Просто секс

- Ты хочешь его? - Хитрый и уверенный в себе взгляд карих глаз пронзает пространство, упираясь прямо в душу, выуживая ответ из под давящего груза гордости и иронии,даже не нуждаясь в подтверждении. - Я давно говорю, что такой симпатичной девочке отказать не могу. - Он натянуто улыбается, стараясь укрыть все за пустой шуткой, но глаза напротив уже не обмануть этой слабой эмоцией. - Я серьезно. Могу устроить. - Губ касается победная усмешка, его собеседник точно знает, что предлагает, и что его предложение не останется без ответа. - Так ты все-таки спишь с ним? - Он понимает, что сейчас не до пошлых шуточек, и что разговор назревает весьма серьезный, пусть и необычный. Вместо ответа уверенный кивок, при котором черные змейки-косички сползают с плеча, струйками скатываясь на грудь, облаченную в широкую, словно парус на мачте, футболку. Язык пробегается по подсыхающим губам, смачивая их слюной, задевая колечко пирсинга, заставляя проследить взглядом за сим незатейливым действием. Вот так просто. Просто кивок на такой сложный вопрос. Без лжи, без смягчающих факт милых словечек. Он даже не боится, что его уличат в этом, просто хвастается, потому что знает, что собеседник сгорает черной завистью. Встреча произошла довольно неожиданно. Все вообще сложилось неожиданно. Они столкнулись в одном из торговых центров. Братья Каулитц отправились на шопинг, надеясь развеяться, пройтись и отдохнуть от бесконечных репетиций, которые устраивал их продюсер, мотивируя близящимися концертами. Бушидо, Сидо и Флер разгуливали там же, просто не зная чем себя занять. Столкнувшись в магазине одежды, они не сразу признали друг друга. Каулитцы их плохо запомнили с тех малых минут знакомств, благополучно выпустив из и так забитой памяти имена и лица, а реперы просто не признали эпатажных музыкантов в серой одежде и очках на пол лица, которые те не снимали даже в помещении. Еще больше была неожиданна реакция. Если трое реперов были вполне рады видеть рокеров, встретить знакомые лица, поболтать и выяснить как дела, то братья среагировали довольно неоднозначно, сначала ведя себя довольно холодно и осторожно, улыбаясь дежурными улыбками и неловко шутя, но после нескольких минут общения старший оттаял, вполне тепло реагируя на обращение "брат", весело смеясь и обмениваясь новостями. кажется, с удовольствием припоминая совместное прошлое и делясь своими впечатлениями от первого знакомства. Однако младший так и оставался дежурно вежлив, не смотря на его поразительную болтливость, он буквально затыкал все паузы своим монологом, он все равно затрагивал только самые общие темы и держался так, словно к нему пристал очередной репортер, нисколько не желая принимать довольно дружеское отношение со стороны трех мужчин. Все бы ничего, они бы даже не обратили на него внимания, вот только Бушидо почему-то резко понадобилось добиться ответной симпатии со стороны Билла, который, словно опасаясь его, держался все время старшего брата, боясь отойти дальше двух шагов. Том не обращал на него внимания, только изредка приобнимая за плечи, словно у маленького ребенка интересуясь, все ли у того в порядке и не хочет ли тот домой, на что младший только улыбался и мотал головой, сразу оттаивая в объятьях и снова покрываясь холодными колючками, стоило объятьям разжаться. Решив, что стоять посреди торгового центра глупо, они договорились отправиться в кафешку, находившуюся неподалеку, вдруг обнаружив в друг друге родственные души. - Я не пойду. - Тихо шепчет Билл на ухо брату, опасливо косясь в сторону Бушидо, которого невзлюбил особо люто из всей компании. - Хорошо, позвонить охране, чтобы отвезли тебя домой? - Соглашается Том, непонимающе хмуря брови, но не споря с его решением. - Я сам. Иди. - Не говоря больше не слова, он салютует рукой реперам и разворачивается, чтобы уйти, провожаемый удивленными взглядами. - Чего это он? - первым подает голос Флер, проводя рукой по голове, задумчиво ухмыляясь. Том обращает свой взгляд на Бушидо, тихо хмыкая. - Все еще злится за выходки в прямом эфире. Скажем так - его потом долго мучили репортеры, так что у него есть повод. - Детка обиделась на ничего не значащие слова. - Хмыкает Анис в ответ, не желая признавать того, что слова и впрямь были слишком грубыми. - Ты не спишь с ней, случаем? - Насмешливо интересуется он, но в глазах неприкрытый интерес. - Хватит пошлить, лучше расскажите об альбоме. - Хмыкает Том, направляясь уверенным шагом в сторону кафе, желая удовлетворить свое