Слабость сильного охотника

Дин сидел на берегу небольшого озера, облокотившись на старое дерево. Ему нравилось это место. Когда они с Сэмом приехали в этот город, Дин сразу приметил его, обещая себе обязательно сюда наведаться. Вечером, когда брат сидел за ноутбуком с бутылкой пива, Винчестер старший взял куртку и, кинув короткое «Я скоро», ушел. Сэм уже привык, что Дин иногда вот так уходит, ничего не объясняя, а в последнее время гораздо чаще. И он даже догадывался, с чем это связано. Закат плавно опускался на кромку озерной воды, делая ее нежно–багрового цвета. Несколько движений карандашом – и на листке уже чарует своим великолепием масштабная копия пейзажа. Получилось довольно красиво, но кое-кого не хватало. На рисунке, под аккуратными движениями карандаша, начал появляться силуэт, и, вскоре рисунок обрел полноту. Кастиэль стоял на берегу озера, задумчиво смотря вдаль, его плащ слегка развевался на ветру, а темные волосы были взъерошены. Вдохновение накрыло, захотелось нарисовать еще Каса. Карандаш снова заскользил по листку. Рисование. Небольшое увлечение Винчестера, точнее его слабость. Он рисовал уже давно, и всегда получалось прекрасно. Очень похоже. Дин рисовал все понравившееся, все ставшее родным. У Винчестера есть не меньше сотни изображений своей любимой детки в самых различных ситуациях. Даже есть девушка-импала. Есть парочка рисунков Сэма, в основном немного издевательские, например, где он, сгорбившись, сидит за компьютером и не замечает ничего вокруг. Но есть и один рисунок, где Сэм стоит рядом с Бобби и они улыбаются. Есть портрет отца, Джо, Элен, Лизы, Бена… Дин не любит фотографии. Они всего лишь точное отображение мира, сделанное неживой машиной. Рисунки же совсем другое. Они пропитаны чувствами, которые вложил в них художник. Вообще, Дин не очень любил называть себя художником. Он охотник, а это просто хобби, о котором почти никто не знал. Нельзя все время оставаться твердым и жестким, терпеть все. Должен быть способ открывать свои истинные чувства. И для Дина это было рисование. В последнее время у Винчестера рисунки объединены одной темой - Кастиэлем. Ни осталось ни одного рисунка, на котором не было бы ангела. Дин начал рисовать Кастиэля с самой первой их встречи. Ангел произвел глубокое впечатление на Винчестера своим появлением. Тогда Дин еще не знал, что полюбит его, он просто восхищался ангелом Господним. Тогда он нарисовал его грозным, решительным, освещенным молнией и с тенью крыльев за спиной. А потом, через некоторое время, Дин почти постоянно его рисовал. У него был любопытный Кас, решительный Кас, требующий помощи Кас. А также был яростный Кас. Дин хорошо запомнил его лицо в тот день, когда решил сдаться Михаилу, а ангел его остановил. И правильно сделал, отчего Дин еще больше зауважал его. Был и грустный Кас, когда он ввалился к ним, отчаявшийся, и выпивший винный магазин. Дину в тот день так хотелось подойти к нему, обнять, сказать, что не все потеряно, надежда есть, что он с ним. Был непрошибаемо серьезный Кас, с перевернутым значком ФБР. Дин всегда смеялся, когда смотрел на этот рисунок. А так же смеялся над рисунком, где Кас с завороженным и любопытным лицом наблюдает за действиями разносчика пиццы и провинившейся няньки. И конечно, испуганное лицо ангела, когда они были в борделе. Дин несколько раз рисовал его. Это было так мило и смешно. На этом рисование ангела не заканчивалось. Дин пытался не только отобразить его эмоции, но и придать новые, не свойственные Касу. Он представлял, как будет выглядеть нежность на его лице. Он рисовал его мягкую улыбку, добрый