Танцуй!

Волна бежит на этот берег, Волна бежит и что-то бредит. И звезды падают за ворот, И ковш на небе перевернут.

      На влажном от недавнего прилива песке оставались нечеткие следы босых ног, ведущие к морю. Совсем скоро они исчезнут в глубине воды, а никто так и не узнает, что обратного пути для них не будет. По щиколоткам Марго ласково ударила волна температуры парного молока, хотя откуда ей это знать. Для нее это не более, чем литературное определение, за свои почти тридцать лет она так и не узнала, какое оно, это самое парное молоко. Наверное, теплое и обволакивающее. Девушка прикрыла глаза и неуверенно сделала еще пару шагов, чувствуя, как вода уже слегка намочила подол пляжного платья, что в этот же момент стало неприятно липнуть к телу, вызывая желание немедленно его сбросить.       Неполная луна оставляла на водной глади слабую серебристую полосу, поблескивая на неторопливо покачивающихся в этот ночной безлюдный час волнах. Ее перевернутый ковш щедро рассыпал в безоблачное небо горсть звезд, которых, кажется, можно и рукой достать. Девушка задумчиво остановилась, когда вода уже добралась до бедер. Марго решительно потянула платье и сбросила его в море, которое сразу же пошло недовольными кругами. Капли воды возмущенно окатили ее, но вызвали только улыбку. Странно, она никогда прежде не видела моря, но вот в дикий восторг, как все новое, оно ее не привело. Да и вообще, она давно уже перестала удивляться или восхищаться, воспринимая все как данность. Ей не так уж и много лет, а ощущение, что за плечами вся жизнь, собственно, так оно и есть. Не просто так же Марго пришла этой ночью сюда.

И в голове смешались мысли, И босиком с бутылкой виски, Мы изучаем этот берег, Волна бежит и что-то бредит.

      Алиса неторопливо шла по пляжу, наслаждаясь тишиной этого времени, которая нарушалась только лишь тихим, баюкающим шепотом волн. Походка ее была легкой и спокойной, она будто бы летела над землей. Ее образ утяжеляла только бутылка виски, горлышко которой она крепко сжимала в левой руке. Девушка не любила в себе привычки к алкоголю, про себя называя его ядом, но и отказаться не могла, все еще надеясь убить в себе болезненные воспоминания и чувства с его помощью. Точно по середине берега она опустилась на песок, поджимая под себя ноги. Алиса опустила взгляд от неба и посмотрела на море. Вдалеке ей показался едва различимым чей-то силуэт. Она чуть напрягла слабое зрение и поняла, что ей вовсе не кажется, а там, в воде, кто-то стоит.       Несколько секунд девушка провела в немом оцепенении, размышляя, стоит ли ей тревожить чье-то водное уединение, или нет. Но, подумав, что кто-то, как и она, просто хочет побыть один, отодвинула на второй план необходимость мешать. Она сделала большой глоток из бутылки, слегка поморщившись. Взгляд так и норовил вернуться к далекому силуэту, и вот она уже различала черты. Кажется, там тоже девушка, которая внезапно скрылась под водой. Прошло несколько секунд, а незнакомка все еще не показывалась над морской гладью. Алиса сорвалась с места, поднимая за собой маленькую песочную бурю, и быстро вошла в воду, разрезая собой волны, которые так услужливо несли ее вперед.

Хочу уснуть и не проснуться, Уйти в моря и не вернуться. Или вернуться только вместе, С тобой так много интересней!