любопытство, ведь он когда-то хотел быть репером, а сейчас ему удается в живую пообщаться с живыми легендами. На следующий день обоих близнецов, проводивших время в гостиной в молчании, только что переживших очередную сильную ссору, после которой комната погрузилась в легкий хаос, взбудоражил звонок телефона. Виновники сидели в разных углах: Билл взобрался с ногами на диван, притянув коленки к груди, читая свежую газету, хотя обычно не увлекался подобными занятиями, Том же сидел в кресле, широко разведя ноги в стороны, скатившись по креслу чуть ниже, нервно дергая ногой, покусывая колечко пирсинга в губе, окидывая комнату взглядом. Звонок заставил братьев вздрогнуть и синхронно потянуться к телефону, лежавшем на столике между ними, но Билл первым одернул руку, поняв, что телефон принадлежит не ему и это не его дело, кто и зачем звонит брату. Том притянул телефон к уху, нажимая на клавишу, намеренно громко произнося имя звонившего, начиная разговор так, чтобы брат мог слышать. - Бушидо? Нет, мы не заняты. Прогуляться? Конечно не против. Да, он пойдет. Хорошо, мы приедем.- И так же невозмутимо сбрасывает звонок, ловя хмурый взгляд Билла. - Я не поеду. - Нет, ты поедешь. Хватит избегать его. - Я не буду общаться с этим похотливым хамлом. - Младший зло смотрит из под пушистых ресниц, грозя развести новую истерику и возобновить недавнюю драку. - Слушай, это было давно, хватит дуться и попытайся быть более дружелюбным. - Томас устало вздыхает, ему надоело уговаривать брата, хотя он чувствовал, как тот раздражен. - С чего бы? Том, это твоя мечта иметь связи в рэп-кругах, а не моя. Я туда не поеду. Точка. - Билл все же усмиряет себя, отводя взгляд обратно к колонке новостей в газете. - Сам напросился. - Ухмыляется старший из братьев, подхватывая протестующе пискнувшего брата на руки, подкидывая пару раз хрупкое тело на руках, и даже проводит ладонями по бокам, вызывая легкий смех и щекотку, с удовольствием наблюдая, как на хмуром лице разглаживаются злобные морщинки и сияет веселая улыбка. - Ладно, поеду я, но разговаривать с ним не буду. - Все же выдает Вильгельм, растроганный таким обращением, все же он был настоящим ребенком в душе. Как и ожидалось, Билла облапали с ног до головы за одно короткое приветственное объятье, что взбесило младшего Каулитца до скрипа зубов, но он продолжал улыбаться, хоть и натянуто, вежливо поздоровавшись. Том вовремя заставил репера оторваться от брата, догадываясь, что все это закончится или оргией, или расцарапанным лицом насильника. Вовремя, потому что Билл уже сжимал и разжимал кулаки, явно собираясь грубо ответить реперу, из последних сил держа вежливую холодность. Обычно бледные щеки даже под слоем косметики покраснели, хоть и едва заметно, ресницы гневно дрожали, и губы растягивались в подобии звериного оскала, обнажая ряд белых зубок. Он был чем-то похож на возмущенного котенка, даже верхняя губа раздраженно подрагивала, что умилило обоих мужчин, заставив его вовремя взять себя в руки и улыбаться не так яростно. - Ну что ты, детка, расслабься. - Бушидо хохочет, наблюдая за гневным блеском шоколадных глаз, невольно восхищаясь умением парня держать себя в руках. Они вроде так похожи с братом, и все равно Том выглядит взрослым мужчиной, а Билл все еще похож на неловкого подростка, что, несомненно, заставляет приглядываться ближе, ища больше различий. Когда оба близнеца одновременно тянутся в одинаковом жесте почесать левую руку, Анис удивленно застывает, глядя на них обоих слегка изумленно. - Это трюк? - О чем ты? - Том весело улыбается, явно догадываясь о теме разговора, но не желая озвучивать ее первой. Билл лишь молча поджимает губы, не желая объясняться. - Только что вы двигались синхронно. Это трюк? - Он изумлен, ему интересно,эти двое определенно забавные парни, даже не смотря на их явное различие они кажутся в чем-то просто удивительно одинаковыми. - Нет. Так часто случается. Это особая способность близнецов. Да, братик? - Старший оборачивается к Биллу, желая, чтобы тот наконец поддержал разговор, но он лишь молча кивает, оставляя право говорить за братом. Они стоят посреди парка в городе, намереваясь вечером пойти в клуб вместе, а пока погулять и проветриться. Анис не может понять, почему ему нравится проводить время с этими двумя, Тому просто нравится общаться, а Биллу ничего не остается, кроме как следовать за своим близнецом. Анис подозревает, что между этими двумя есть что-то больше, чем братская любовь, но пока они не дали ему повода для