередь, пребывала в легком ступоре. - Ишин-сан собирается выдать тебя замуж? – Рукия присела рядом, укачивая маленького Никко. Юзу, всхлипывая и вытирая глаза, коротко кивнула. Брюнетка кивнула в ответ, но она понимала слова золовки. - Это несправедливо! – Юзу ударила кулачком о спинку дивана, но осторожно, чтобы не разбудить малыша. - Это древние традиции любого клана. Очень часто представители знатных семей договариваются о браке детей буквально на следующий день после их рождения. - Но мы не знать, - настаивала младшая Куросаки. – Мы родились на Земле, далеко от всего этого. А теперь меня окунают во всю…эту чепуху?! Даже папа бросил все и женился на маме, а она была человеком! Так почему он заставляет меня следовать традициям его семьи, когда сам этого не делал?! Рукия прикрыла глаза. - Возможно, ты и не считаешь себя из знатной семьи, но на самом деле все выходит как раз наоборот. Клан Шиба считался одним из почетных и уважаемых кланов Сейретея, пока Ишин-сан не бросил все. Да, клан был небольшим, но это не умоляет их достоинств. Сейчас, клан Шиба – это вы, - Рукия встала с дивана и положила малютку в небольшую кроватку, стоящую рядом, а затем вернулась к светловолосой красавице. – Сказать по правде, я тебя понимаю. Когда-то мой брат поставил меня перед фактом, что я выйду замуж за сына клана Фудзисавы, когда настанет время. - И что ты сделала? Брюнетка нежно улыбнулась. - Встретила твоего брата. Конечно, слова Рукии походили на бальзам для израненной души, но ответом на вопрос что делать не являлись. - Разговор с Бякуей состоялся до моего дежурства. Когда я прибыла в Генсей, там встретила Ичиго, и он стал временным синигами. - А что Нии-тян? - Много чего произошло с той поры, было не до свадьбы между представителями кланов. Ну, а что было потом, ты видела собственными глазами. - Но я помню, что Бякуя не сразу согласился с вашими отношениями. - И тот факт, что ваш отец довольно-таки знатный человек, послужило немалым толчком к нашей свадьбе. Юзу громко выдохнула. Встав с дивана, она подошла к окну и обняла себя. - У тебя замечательная история, - девушка повернулась к жене брата, - но толку от нее ноль. Рукия слегка ахнула. - Почему-то я уверена на все сто, что к Карин он бы с подобными…предложения не лез. Неужели отец считает, что мною можно управлять? Нет, нет и еще раз нет. Если я и соберусь замуж, то однозначно не в этом году и по любви! - Юзу, если ты что-то задумала, что это может отразиться не только на тебе, но и на всей семье! Ты можешь опозорить всех нас. Светловолосая нахмурилась. Посмотрев на золовку исподлобья, она сказала: - То есть, плевать на все, лишь бы все были довольны. Так ты считаешь? - Нет, я не это имела в виду, - поспешила ответить Рукия, но Юзу ее уже не слушала. Она жестом остановила словесный поток жены брата и сказала: - Зачем я к тебе вообще пришла? От тебя толку ноль. Карин знала бы, что делать, - и быстрыми шагами поспешила удалиться из этого дома. Рукию немного обидела последняя фраза младшей Куросаки, но с другой стороны – ее настрой можно было понять. Внутри зародилось какое-то волнение, слова, да и взгляд Юзу ей совсем не понравились. Куросаки боялась, что по глупости девчушка может наломать дров. Сама же Куросаки уже бежала по улочкам Готея. В голове пульсировало одно – она должна любым образом поговорить с Карин. Но к кому обратиться? К Маюри? Нет, она расстроена, но не настолько, чтобы самолично обращаться к монстру. Но девушке повезло – ей встретилась Нему. - Лейтенант Куротсучи! – крикнула она. Нему, услышав свое имя, остановилась. Обернувшись, она увидела мчащуюся к ней на всех порах Куросаки. Подобная картина немного беспокоила лейтенанта. - Вы что-то хотели, Юзу? – спокойно поинтересовалась Нему. Отдышавшись, Куросаки младшая сказала: - Наверное, мой вопрос покажется вам странным, но… скажите правду – вы связывались с Карин? Такой вопрос озадачил лейтенанта. - Вам же известно, что это невозможно, - собравшись, начала пояснять Нему ровным, но четким голосом. – К нашему сожалению, ваша сестра сейчас нежелательный человек и все контакты с ней запрещены, как бы нам не