Истории моей тетушки Эви, рассказанные однажды дождливым вечером у ка

Следующие несколько недель были посвящены занятиям. Я узнала много нового и интересного но постепенно сомнения все больше одолевали меня. Нет, все, что касалось магии, было просто великолепно. А вот остальное… Нигде не было зелени, только серый камень. Да и, вообще, кроме серого, серебряного, черного и туманно-белого никаких цветов и оттенков не наблюдалось. Полностью отсутствовало мясо, красное вино, сыр, яркие фрукты и овощи. Вкус тоже был специфическим – либо пресным, либо сладким. Лук, чеснок и специи в местной кулинарии не использовались. Практически мертвая тишина и абсолютная неулыбчивость населения угнетали. Сколько я ни старалась, но сделать отношения более теплыми мне ни с кем не удалось. Даже с Леди Лайл сохранялась устойчивая дистанция, хотя почти целый день мы были вместе – на занятиях, прогулках, за трапезой. Разговоры наши с ней сводились к происходящему: уточнить заклинание, оценить вкус изысканного пирожного или утонченную красоту статуи в саду – и не более. Ни о чем и ни о ком я ничего не смогла узнать, кроме того, что и так было мне видно. Несмотря на всю свою любознательность, я почти не знала замка, хотя часто бродила по нему – все двери всегда были заперты. На мои просьбы открыть, я получала неизменно вежливый и категоричный ответ: «Когда Вам будет нужно что-либо из того, что там расположено, Вам откроют». Интересно, как я узнаю, что там есть, для того, чтобы сказать, что мне это нужно? Мне не удалось выяснить название страны – все, кому я задавала этот вопрос, пропускали его мимо ушей или переводили разговор на другую тему. Но когда я поняла, что за два с лишним месяца, что я прожила в замке, я ни разу не видела солнца, у меня как-то совсем похолодело внутри. Уже наступила ночь, но я все не могла уснуть. Три бледные свечи в изящном серебряном канделябре не давали ни света, ни тепла, ни успокоения. Нудное ощущение какой-то ошибки, не ведомо какой, давило на сознание, мешая уснуть. Но и обдумать все логически не получалось – странно, но, живя здесь, я словно разучилась задумываться над тем, что происходило вокруг. Даже когда канделябр по непонятной причине вдруг свалился с комода, я не задумалась о причине сего странного явления. И даже не попыталась потушить загоревшийся шелковый ковер! Бессмысленно пялясь на огонь, разгоравшийся на полу, я не сразу поняла, что из-за него на меня опять смотрит Глэд. Он был необычайно серьезен, даже напряжен. Неуловимое движение… Что-то зазвенело у меня под ногами, выводя из оцепенения. Я нагнулась и подняла тонкий золотой поясок из сцепленных колечек. Потом я перевела взгляд на то место, где только что являлся Мольдский маг. Его уже не было. Ковер горел вовсю, подбираясь ко мне, огонь захватывал все большую территорию. Я выскочила из комнаты и стала звать на помощь. Появились молчаливые слуги, быстро потушили огонь и убрали помещение. Кажется, они даже не заметили меня. На следующие утро, придя на занятие, я не увидела в комнате леди Лайл. Книг на столе тоже не было. Маг Ардр взглянул на меня пронизывающим взглядом, и на мгновение мне показалось, что он видит спрятанный под черной лентой поясок Глэда. Но он сказал нечто ошеломившее меня: - Леди Эвелин, сегодня ты будешь посвящена в звание Великой Ведьмы и войдешь в мир магов. Следуй за мной. Мы поднялись в башню и оказались в пустом помещении без окон, завешанном и застланным черными шелковыми коврами. Маг поставил меня в центре и, читая непонятные мне заклинания, стал кружить вокруг меня. Я почувствовала, что сознание мое туманится. Все плыло перед глазами. Пол и стены слились в одну черную воронку, закручивавшуюся вокруг меня все быстрее. У меня кружилась голова, даже немного укачивало. Было приторно сладко во рту. И такой же сладкий туман все более заполнял сознание. Еще секунду, и всякое мое сопротивление утонуло бы в этих болезненно сладких грезах. Но, внезапно, темноту рассек светящийся луч, в котором угадывались очертания какой-то бесформенной желтой массы, похожей на огромную песчаную розу – так от жара в пустыне кристаллизуется песок. Раздавшийся затем жуткий двухголосый вой я не забуду никогда в жизни. Один из голосов принадлежал Лорду Ардру, но только это уже был не он, а огромное черное чудовище, похожее на птицу с человекоподобным лицом, с огромными белесыми глазами без зрачков и радужки. В одно мгновение с моих мозгов словно слетела туманная пелена, мне все стало ясно: это место – Рокдейр, а Лорд Ардр – Верховный черный Маг. Как я могла не догадываться? И как мне теперь выбраться отсюда? Второй воющий голос материализовался в песочного цвета существо, чем-то напоминавшее огромного кота, или, может быть, тигра. Что это за монстр? Друг? Или враг? Размышлять было некогда. Я бросилась бежать вниз по лестнице. Потом пробиралась через сад, оставляя клочки туники на остриях металлических конструкций, олицетворявших растения. Когда мне удалось перелезть через стену, и предо мной оставались только скалы, в небо над замком поднялся клубок из сцепившихся тел черного и желтого цвета. Черная птица и песочный кот (теперь это было отчетливо видно) то разлетались, то вновь вцеплялись друг в друга. Хорошо было бы узнать, кто этот второй зверь? И помогал ли он мне? Или на Ардра напал какой-то старый враг, и это простое совпадение, что мне удалось бежать, воспользовавшись дракой? Вряд ли мне удастся узнать ответ на этот вопрос. Я не стала дожидаться конца схватки и полезла вверх по скале. Сандалии развалились через несколько минут, и дальше пришлось бежать босиком. Я падала, поднималась и снова падала. Мои ноги и руки были разбиты в кровь. Но страх был так силен, что боли я не чувствовала. Когда же с вершины очередной скалы я увидела вдали полоску зелени, то не поверила своим глазам. Но тут моя нога провалилась в какую-то яму, и я, оступившись, упала и покатилась вниз по склону. Не представляю, как я умудрилась не разбиться насмерть, но голова моя сильно пострадала. После некоторого времени, проведенного в забытьи, мне с трудом удалось открыть глаза. Все лицо у меня было в крови, и сильно кружилась голова, но я все же поднялась и побрела вперед. Внезапно, я почувствовала, что меня легко подхватили на руки и куда-то несут. Мои ресницы настолько слиплись от крови, что я не могла разобрать, кто это сделал. А мое слабое трепыхание в попытке освободиться, кажется, никто даже не заметил. Что ж, сил все равно у меня не осталось. Значит, придется пока подчиниться. И я позволила себе окончательно потерять сознание.