чего-то более осмысленного, чем простое подозрение. Билл ведет себя с ним настороженно, очевидно, и впрямь злясь за не такое уж и давнее громкое заявление в прессе, вежливо отвергая все его порывы "стать поближе", хотя, впрочем, наверное он не так уж и неправ, потому что все эти порывы заключаются в откровенном облапывании интимных мест и пошлых шуточках, якобы носящих дружеский характер. Не выдерживая такого обращения, он все же уходит, отказавшись от совместного похода в клуб, разворачиваясь резко и неожиданно, бросая на прощание холодное " я буду дома", явно обращаясь только к своему близнецу,даже не соизволив обратить свое внимание на репера, провожающего его пошлой ухмылкой и цепким взглядом. После этого вечера никто из них не звонил друг другу. Анис подумывал, что близнецы позабыли про него, что Биллу удалось убедить Тома бросить это сомнительное знакомство, не зная, почему его это так раздражает. Почему-то ему нравилось злить младшего Каулитца, смотреть на его холодную ненависть, заставляя показывать хоть какие-то эмоции из под привычной вежливой маски, так тошнотворно надоевшей. А Том просто оказался неплохим парнем и своеобразным мостиком между ними. Именно поэтому звонок в темнеющий вечер через неделю после последнего разговора стал небольшой неожиданностью. - Хэй, брат, соскучился? - Хмыкает он в трубку, снимая звонок, сам не зная, откуда столько пошлости в голосе. - Есть разговор. Приезжай. - Том даже не удосуживается дождаться ответа, диктуя адрес, так же самостоятельно сбрасывая звонок, выдав нужную информацию. Он не хотел ехать. Ему не нравился этот короткий разговор, не смотря на то, что вроде бы ничего серьезного не произошло. Но любопытство иногда сильнее любого страха даже за свою шкуру, поэтому через какое-то время он оказался на пороге шикарной съемной двухэтажной квартиры, стискивая в дружеских объятьях крепкое тело старшего Каулитца, что-то дружелюбно вещавшего куда-то ему за спину, даже не обращая внимания, что собеседник так и не сфокусировался на теме разговора. Они проходят в гостиную, освещенную почему-то только настенными бра, создававшими интимный полумрак. - Эй, а не на свидание ли ты меня позвал? Так бы и сказал, я б хоть цветы купил. - Хмыкает Анис, как всегда, в шуточной манере высказывая свои страхи. - Почти. - Без тени смущения отвечает Каулитц, предлагая ему бокал шампанского, молча какое-то время изучая взглядом, словно ожидая чего-то. Бушидо замечает одну странность - младший из братьев отсутствует. - А где Билли? - Снова первым нарушает тишину он, видя довольную ухмылку Томаса, на какое-то мгновение недовольно сдвигая брови от всей этой атмосферы и ощущения, что его развели как ребенка. - Хочешь его? - Без тени смущения интересуется Том, не настаивая на ответе, отпивая от края бокала светлую жидкость. - Ну как такую симпатяжку не хотеть. - В ответ хмыкает Анис, стараясь все снова свести к простой шутке, но судя по взгляду собеседника это ему не удается. - Я серьезно. - Он откидывается на спинку дивана, сидя прямо напротив репера, устраивая одну руку на спинке дивана, глядя с легким превосходством и смехом в глазах. Почти таких же, как у младшего, но совсем других по отражающимся в них мыслям. - Так вы все-таки спите с ним? - Решает озвучить свою догадку Бушидо, отзеркаливая жест оппонента, развалившись на своем диванчике, нахально глядя ему в глаза. Тот нисколько не смущается вопроса и спокойно кивает в ответ, снова делая глоток из бокала, чем выбивает очередной стержень уверенности из под ног своего гостя. - Я повторю свой вопрос: ты хочешь его? Я мог бы устроить вам ночку при некоторых условиях. - Он победно ухмыляется, видя растерянность на лице мужчины, которую тот прячет в бокале, делая небольшой глоток приятной жидкости. - Что, продаешь своего брата как шлюшку? Его-то хоть спросил? - Не замечал его взглядов в твою сторону? Ему просто стыдно признать свою симпатию, вот он и злится. - Каулитц пожимает плечами, прикрывая глаза, глядя на собеседника сквозь полуприкрытые веки. - Чушь. - Мне лучше знать, я чувствую его как себя. И, кажется, он не угомонится, пока не заставит себя признать, что он хочет тебя. Вот только я устал этого ждать и терпеть его истерики. Так что, можно сказать, это выход из ситуации для нас троих. Ну так что? - Что за условия? - Он очень не простой любовник, уверен, без меня ваша первая ночь провалится с треском, даже если я опою его наркотиками.