хотелось обратного. Слова Нему для Юзу стали ударом, уже вторым за сегодня. Не слишком ли для одного дня? И вновь глаза наполнились слезами, но у Куросаки уже не было сил плакать. Ей нужна поддержка, а в такой момент она не смогла найти никакой опоры. Девушка, отшатнувшись, прислонилась к холодной стене. - Юзу! – Нему подбежала к ней и, положив руку на плечо, обеспокоенно всматривалась в лицо маленькой девочки. Светловолосая посмотрела на лейтенанта двенадцатого отряда и полушепотом сказала: - Она мне нужна…, как никогда раньше. Я чувствую, что теряю ее. Она почувствовала, как рука Нему сжалась сильнее. На лице рассудительного лейтенанта в ту минуту можно было прочесть эмоции горечи и сожаления. - Давайте я отведу вас домой, - предложила лейтенант. Юзу отрицательно покачала головой и убрала ладонь Нему со своего плеча. Девушка зашагала прочь, как услышала слова лейтенанта, сказанные вдогонку: - Я уверена, что с вашей сестрой все в порядке. – Куросаки повернулась к Куротсучи. – Она не даст себя в обиду. Юзу смотрела на Нему, но ее взгляд будто проходил сквозь нее. - Не даст, - согласилась светловолосая, - но даже и у нее есть предел. После этой фразы, Юзу развернулась и зашагала прочь от Нему, оставив ту в растрепанном состоянии. - Вы все слышали? – вдруг сказала лейтенант. - Разумеется. Рядом с ней появился капитан двенадцатого отряда. - Это моя обязанность – знать все и про всех. Девчонка даже не подозревает, насколько она права. - До сих пор нет сигнала? Маюри тяжело вздохнул. - Если ответа не будет в ближайшие два часа, придется принять меры. Наконец, день подошел к концу. Юзу так и не появилась в академии, да и домой не особо и хотелось. К вечеру небо затянуло тяжелыми облаками, давящие на каждого человека в Готее. Как только солнце спряталось за горизонт, начался дождь. Первый весенний дождь, но леденящие капли пронзали сердца. Куросаки, сидя на скамейке, даже и не собиралась прятаться от ненастья. Вода – ее стихия, ее вотчина, ее покой. И именно поэтому ни одна капля дождя не попала на девушку. Вокруг все мокро, лишь Юзу оставалась сухой. Вода обволакивала ее тело и не могла коснуться девушки. Да вот только ей до жути хотелось потушить пожар в мыслях и душе. Она так и не нашла ответа на вопрос – что делать? Девушка знала, какой силой обладает. Это позволило бы с легкостью напугать гостей, но перед глазами вставала Рукия, говорившая о позоре семьи. Черт… палка о двух концах. Она не могла просто так смириться с замужеством против ее воли, но причинять боль своим родным – не радужная перспектива. За рассуждениями Куросаки не заметила, как над ее головой возник зонтик. Вздрогнув, она очнулась от беседы с собой и смогла, наконец, увидеть сидящего рядом отца. Ишин держал над дочерью зонт, хотя прекрасно знал, что это лишнее. - Как ты меня нашел? – монотонным голосом спросила Куросаки. Ишин устало выдохнул. - По реацу, - ответил он. Юзу кивнула, опустив глаза вниз. - Прости меня, - сказал Ишин. Девушка ахнула и посмотрела на своего отца. Тот сам опустил глаза вниз. - Что? - Ты права. Мне не следовало так давить на тебя. Это традиции моей семьи, вас они не должны касаться. – Ишин взял дочь за руку и посмотрел ей в глаза. – Знаю, я уже пригласил людей в воскресенье, но не волнуйся – тебе ничего не нужно делать. - Правда? – не верила в услышанное Куросаки. - Правда, - улыбнулся он. – Просто будь со мной рядом. Сейчас, ты моя единственная опора. Юзу улыбнулась. Кажется, впервые за день. Она положила голову ему на плечо, а слезы сами потекли из глаз. Единственная его опора…. Это правда. Она по-прежнему его маленькая дочурка. Ненастье настигло не только Сейретей. В Генсее также бушевала стихия. Обычный будничный вечер в городе Фукуи. Небольшой городок, где по большей части находятся поля и горы. Прекрасное место для семьи, приведение мыслей в порядок, а также для успокоения души. Ведь созерцание красот природы успокаивает мысли и сердце. Но вряд ли созерцания битвы поможет метущейся душе обрести покой. Тело девушки с грохотом отлетело от скалы. Волосы растрепались, костюм полностью порван, а из ран сочилась кровь. Она