Жемчужина

Эмиль был доволен новой жизнью и тем, что у него появилась большая и беспокойная семья. Он уже привык к тому, что все вокруг звали его Кэлумом. Четыре дня в неделю омега ходил по городу, заходя в пабы, лавки, мастерские, сыроварни, и просто в гости к клансменам. Он добрался даже до пристани, где стояли пришвартованные суда, и располагались склады и цеха для первичной обработки рыбы. В это время разгружались два судна, и Кэлум не упустил возможность подняться на борт и посмотреть на все своими глазами. После этого он долго разговаривал с рыбаками о дальнейших перспективах ловли рыбы и развитии рыболовного хозяйства. Рыбаки тогда впервые заговорили с ним о постройке консервного завода. Тогда бы появилось больше рабочих мест на берегу, и можно было бы торговать не только мороженой рыбой, но и консервами и рыбными полуфабрикатами. Эта идея заинтересовала Эмиля, и Глен прочитал подробную лекцию о рентабельности, себестоимости и производственных мощностях. Он тогда понял только одно. Все это напоминало большой оркестр. Мало иметь хорошие инструменты, нужны музыканты, которые умеют на них играть и толковый дирижер. Для успешной же работы консервного завода необходима хорошая погода и, чтобы суда не приходили с пустыми трюмами. Оставшиеся три дня в неделю он принимал посетителей у себя в гостиной. К нему приходили омеги из благотворительных обществ, которые заимели привычку при малейших трудностях бегать советоваться с Кэлумом, и жители городка. Порой у них возникали проблемы, с которыми они не могли справиться сами, и им была необходима помощь клана. Или случалось что-то непредвиденное или просто хотелось пожаловаться. Кэлум поил всех чаем, угощал детей конфетами и внимательно слушал, пытаясь понять суть проблемы. Как правило, все вопросы решались достаточно легко, а если вопрос не решался просто, то Кэлум записывал его в блокнотик и обращался с этой проблемой к другим людям. Кроме этого, к Кэлуму наведывался Брюс. Как правило, он приходил с Мальчиком и небольшим подарком. Это могла быть коробка конфет или небольшая поделка из дерева. Конфеты Кэлум сразу открывал к чаю, а поделка занимала место в комнате. Они могли разговаривать о чем угодно. Брюс рассказывал легенды и сказки Шотландии, а Эмиль все больше и больше влюблялся в эту чудесную страну. Альфа пытался выяснить, откуда приехал Кэлум, и Эмилю приходилось очень тщательно следить, чтобы случайно не проговориться. Но и лгать не хотелось, он прекрасно понимал, что придет время и правда откроется, и будет очень нехорошо, если Брюс узнает, что его обманывали все это время. Поэтому Эмиль был вынужден балансировать, умалчивая о подробностях своего происхождения и истинной причине своего появления в клане. Зато музыка писалась легко и непринужденно. Теперь по вечерам Эмиль общался с Остином. Он напрямую подключил синтезатор к ноутбуку, и они занимались музыкой по два-три часа через день. Эмиль старался придерживаться легенды о том, что он путешествует и давал слушать Остину музыку, которую написал накануне. Они продолжили работу над пьесой Шекспира. У Эмиля не всегда получалось написать музыку под текст, а порой, увлекаясь, он умудрялся вместо миниатюры, написать нечто более длинное с меняющимся ритмическим рисунком. Остин, тем не менее, довольно потирал руки. Все новые работы как нельзя лучше подходили для нового оркестра. Он уже полностью сформировал состав оркестра, и они теперь усиленно репетировали каждый день. Из-за разного часового пояса в то время, когда у Эмиля был вечер, у Остина была глухая ночь, но и здесь новый друг ни разу не пожаловался. Наоборот, он считал, что Эмиль так подгадывает время, чтобы звонить ему в одно и то же время из любой страны мира. Он порой улавливал тонким слухом музыканта посторонние звуки во время разговора с Эмилем. Они были разными: крики чаек, шорох прибоя, голоса восточного базара, гудки пароходов, шум проезжающих машин. Омега и не догадывался, что у их разговоров были тайные свидетели. Тайсон с Кайри пытались разыскать Эмиля. В то злополучное утро, когда их сначала, как двух нашкодивших щенков, выставили из