- Старший Каулитц гордо задирает голову, словно хвалясь своими успехами на любовном фронте, даже со стороны видно, как ему приятно хвастаться таким партнером. Бушидо прищуривает глаза, ему, как и любому другому мужчине, хочется пойти и доказать, что он обойдется и без советов какого-то юнца, однако он не на своей территории и ему приходится закусывать губу, молча выслушивая дальнейшие реплики. - Поэтому я проведу ночь с вами. Так сказать, групповушка. Не сказать, что я жажду этого, так что сильно не обольщайся. Если будешь слушаться моих советов- получишь первоклассный секс. Ну так что? - Том замирает, уверенный, что Анис не откажется, удивленно вскидывая бровь, когда тот поднимается на ноги, гадко ухмыляясь ему в лицо, отставляя бокал на ближайший столик. - Нет, брат, это слишком. Такое ощущение, что меня покупают для того, чтобы вы*бать похоливую капризную с*чку, а меня это не устраивает. Я этим занимаюсь только по желанию, не кролик, чтобы по заказу. - Разводя руками в стороны,он разворачивается и направляется к двери, но его останавливает приглушенный голос. - Он спит. Мне пришлось дать ему снотворное, потому что заснуть так он не мог. На втором этаже. Не хочешь взглянуть? Перспектива заманчива. Очень. Достаточно вспомнить хрупкое тело под его руками во время не скромных объятий, гибко уходящее от самых интимных прикосновений, тонкие руки с белой, словно слоновая кость, кожей и тонкими, выпирающими косточками на кистях, манившие к себе коснуться. Ему страшно представить, как может выглядеть этот упрямый гордец спящим, воображение уже рисует нежные образы тонкого тела на светлых простынях, выражение умиротворенности на заклейменном натянутой улыбкой лице и тихое дыхание, прорывающееся сквозь сплочающуюся вокруг тьму. В конце концов, почему бы и нет? Ведь с таким же успехом можно снять себе какую-нибудь шлюшку, только здесь персона все же посолиднее и попородистей, а от того мысль о сексе греет душу и не только. Разницы ведь нет? Он просто переспит с очередной "девчонкой". Смущала только мысль, что все это время рядом будет находится Томас, следящий за процессом, и возможно участвующий в нем. Хотя и его можно потерпеть. - Хорошо. Я остаюсь. Но если ты наврал мне про качество своего братишки - подставишься сам. - С хитрой ухмылкой на губах выдает Анис, догадываясь, что вряд ли Том, даже имея собственного брата и, как оказалось, не являясь убежденным натуралом, захочет ложится под другого мужчину. Он ожидал, что Каулитц отбрыкнется, но снова получает лишь утвердительный кивок и немой указ следовать за ним. Пожав плечами, решив, что ничего не теряет, он направился вслед за другом, а он надеялся, что может назвать так гитариста, на второй этаж по винтовой деревянной лестнице, останавливаясь у второй по счету двери в поразительно узеньком коридорчике. Ручка поддается без особый усилий, бесшумно приоткрывая дверь комнаты, пропуская обоих в царство мрака и сна. Бушидо первое время отчаянно моргает, привыкая к темноте в помещении, потому ему удается различить приоткрытое окно с колыхающейся от ветерка светлой занавеской, и белеющую на общей черноте немаленькую кровать, несколько низкую, но широкую и просторную, с обычным стандартным изголовьем, никаких завитушек, которые он так ожидал увидеть. Ничего. Привыкнув еще немного, он замечает силуэт на кровати. Парень и впрямь мирно спал, обхватив ногами сбившееся одело, уткнувшись носом в кисти рук, почему-то прикованных наручниками к изголовью. Вопреки его фантазиям, даже во сне младший Каулитц хмурился, сдвигая тонкие темные бровки к переносице, но хмурился не сердито или зло, а скорее как-то обиженно, видимо, предчувствуя предстоящую ему ночь. Черный хохолок волос лежал темной волной на светлой подушке, рассыпавшись перышками по ней, бледное лицо не скрыто за тонной косметики, от чего выглядит по-особому доверчиво и мило. Тонкая шея, выступающие ключицы, узкие плечики, чернеющие бисеринкой соски на плоской ровно вздымающейся груди и чуть впалый животик. Татуировки смотрелись на теле каким-то черными порочными пятнами, которые хотелось немедленно стереть с общей нежной картины, но, увы, невозможно. - Наручники-то зачем? - Тихо спрашивает репер, все еще изучая взглядом предложенную на ночь игрушку, подавляя в себе порывы нежности к этому хрупкому телу. - Ты же не хочешь уйти с расцарапанным лицом? Он вполне может. - Том прикрывает окно, закрывая доступ уже ночному ветерку в комнату, включая бра над кроватью, даря комнате приглушенное освещение. Свет падает на лицо спящего парня, заставляя нахмурится его