взгляд и безумно хотел увидеть это по-настоящему. Да хотя бы просто увидеть Каса. Его не было уже больше недели, и Дин очень скучал. Ему оставалось только пересматривать старые рисунки и рисовать новые. В этот раз охотнику захотелось нарисовать нечто большее, чем нежно смотрящего Каса. Карандаш двигался в руке охотника быстрее, чем обычно, слегка дрожа, от чего приходилось по несколько раз перерисовывать мелкие, но такие важные детали. Больше штрихов на глаза чтобы придать эффект потемнения, слегка размытые ресницы, для придания густоты. Несколько штрихов на щеках - это небольшой румянец, и, наконец, перейти к губам. Они получились слегка приоткрытые, как будто в ожидании поцелуя. Картинка получилась настолько реалистичной, что сердцебиение Дина участилось. Он, наверное, сейчас выглядел так же, как Кас на рисунке. Винчестер словно слышал дыхание ангела. Словно?! Но он и правда его слышал! Дин, резко встав, развернулся. Кас стоял совсем близко, как всегда наплевав на личное пространство, и удивленно смотрел на нарисованного себя. Дин резко прижал рисунок к себе. Черт! Кас видел, и он все понял! Дин отступил на шаг и отвел глаза, не зная, что сказать. Он сейчас очень боялся. Может, наплести ангелу, что для людей это нормально вот так рисовать? Нет, вряд ли. Не поверит. Молчание давило непосильным грузом. Безумная мысль мелькнула в голове Винчестера «А может в озеро прыгнуть?!». Он покосился в сторону воды, но вдруг тишину разорвал тихий голос Кастиэля. -Ты красиво рисуешь, Дин. – ангел склонил голову вбок, словно задумавшись о чем-то, но не отводя взгляда от Винчестера. -Спасибо… - смущенно проговорил охотник, не поднимая глаз. -Но почему ты нарисовал меня? И не так, как я обычно выгляжу? – задумчиво спросил Кас. Дин уже совсем отчаялся. Это полный провал. Винчестер начал потихоньку отступать к озеру, но, споткнувшись и чуть было не потеряв равновесие, выронил из рук папку с рисунками, которые мгновенно выпали из нее. Кас присел на корточки, рассматривая себя, такого разного, такого… другого, глазами Дина. -Дин, почему ты не рисуешь, например, Сэма? – спросил Кас. Охотник тем временем начал лихорадочно собирать рисунки, но потом махнул на это рукой, так как Кастиэль все уже увидел. Дин готов был поклясться, что сейчас он покраснел, как девчонка на первом свидании. Он сел, прислонившись к дереву, и устало потер лицо руками. Он понятия не имел, как ему все объяснить. Если ангел узнает о его чувствах, что он сделает? Разозлится? Уйдет и больше не вернется? Может, убиться башкой о дерево, пока не поздно? Но в этот момент Кас робко коснулся плеча Дина. Охотник вздрогнул и повернулся к ангелу, впервые заглянув ему в глаза. И их выражение сейчас очень напоминало один из рисунков Дина. Было что-то нежное в них. Пора действовать! Что будет, то будет! Винчестер аккуратно, словно боясь спугнуть, накрыл своей ладонью руку Кастиэля. Оба выдохнули, словно ждали этого прикосновения вечность. Хотелось большего, особенно сейчас, увидев в глазах Кастиэля взаимность и понимание. -Я рисую тебя, Кас, потому что я тебя люблю. – прошептал Дин, не отводя взгляда, чтобы не пропустить ни единой эмоции в глазах ангела. -Я тоже люблю тебя, Дин. – прошептал Кас. Винчестер поразился, как хорошо он передал эмоцию ангела. Его лицо было таким же, как на рисунке. Прильнув к губам Кастиэля, Дин мысленно улыбнулся. Губы ангела были теплыми и мягкими, хотелось, чтобы поцелуй длился вечность. Дин запустил руку в волосы Кастиэля, притягивая его ближе. Он бы обязательно нарисовал сейчас это мгновение, не будь занят своим любимым ангелом.