дома, а потом гнали по улице, они разругались в пух и прах, обвиняя друг друга в произошедшем. И теперь решили по отдельности искать Эмиля каждый для себя, любимого. В самом начале Кайри был твердо уверен, что омегу увезли против воли, но после разговора с Эмилем уверился, что лично его вины во всем этом нет, и все произошло исключительно из-за Тайсона. Поэтому он начал разыскивать Эмиля с настойчивостью маньяка, и был свято уверен, что уж у них-то с Эмилем все будет просто чудесно без Тайсона. Ведь было же все хорошо, пока не появился Ранзани, они прекрасно ладили и даже начали чувствовать друг друга, как истинная пара. Тайсон же был твердо уверен, что все испортил именно Кайри. Ведь Эмиль любил именно его и согласился стать супругом нищего военного. Ну, а теперь, когда у него есть и деньги, и положение в обществе, Эмиль должен был полюбить его еще сильнее. Так бы и случилось, не вмешайся в их отношения Кайри! Эмиль бы любил его и был идеальным супругом, а со временем Тайсон и сам смог бы полюбить своего омегу. И, конечно, он был бы образцовым мужем для нежного цветочка, так трепетно любившего его, даже когда он был слепым и нищим. Теперь он может дать достойную жизнь прекрасному во всех отношениях омеге. Главное, первым найти испуганного ребенка и объяснить, что для счастья им третий не нужен. Хотя, если и брать в семью второго альфу, то только на правах младшего мужа. Пусть бы заботился об омежке, пока старший будет заниматься делами и карьерой. Каждый переложил вину за потерю омеги на другого, считая, что его действия были безупречны. Они перехватывали сигнал с нотбука Эмиля и, определив с помощью хакерских программ его местоположение, вначале ездили по миру сами, затем наняли детективов, которые должны были найти и удержать омегу на месте, пока они не подъедут. Сами же занялись новыми бизнес-проектами, ведь спор о старшинстве в их тройственном союзе они так и не отменили. И теперь каждый ревниво поглядывал в сторону соперника, переживая в душе, чтобы тот не нашел Эмиля раньше него. Приближалось время новогодних праздников. Но вместо праздничного ликования на город обрушилось горе. Все началось, когда в утренних новостях сообщили, что крейсер «Молот Тора» геройски выстоял в битве со звездным флотом каких-то там колониальных войск сопротивления. Уже в течение часа новость, как степной пожар, пронеслась по городу. На крейсере с Одином воевали не только альфы клана МакГрегор, но и родственных кланов, поэтому в каждом доме замерли в тревожном ожидании. У многих там были сыновья, братья или мужья. Все шли со своими тревогами в замок клана. Глен, как старший и более опытный, пытался получить через своих знакомых списки погибших и раненых. Ведь, если о боевой операции открыто сообщили в новостях, то это означало только одно - крейсер сильно пострадал и ему предстоит серьезный ремонт, скрыть который не получится. А если это так, потери среди экипажа корабля должны быть немалыми. К обеду в большом зале собрался почти весь клан, люди стояли молча и с надеждой в глазах смотрели на Глена и Кэлума, словно в их силах было вернуть им их родных живыми и здоровыми. Эмиль не выдержал эти взгляды и убежал к себе в комнату. Ему было невыносимо больно смотреть в глаза людей, помочь которым он был не в силах. Не найдя ничего лучше, он позвонил Анджею и попросил выяснить насчет списков погибших и раненых. Ангел был уже в курсе произошедшего. Он сообщил, что крейсер действительно сильно пострадал, но ремонту подлежит. Поэтому его уже отбуксировали в доки одной из военных баз и начали срочно ремонтировать. Он сказал, что потрясет за грудки знакомых штабных, а если не получится раздобыть информацию официально, то ребята взломают код родной конторы. Вне экрана кто-то выразительно хмыкнул и уронил что-то тяжелое на пол, но Анджей даже ухом не повел, и сообщил, что в течение часа он сбросит списки на ноутбук Эмиля. - Засекай время, братишка, - сказал Ангел и отключился. Эмиль сразу развил бурную деятельность. Он понимал, что нет ничего хуже бездействия и ожидания, поэтому он спустился в большой зал и сказал, что списки уже в пути и