сильнее, теперь от недовольства тем, что ему мешают спать. Бледные губы кривятся во сне, словно готовясь изречь ругательство, но так и остаются сомкнутыми. Руки непроизвольно дергаются в оковах, но те не поддаются, из-за чего парень испускает разочарованный вздох. Он все же приоткрывает карие, кажущиеся в полумраке черными глаза, сначала цепляясь сонным хмурым взглядом за брата, даря ему теплую сонную улыбку, потом, очевидно, Билл замечает постороннего в комнате, открывая рот, чтобы запротестовать и заодно поинтересоваться насчет наручников, но брат вовремя затыкает его поцелуем, не давая опомниться, одной рукой поглаживая по волосам, другой поманив застывшего в дверях от подобной картины Бушидо. Тот повинуется, стараясь убедить себя, что это обычный секс, что раньше он уже делил свою пассию на ночь со своими друзьями, и что в этом нет ничего необычного. Присаживаясь на кровать с другой стороны от Тома, он медленно прикасается ладонью к животу несчастной жертвы обстоятельств, чувствуя, как слабые мышцы дрогнули под его прикосновением. Старший отрывается от сладких губ, репер успевает заметить, как меж губ близнецов протянулась ниточка слюны, тут же разорвавшись и исчезнув в небытие, немного грубовато берет младшего за подбородок и разворачивает к Анису, Билл часто дышит, стараясь восполнить нехватку кислорода после первого поцелуя, все еще плохо соображая после сна, поэтому послушно принимая чужой язык в свой теплый и влажный ротик, сбивчиво отвечая на грубоватый поцелуй, вздрагивая от приятного ощущения двух теплых ладоней на своем теле. - Аккуратнее. Успеешь наиграться с ним за ночь, не торопись. - Том, словно инструктор по вождению, терпеливо наблюдает за тем, как его брат несколько сонно отвечает на поцелуй, заталкивая ревность куда подальше, зная, что этого хочет сам Билл, пусть пока сам не признается. - Изучи, узнай, что ему нравится, ни в коем случае не дави. - Да, в какой-то мере все происходящее забавно, но ему отнюдь не до шуток. Он довольно долго собирался с мыслями, готовясь к этой ночи, и все будет напрасно, если все сорвется. А с Биллом такое может случится. Иногда Тому казалось, что у него действительно сестра, а не братик, потому как в постели с ним было довольно сложно, как и в жизни, в прочем. Бушидо отрывается от губ начавшего протестовать младшего Каулитца, позволяя тому вздохнуть. Он вопросительно смотрит на старшего, видимо, решив все же попробовать действовать по его указаниям. Билл собирается разразиться гневной тирадой, но вместо злого рыка успевает лишь сладостно выдохнуть, когда рука Тома касается его соска, сжимая и немного выкручивая. - Давай, изучи его тело. - Он кивает мужчине на своего брата, в какой-то момент ему даже начинает нравится эта игра. Анис кивает и перебирается к разложенному на кровати телу ближе, прикасаясь к его боку, проводя пальцами по татуировке, с ухмылкой наблюдая, как парень под ним вздрагивает. Возмущаться ему не дает доверительный шепот склонившего и покрывающего лицо поцелуями старшего брата, приобнимающего за плечи, не позволяя дергаться и вырываться, иногда захватывая губы своими, когда предыдущие действия не имеют эффекта. В это время мужчина с интересом исследователя изучал тело под собой, с довольной ухмылкой сопровождая редкие довольные стоны парня, иногда поднимая взгляд на его лицо, чтобы посмотреть на отразившиеся на нем эмоции удовольствия. Он никогда и ни с кем не был так нежен, но все, что он сейчас делает - это только касается мягкой кожи ладонями и пальцами, ища эрогенные зоны, принося удовольствие млеющему от внимания парню. Дойдя до кромки пижамных штанов, он чувствует, что Биллу это не нравится, и временно отступает, с тихим вздохом возвращаясь на торс, прихватывая зубами кожу у пупка, от чего младший Каулитц издает тихий смешок и елозит на кровати, согнув одну ногу в колене. Наконец мужчина вознагражден за свои старания - возбужденная плоть отчетливо выделяется сквозь пижамную ткань, и ему беспрепятственно позволяют стащить ненужный предмет гардероба. Том едва заметно напрягается, но молчит, следя за Бушидо внимательным взглядом, чтобы успеть оттащить, если тот сделает что-то неправильно, принося дискомфорт и боль. Но все идет хорошо, Билл млеет от прикосновения ладоней к бедрам и члену, жарко выдыхая, когда возбужденную плоть обхватывают пальцы, мучительно медленно надрачивая. - Билли, согни ножки в коленках... - шепчет ему на ухо Томас, прикусывая мочку уха, скользя языком по раковинке, на мгновение