попыталась встать, но кто-то ногой придавил ее к земле. Ее противник, точнее, соперница. Но здесь была битва не за сердце мужчины, а на смерть. Она была одета в белую юбку, длинные гольфы и шинель, а на плече белый плащ. Правда цвет чистоты давно испорчен грязью, а кое-где и кровью, но у нее сил был больше, чем у ее врага. Бамбиетта схватила Карин за волосы, потянула на себя и со всей силой ударила лицом по грунту. Куросаки медленно перевернулась на спину. Глазами она искала дзанпакто, но до него было не дотянуться. Бамбиетта прекрасно знала об этом, и это ее несказанно радовало. Квинси с лучезарной улыбкой опустилась и села на Карин. - Не понимаю твоей ценности, Куросаки, - рассуждала она. – Мы сражаемся с тобой всего ничего, а ты уже на грани. Из плеча Карин сочилась кровь. Быстро и крепко схватив ее за плечо, Бамбиетта еще ближе нагнулась к девушке: - Ты беспокоишь моего короля, а тот, кто его беспокоит, не доживает свой век. Карин попыталась что-то сказать, но вместо этого получался сплошной хрип. - Что-что? – сказала квинси, наигранно оттопыривая ухо. – Говори громче, я плохо слышу. - Я сказала…, - наконец собралась Куросаки, - лучше тебе… вернуться…в свою нору. Она положила руку на спину квинси, и та, охваченная темным сиянием, слетела с Куросаки. Бамбиетта приземлилась на ноги. Выхватив меч из ножен, который уже распробовал крови синигами, она не знала чего ожидать дальше. Карин смогла встать на колени. - У меня сегодня и без тебя… плохой день, - Куросаки уже еле дышала. Эта квинси напала на нее совершенно не вовремя. Точнее, для Бамбиетты плохое настроение Куросаки может обернуться гибелью, как максимум. То, что ей сегодня открылось, разделило ее жизнь на до и после. И сейчас эта девчонка пытается ее убить. Карин была бы не прочь сдаться. Она устала. Ее крестовый поход с каждым днем становится все мрачнее, и смерть может стать другом и избавителем. Но в Сейретее есть те, кто надеются на нее, да и капитан не отдавал приказа на смерть, поэтому у нее нет иного выхода, как собрать последние силы и нанести упреждающий удар. Оперевшись кулаком о мокрую почву, Куросаки встала на ноги, но долго она не простоит. Темная энергия полностью окутала Карин. - Ты еще не встречала монстра, Бамбиетта Бастербайн. Он… перед тобой. Вся мощь, что у нее осталась, она выплеснула вместе с яростью и гневом. Черная энергетическая масса снесла квинси с ног и вмазала ее в каменную стену. Штернриттер открыла глаза и собралась сделать следующий шаг, как Куросаки появилась перед ней и вонзила руку ей в грудь. Бамбиетта застыла в немом крике. Ее белоснежная форма стала алой. - Я чувствую твое сердце, - прорычала Карин, чьи глаза заволокло темным адским пламенем. Квинси продолжала сжимать свой клинок. Скрипнув зубами, она решила пойти ва-банк. Вокруг Куросаки витали духовные частицы. Воспользовавшись своей уникальной способностью, о которой Карин не знала, Бамбиетта устроила взрыв. Куросаки отлетела от квинси на далекое расстояние, оставив за собой траншею в мокрой земле. Силы покидали ее, глаза закрывались. Кажется, это был конец. Бамбиетта не могла идти. Ее способность выбила ее колеи. Хотя силы еще остались, девушка не могла встать на ноги. Квинси видела, что Карин не шевелиться. Неужели, она ее убила? Тогда нужно отрезать голову, ведь она обещала трофей своему повелителю. Она подползла к Карин, в одной руке держа клинок, а второй зажимая рану в груди. Бамбиетта зарычала – синигами еще жива. Но это ненадолго. - Ты…, - причитала квинси, поднося клинок к ее горлу. - Ты служишь…не тому…, - прошептала Карин. - Я не разрешала тебе говорить! - Ты не нужна своему королю. - Замолчи! Ты ничего не знаешь обо мне! - Знаю, - откашлялась Карин. – Ты это я. Бамбиетта нахмурилась. Что значит ты это я? Она на секунду замерла, но затем сомнения отступили, и квинси занесла руку с мечом, чтобы закончить дело, как последняя волна…последний всполох темной энергии снес Бастербайн с места. Отлетев, девушка села на попу и готовы была вновь встать на ноги, чтобы уже, наконец, прикончить Куросаки, но появившийся белоснежный столб света накрыл синигами, и та исчезла.