надо подготовить все, чтобы было комфортно с ними ознакомиться. У людей появилось занятие. Сразу начали решать, как лучше это сделать. В итоге из местной школы принесли несколько школьных досок, на которые собрались крепить списки, чтобы их было удобно читать. Эмиль перемигнулся с руководителями омежьих комитетов, и те сразу занялись поиском успокоительных средств и воды для «несчастных родственников». В толпе появились медики. Ноутбук с принтером установили на ближайшем столе, и к тому времени, когда он стал выдавать первые списки, люди уже не напоминали зомби и были заняты и суетились, реагируя на происходящее вполне адекватно. Первыми были списки раненых. В толпе раздались первые крики и слезы. Кто-то плакал от облегчения, что их любимые только ранены, но живы. Рядом с фамилиями стояли какие-то буквенно-цифровые коды. Поскольку это были документы для служебного пользования, то рядом с личными номерами бойцов стояли и медицинские коды, обозначающие то или иное ранение. Хорошо, что в зале нашлись бывшие военные врачи, имевшие опыт боевых операций и могли сразу разъяснить, что они обозначали. В зале сразу образовался водоворот из людей. Одни пытались пробиться к доскам, чтобы прочесть списки. Найдя родное имя, сразу кидались к медикам, чтобы те объяснили, как именно пострадали их родные. А принтер все так же неторопливо и размеренно выплевывал новые листы. Их прикрепляли к доскам, и люди с дрожью в сердце опять вчитывались в листы, покрытые мелким шрифтом. У Эмиля дрожали руки с каждым новым листом. Столько боли! Но, оказывается, это было не самым страшным испытанием. Вскоре принтер выдал почти пустой лист. Омега подхватил его дрожащими пальцами и на радостях посчитал, что все закончилось, но на листе стояла только одна фраза: «Внимание, начинаем передачу списков погибших с «Молота Тора». Он передал последние листы с именами и номерами раненых, и стал собирать листы с данными о погибших в отдельную стопку. Листов было много и становилось все больше. С каждым новым листом у Эмиля перехватывало дыхание и темнело в глазах. Столько смертей! Какая потеря для клана и их семей! Он вдруг вспомнил, как Один дожидался последнего опаздывающего альфу, и как тот бежал по аллее. А жив ли этот паренек или его данные в последнем списке? Эмилю стало страшно. Похоже, все в зале поняли, что именно за листы наследник сжимает в руках, бледнея на глазах. В зале воцарилась мертвая тишина, похоже, все вместе с Кэлумом перестали дышать в ожидании окончания работы принтера. В полнейшей тишине принтер шуршал, раз за разом бездушно выдавая новую порцию смерти. Эмиль вдруг ясно ощутил, что это шуршание у него еще долго будет ассоциироваться со смертью. На листах стояли имена, фамилии, звания и личные номера военных. Глаз невольно выхватывал знакомые фамилии - МакГрегор, МакАльпин, МакДугал, МакЛеод и множество других имен и номеров. Казалось, что все это будет продолжаться бесконечно. Но вот принтер выдал почти пустой лист, а следом еще с одной единственной фразой: «Наши соболезнования семьям погибших». После этого принтер щелкнул, оповещая, что печать завершена и он опять готов к работе. Эмиль обвел взглядом притихших людей, все отводили глаза. Никто не хотел быть вестником несчастья. Этот страх был так заметен, почти осязаем, и было невыносимо смотреть на эти подернутые инеем ожидания лица. - Наверное, я прочту список вслух. Так будет быстрее и проще. В зале стояла гробовая тишина. Никто не хотел слушать этот список. Эмиль сглотнул вязкую слюну, ему тоже не хотелось читать его, но кто-то должен был это сделать. - Ашан Амар, номер, - Эмиль попытался прочитать цифры, так чтобы не запутаться, - пилот, ефрейтор. В зале все недоуменно переглянулись, никто не знал его раньше. - Кэлум, - рядом оказался Глен. - Позволь мне. Он вытянул из пальцев омеги стопку листов и быстро пробежался глазами по верхнему листу. - Летный состав тоже приписан к кораблю, но к клану не имеет отношения. Позволь, я сначала прочту имена наших ребят. Мы потом обязательно воздадим почести всем погибшим, но сейчас надо найти своих. Не то чтобы пилоты были нам чужими, они