скользнув внутрь и тут же убрав язычок, пока не стало неприятно. Билл хмурится, прекрасно понимая, что с ним хотят сделать и на отрез отказывается выполнять просьбу. Том тихо вздыхает и стаскивает с себя бесформенную футболку, отвечая ухмылкой на заинтересованный взгляд репера, когда тот с легким удивлением и интересом скользит по подкаченному и загорелому телу. Старший Каулитц проводит рукой от шеи брата, щекоча своим движением, к низу, задевая по пути соски, скользнув пальцами во впадинку пупка и наконец добравшись до возбужденной плоти, но не касаясь и ее, проскальзывая пальцами меж ног, заставляя рефлекторно раздвинуть ноги в стороны, открывая больший простор действий, доверяясь уже знакомой руке. Анис в это время успевает раздеться до боксеров, потому что в одежде заниматься чем-то подобным неудобно, с интересом следя за тем, как обычно громкий и независимый Билл с тихими стонами раздвигает ноги, прося о том, чтобы брат прикоснулся к нему там, неосознанно дразня сидящего у него в ногах Бушидо, впервые почувствовавшего накат возбуждения, слишком уж ленивыми были ласки до этого. Том убирает руку, оборачиваясь к прикроватной тумбочке, стаскивая с нее какой-то крем, смазывая пальцы и перебрасывая его реперу, возвращая их обратно, надавливая кончиками пальцем на сжатое колечко мышц, заставляя расступиться и пропустить внутрь, принося только удовольствие. Пальцы проникают до середины, Билл забывается, постанывая и поддаваясь навстречу, желая большего, чем просто пальцы. Воздух в комнате сразу становится горячее, Анис завороженно наблюдает за тем, как пальцы погружаются в горячий жар распаленного тела, младший Каулитц бесстыдно расставляет ноги в стороны, приподнимая бедра, словно намеренно дразня мужчину, ощущающего уже каменный стояк у себя в боксерах, потому поспешивший избавиться и от них, с тихим хмыком выдерживая на себе заинтересованный взгляд старшего из братьев. - Найди ее. - роняет Томас, убирая руку, обратно дорожкой, призывно касаясь горячей от ласки кожи, возвращая ее на часто вздымающуюся грудь брата. Бушидо не сразу понимает, о чем идет речь, но смазывает пальцы, неуверенно приставляя два к сжимающемуся в ожидании ласки проходу. Очевидно, парень не очень осознает, кто и что делает с ним, потому с готовностью насаживается на пальцы, издавая разочарованный вздох, очевидно, ожидая уже нечто большее. Мужчина нетерпеливо облизывает губы: не смотря на разработку, пространство кажется до сих пор узким, хотя невероятно поддатливым, охотно расступаясь под ласкающими движениями. Он хотел было обронить шутку про девственность и затраханность шлюшки, как понял, что если с такой расторопностью пришлось доводить младшего Каулитца до возбуждения, то за подобные слова он поплатится дорого, учитывая острый шустрый язычок. Краем глаза заметив, что и старший кусает губы, явно возбужденный, но не влезающий в действо, он совершенно случайно натыкается на упругую точку простаты, даже не сразу сообразив, понимая только по тому, как прогнулось в пояснице красивое хрупкое тело, подкидывая бедра на встречу, выпрашивая еще. Синхронно с младшим стон издает и Том, то ли от зашкаливающего возбуждения, то ли от передавшегося удовольствия от Билла, которое он, как близнец, несомненно чувствует. Он запускает руку в свои штаны, наспех расстегивая ширинку, забираясь под ткань боксеров, сжимая возбужденный до невозможности член в ладони, быстро надрачивая, желая избавиться от возбуждения. В этот же момент Анис позволяет себе сменить пальцы своей плотью, без труда проталкивая внутрь, издавая сладкий вздох от приятно обхватившей теплоты, тщательно разработанной и смазанной перед. Не смотря на долгие приготовления, Билл все же тихо всхлипывает, зажимаясь, сам того не осознавая заставляя мужчину податься бедрами вперед, дрожа от обхватывающих член мышц. - Тише. Только не торопись. - Хриплым голосом советует Том, на всякий случай свободной рукой придерживая плохо соображающего брата за запястья, чтобы тот не натер себе руки наручниками. Бушидо очень хочет огрызнуться, послать все к чертям и начать двигаться так, как нравится ему, разрывая и вставляя по полной, не сдерживаясь, утопая в стонах и всхлипах, но серьезный взгляд близнеца останавливает его. Что-то не позволяет совершить желаемое, заставляя медленно раскачивать бедрами, прихватив парня под бедра, хотя тот и сам держит их на нужной высоте, мучительно медленно покидая тесное и теплое пространство, и вновь медленно входя внутрь, вырывая буквально жалобные всхлипы, заставляя паренька биться в истерике, жалобно всхлипывая, отчаянно поддаваясь бедрами навстречу, сдавливая в кольце мышц проникающую внутрь плоть, побуждая к более активным действиям. Темп увеличивается, жалобные всхлипы сменяются сладостными стонами, Билл часто дышит, приоткрыв широко рот, вздымая грудную клетку в бешеном ритме, прикрыв передернутые дымкой глаза, потому что перед ними и так все плывет и расплывается. Во рту сухо, но на это нет желания обращать внимания, потому что на давно требующую внимания плоть ложится шершавая ладонь, быстро двигаясь, заставляя захлебываться в собственных вздохах, беспрепятственно позволяя чужому члену вторгаться внутрь, даря ответное удовольствие. Его надолго не хватает, вскоре он прогибается в спине, словно кошечка, сжимая пальцы в кулачок, кончая себе на живот, дрожа от оргазменых судорог, чем, очевидно, доводит и партнера. Он слышит слабый стон сбоку - очевидно, ладонь Тома вполне успешно выполнила свою функцию, доведя до оргазма и его. Разум медленно возвращается в растрепанную голову. Сначала была идея поднять крик и завести истерику, но когда он понял,что от продолжительных нежных ласк все негативные эмоции почти испарились, то передумал, просто молча переводя взгляд с одного на другого, дожидаясь, что же будет дальше. Руки неприятно ломит, он показательно бренчит наручниками, после чего брат обращает на него внимания и отстегивает от кровати, растирая все-таки натертые запястья, тихо извиняясь. - Это и есть "первоклассный секс"? - Анис хрипло смеется, даже не смотря на то, что он все-таки кончил, единственным, кто получил реальное удовольствие, был проказник- Билл, сейчас приходящий в себя, развалившись на кровати. Влажная прядка волос забавно прилипла ему на лоб, тонкие брови в кои-то веки вразлет покоятся на гладком лбу. Мужчина хочет возмутиться еще, как натыкается на хитрый взгляд Тома и понимает, что это не конец. Он приобнимает почти восстановившего дыхание брата за плечи, хитро нашептывая ему на ухо. - Братишка, тебя только что назвали негодным любовником. Но это ведь не так? Давай, не будь злюкой, скажи "спасибо". - Со стороны и впрямь похоже на разговор старшего с младшим братом, и все смотрелось бы поразительно по-домашнему, если бы не та пошлость, сквозившая в каждом слове. Билл аккуратно садится на кровати, сначала окидывая Аниса оценивающим взглядом, словно товар на прилавке, решая, а хочет ли он говорить ему "спасибо", потом как-то странно ухмыляется и становится на четвереньки, подползая к нему ближе. - Хорошо, буду пай-мальчиком и поблагодарю дядю. - Он почти сразу же приникает к губам мужчины, игриво прикасаясь своим язычком его, завлекая скользнуть в след за ним в теплый плен, задевая пирсингом, играясь и дразнясь, в это время тонкими пальцами почти невесомо касаясь груди Бушидо, поглаживая словно в нерешительно ласке, но через секунду оставляя заметные царапинки. - Ай! - Анис отсранияется, недовольно глядя в хитрые карие глаза напротив. - Больно ведь! - Ты мужик или как? - Безапеляционно заявляет младший Каулитц, склоняясь к его шее, обдавая горячим дыханием, в следующую секунду припадая губами в бьющейся венке под кожей. - Я забыл предупредить, он царапается и...- Том не успеваешь договорить, снова слыша тихое шипение. - Кусается. - Тихо выдыхает он, понимая, что уже поздно. Билл в это время увлечен активным покусыванием и посасыванием шеи, уложив ладони на плечи мужчине, с ухмылкой слыша его довольные стоны. Наигравшись вдоволь, он скользит языком вниз, прихватывая губами сосок, касаясь его зубами, но не больно,а только заводя и разжигая желание. Бушидо запрокинул голову назад, позволяя маленькому чертенку расплатиться за полученное удовольствием. что тот делал весьма неплохо и уже через пол минуты у него снова стояло, о чем он незамедлительно напомнил Биллу. Тот только понимающе фыркнул и устроился в ногах Аниса, почти улегшись на кровать, соблазнительно прогнув спинку, приподнявшись на локтях, от чего острые лопатки сошлись со спиной. Дальше реперу было думать некогда: горячее дыхание опалило головку, вслед за ней теплые губы обхватили плоть, сводя с ума своей влажностью и теплотой. Каулитц какое-то время привыкал к ощущениям чужой плоти у себя во рту, после чего двинул головой вниз, расслабляя мышцы горла, пропуская член до самого основания, и тут же выпуская, не позволяя начаться рвотному приступу. Выпустив плоть на миг, скользнул языком по всей длине, шариком пирсинга задев уретру, снова