летали с нашими ребятами и храбро сражались. Мы обязательно свяжемся с их родными и близкими и устроим общую поминальную службу, но сейчас все боятся услышать имена своих родных и будут бояться до последней фамилии в этом списке. Поэтому я в первую очередь найду тех, кто больше не вернется в родные земли клана. В зале несколько человек сдавленно охнули и сжали кулаки в надежде, что не услышат родное имя. Глен быстро пробежал цепким взглядом по первому листу и, перевернув, положил его на стол. Кто-то вздохнул с облегчением, но потом Глен произнес первое имя, и у одного из присутствующих лицо дрогнуло от боли. Он читал список и в зале, полном людей, раздавались крики и плач. Эмиль почти оглох от этих криков, эти звуки, полные отчаянья, просто рвали его душу на части. От густого запаха множества тел и предельной концентрации горя, разлитых в зале, воздух стал тяжелым и липким, он опутывал, как паутина. Эмиль рванул ворот рубашки и на ватных ногах подошел к стене в надежде вздохнуть полной грудью. Но вдруг стены бросились к нему. - Поймал, - раздался над ухом знакомый голос и на Кэлума уставились встревоженные глаза Брюса. - Мы все пришли сюда, чтобы узнать, есть ли новости. Вам так быстро передали имена погибших, обычно сообщали не раньше третьего или даже пятого дня. Не закрывай глаза, - Брюс удобнее перехватил омегу и кто-то сунул ему в руку стакан с водой. - Хорошо, что я тебя подхватил, а то ты бы упал. Давай-ка, я тебя на улицу вынесу, а то здесь очень душно. Эмиль кивнул, и Брюс, подхватив его на руки, вынес на улицу. Там было серо и промозгло. Холодный ветер обрывал последние листья с деревьев и гонял их по дорожкам парка. Альфа, сняв с себя куртку, завернул в нее омегу. Следом на улицу вышел Дугал и настороженно посмотрел на Кэлума. - Как ты? Ты услышал знакомое имя? Принести тебе успокоительного? - Нет, Дугал, не надо. Я, если честно, вообще не услышал ни одного имени, наверное, переволновался. В ушах будто вата, слышу только стоны и сдавленные рыдания. Возвращайся туда, там ты нужнее, а я здесь посижу немного. - Ты беременный, - Брюс смотрел на Кэлума с удивлением. - Когда я нес тебя на руках, мне показалось, что от тебя пахнуло карамелью, - Брюс склонился и принюхался. - Ну, точно, карамель. - О-о… - растерялся Эмиль. - Когда была последняя течка? - Дугал профессионально взял омегу за руку и нащупал пульс. - Э-э… - задумался Эмиль, затем скинул с себя куртку Брюса и решительно схватил Дугала за руку. - Это совсем неважно. Дугал, раненых много? Мы можем забрать их к себе в больницу? Сколько у нас есть мест? Лекарств хватит? А врачи? У нас ведь в основном военные врачи, значит, они знают, как лечить раненых. Если заберем их к себе, то в родных стенах они быстрее выздоровеют, да? - Не думаю, что нам отдадут всех раненых, только тех, кого после выздоровления будут комиссовать. - Это ребенок Одина? - вдруг спросил Брюс. Он смотрел на Эмиля, склонив к плечу голову. - О боги! Нет, конечно! - Эмиль даже подпрыгнул от негодования. - Моя беременность сейчас совсем не важна, надо подумать, как помочь людям! Если мы заберем раненых домой, то родные смогут, наконец, успокоиться, да и самим раненым на родной земле, среди родных лиц будет намного комфортнее, а значит, выздоровление пойдет быстрее. Я прав? - Ты прав во всем, кроме одного, - Дугал, накинув на плечи Кэлуму свою куртку, на секунду прижал его к себе, как старший брат неразумного ребенка. После этого отпустил растерянного Кэлума и мягко улыбнулся. - Твоя беременность важна для Одина и клана. Это чудесно, что у наследника будет наследник! Значит, что род Одина МакГрегора не прервется и сохранится преемственность по крови. - Вот я сейчас не понял, - Брюс взволнованно мял свою куртку в руках, - зачем Одину радоваться, если ребенок не его, и как это преемственность по крови, если… Я что-то совсем запутался, - вздохнул альфа. Брюс смутился, когда на него уставились две пары очень недовольных глаз, как будто он влез не в свое дело. А потом Дугал и Кэлум посмотрели друг на друга и дружно рассмеялись, как будто альфа удачно пошутил. - Ты знал? - Дугал