возвращая плоть в теплый плен губ, старательно отсасывая, иногда игриво дразня легкими движениями языка, помогая себе у основания ладонью, возбуждаясь и сам от пошлости происходящего. Анис чувствовал, что перед глазами расплываются цветные круги, парень был поразительно хорош в этом деле, он едва сдерживал себя от того, чтобы не схватить его за волосы и не оттрахать грубо в рот, заталкивая член по самые яйца, кончая глубоко в горло и заставляя проглатывать. Когда кареглазому чертенку вздумалось в очередной раз дразнить его, он не выдержал, дернув прочь от своего истекающего смазкой члена, заламывая парню руку за спину, грубо ставя раком и входя сразу и весь. Он уже успел подумать, что зря, и даже поднять вопросительный взгляд на Тома, откровенно дрочащего на представшую картину, хрипло дышащего от возбуждения и руки в трусах, но заметил лишь положительный кивок и то, что Билл сам поддается ему на встречу, прося не останавливаться и продолжать. Сжав его руку чуть грубее, он толкнулся внутрь. Резко. Грубо. Больно. Но Биллу нравилось, и он не останавливался, прикрывая глаза, получая то долгожданное удовольствие. Младший Каулитц почти до боли сжимал его изнутри, заставляя иногда сильнее сжимать его запястье в руке, чтобы тот расслабился и позволил двигаться ему свободнее, но это не помогало, мальчишка словно из вредности зажимался сильнее, от чего двигаться становилось невыносимо тесно и узко. Билл чуть прогнулся в спине, меняя угол проникновения, снова подаваясь назад, призывая двигаться и не останавливаться, чувствуя, что его немой просьбе вняли, и, судя по довольным стонам сверху, теперь это нравится им одинаково, даже не смотря на узкость прохода. Анис долго не выдержал, бурно кончая внутрь, изливаясь с громким стоном, за бедра притягивая мальчишку ближе, не позволяя дернувшемуся было отстраниться Биллу уйти. Проведя ладонью по его животу, смаргивая с глаз танцующие звездочки, он понял, что парень и сам кончил без его помощи, забрызгав свой живот и белье спермой, тяжело дыша. По тонкой спине катились капельки пота, из-за чего младший Каулитц стал скоро дрожать. Очевидно, что он был измотан, потому как рухнул на кровать почти мертвым грузом, стоило мужчине отпустить его, усталым, но довольным взглядом, глядя на своего любовника. Он был лишним. Это было ясно по глазам. Младший устал и хотел отдохнуть, старший явно ждал, когда Анис уйдет, потому как был все еще возбужден и явно не даст младшему братишке заснуть раньше срока. Репер поднялся на ноги, быстро одеваясь, кидая последний взгляд на кровать с тонким хрупким телом бледного юноши, выходя за дверь. Том застегнул джинсы и вышел проводить его, лишь кивнув у порога, возразив против дружеских объятий в силу так и не разряженного напряжения в паху, остро реагируя на любые прикосновения. Стоило двери захлопнуться, как он вернулся в комнату, нависая над уже успокоившим дыхание братом, за плечо оборачивая его к себе. - Билли, помоги братику. - Том сам аккуратно приподнял его за бедра, стирая потеки спермы на его ногах, расцеловывая поясницу, свободно толкаясь внутрь возбужденной плотью, издавая тихий довольный стон. Тело под ним вздрогнуло от проникновения и отозвалось довольным стоном, все же близнец это не посторонний человек и с ним все равно приятнее. Им не понадобилось много времени, поэтому разрядка пришла быстро, а Билл, доведенный братом, кончил в третий раз, но как-то лениво и неспешно, после чего с большим протестом все же позволил брату перестелить постель, с довольным вздохом укладываясь на чистое белье, утыкаясь носом брату в шею и засыпая. *** Подушка пролетела мимо. Сегодня ему повезло. - Да как ты мог! Собственного брата, как шлюху, предложить поганому реперу! - Билл носился за братом по квартире, пытаясь достать и отыграться за болящий зад. - Ты был не против после первых двадцати минут! - Смеясь, уворачивался Том от летящих в него снарядов, не всегда таких же миловидных и безопасных, как подушка. - Похотливый извращенец! - Но ты же сам хотел его! Я видел твои взгляды! Билл обиженно замолкает, потом снова злобно шипит. - А он вообще козел! Вчера даже спасибо не сказал! Том указал ему пальцем в сторону входной двери. Младший перевел недоуменный взгляд и заметил стояющую на полу корзинку цветов. Подойдя, он первым делом вытащил из нее цветную открытку, подписанную корявым почерком: "Спасибо за хороший секс.Буду не прочь повторить". - Точно козел. - Тихо вздыхает Каулитц, рассматривая цветы. - У меня ведь на них аллергия.