смотрел с печалью, как старший брат. - Нет, но подозревал, - Эмиль потупился и вздохнул. - Уж как-то все резко закончилось. - Оставишь? - Дугал посмотрел взволнованно на омегу, а тот слегка покраснев, кивнул. - Молодец, - Дугал по-братски поцеловал Кэлума в лоб и, подхватив под руку, потянул в больницу. - Но давай, прежде, чем сообщать радостную новость Одину, проверимся, как положено. Нюх альфы это, конечно, хорошо, но УЗИ, поверь, надежнее. Заодно обсудим с главврачом, как разместить у себя раненых. Следующие три часа для Эмиля пролетели, как одно мгновенье. Вначале Дугал завел его в кабинет УЗИ, где выяснилось, что у Кэлума будет двойня. - Поверь мне на слово, - пожилой омега ласково погладил Кэлума по пока плоскому животику, - это будут альфы. Вот спроси у Дугала, он подтвердит, я определяю пол ребенка лучше любого прибора. У нас в роду были друиды и травники, поэтому-то я и пошел в медицину, чтобы дар не пропал. У тебя будут альфочки, сильные и упрямые, будь с ними построже и держи их в ежовых рукавицах, а то не заметишь, как они на голову залезут и ножки свесят. - Построже с альфами, - Эмиль нежно улыбнулся. - Похоже, это у меня получается лучше всего. Хотя, лучше бы вы ошиблись и это будут омежки, я тогда мог бы их баловать и нежить. Дальше был разговор с главврачом. У него сын оказался в списке раненых, и он был, как никто другой заинтересован заполучить кровиночку домой. Они долго считали места в больнице, после этого альфа решил, что стариков, находившихся в стационаре на плановом ежегодном обследовании, можно будет отправить по домам, все поймут, и никто не обидится. Кроме этого, можно будет задействовать все свободные места в детском отделении и перинатальном центре. Все равно он сейчас практически пуст. Врачи вполне могут навещать своих подопечных дома. Если не будет случаев преждевременных родов, то у них будет целый месяц, пока его задействуют по прямому назначению. Главное, чтобы раненых согласились отправить на лечение на Землю. Главврач занялся составлением запроса по военному образцу, в котором сообщал, что они обладают возможностью размещения раненых, необходимой квалификацией врачей и наличием оборудования. Он занялся сбором справок и документов, чтобы в штабе не отмахнулись от их предложения. - Надо поговорить с Одином, возможно, его послушают и согласятся на переброску раненых на Землю, - главврач нервно потирал руки и смотрел с надеждой на Эмиля. Тот только вздохнул. - В самом крайнем случае, у меня есть один знакомый, который может сделать невозможное, - Эмиль подумал о Бо, и о том, какую цену тот может запросить в ответ. - Мне бы не хотелось к нему обращаться, но если не будет других вариантов, то я так и поступлю. Увидев, как нахмурился главврач и напрягся Дугал, он, миролюбиво улыбнувшись, постарался успокоить воинственных шотландцев. - Он омега, не беспокойтесь за мою честь, - сказал Эмиль. - Просто он может мне напомнить об обязательствах, которых мне хотелось бы избежать. Я хочу скрывать факт своей беременности так долго, насколько это будет возможно. - Не волнуйся, - ухмыльнулся Дугал. - Всем, кто попытается разузнать о тебе, в клане расскажут сказку о том, что ты сослуживец Жнеца, он спас тебя на одном из своих заданий и привез под защиту лэрда и клана. Вы выглядите ровесниками, да и после того удачного выстрела на ярмарке, в том, что ты военный, никто не сомневается. Если лэрд сам не захотел рассказать о наследнике, кто он и откуда, то и нам не стоит языками трепать. Внутри клана, конечно, ходят разные слухи, но с чужаками ими никто делиться не будет. - С определенной точки зрения это действительно так, - Эмиль смущенно потупился. - Анджей меня спас и привез под защиту Одина. А что касается моей беременности, то пусть все думают, что это дети лэрда. Они действительно его, - омега помолчал и добавил, - правнуки и вдобавок родные по моей линии. Увидев растерянность на лице главврача, он пояснил: - Я - его средний внук Эмиль и прячусь здесь от своих истинных альф. Я хотел бы и дальше все сохранять в секрете. За дверью кабинета главврача послышался грохот, словно уронили шкаф.