      Марго сделала глубокий вдох, еще раз окинула отсутствующим взглядом почти неразличимый, слившийся из темной воды и черного неба горизонт, серебристые звезды, так ярко горящие в непроглядной тьме воздушного покрывала, и нырнула. Она никогда не умела плавать и сейчас это было как нельзя кстати. Море приветливо приняло ее, смыкаясь над головой. Вода тут же слегка защипала глаза и обожгла горло, делающее жадный глоток соленой жидкости. Голова мгновенно очистилась от мыслей, а нервные рецепторы пытались заставить ее вынырнуть, но тщетно. Марго очень давно все для себя решила и отступать не собирается.       Были ли у нее причины на то, чтобы уйти раз и навсегда? Как знать. И вроде бы в жизни все давно хорошо. Неплохая работа, пусть и не самая желанная, но юношеские мечты давно остались в прошлом. Дом, машина, встречи с друзьями по выходным в барах, а потом все с самого начала. Вечная вереница событий, которая все никак не прекратится. Да и не в монотонности бытия дело. Если бы Марго захотела, то все было бы не так. Она всегда раньше шла к своим целям напролом, не щадя себя и окружающих. Что же с ней стало? Устала? Сломалась? Нет. Просто нет достаточной мотивации, нет человека, который был бы важен, для которого стоило бы быть сильной. Она одна. Совсем одна в этом жестоком мире и пустом городе. За ее спиной или рядом с плечом нет того, на кого можно было бы опереться. Вот Марго и не знает, как жить дальше, да, собственно, и зачем?       И вот настал желанный момент, когда мозг отключается. Он ей знаком, чувства тоже притупились, но вдруг что-то резко вырывает ее из уютной и спокойной теплоты морской воды, не дает опуститься на дно.       Алиса быстро добралась до девушки и из последних сил потянула ее на себя. Сердце стучало где-то в голове, не давая понять, что происходит вокруг. Она ловит незнакомку, пытаясь отбросить мокрые, мешающие видеть волосы с лица, больно ударяя ее по щекам, что чуть вывело Марго из удушливого шока. Алиса упрямо тащила не сопротивляющееся тело за собой, проклиная тяжесть воды, но думая о том, что до берега не так уж далеко, да и волны чуть помогают, почти неся на себе едва безжизненное тело.

Вокруг вода, песок и камни. И время, меряя глотками, И всех вокруг как ветром сдуло. Нас как магнитом притянуло.

      Влажный песок недовольно скрипнул, выпуская из себя влагу, когда на него упали два тела. Алиса тяжело дышала, только сейчас начиная ощущать, каких усилий стоили ей последние пару минут. Она приподнялась, глядя на Марго, которая жадно, словно рыбка, выброшенная на берег, хватала воздух и билась в едва заметной лихорадке. Алиса села рядом и со всех сил ударила девушку по щеке. Звонкая пощечина разорвала оглушающую тишину. - Идиотка, чокнутая идиотка, - бормотала Алиса, оглядываясь в поисках помощи, но в этот час пляж был дик и пуст.       Прийти на помощь девушке было некому, приходилось действовать самой. Почти полчаса она судорожно вспоминала правила оказания первой помощи и пыталась привести в чувство горе-суицидницу. Наконец, та открыла глаза и громко закашлялась. Чуть успокоившись, она поймала осуждающий взгляд своей спасительницы. - Марго, - выдохнула девушка, переводя дыхание и протягивая руку. - Алиса, не могу сказать, что приятно, - несколько язвительно усмехнулась девушка, вкладывая свою узкую ладонь в протянутую руку.       Обе выглядели несколько смущенными сложившейся ситуацией и не знали, что сказать, поэтому сидели молча и смотрели куда-то вперед.

Мы странно оказались рядом, Приняв одну микстуру с ядом. Теперь мы принимаем виски, И в голове смешались мысли.

      Легкий порыв прибрежного ветра заставил девушек странно, синхронно съежиться, напоминая, что не так уж давно они выбрались из воды и так и не удосужились предпринять хоть какие-то меры, чтобы высохнуть и согреться. Марго нервно застучала зубами, отбивая неровную дробь. - Зачем ты меня вытащила? – она спросила это скорее в пустоту, нежели обращаясь к Алисе. - Не знаю, а зачем ты топилась? – она говорила с точностью повторяя слегка надменные и заносчивые интонации собеседницы. – Для смерти и грусти не должно быть причин. - Может и так, но у меня есть, - Марго чуть кривила душой, понимая, что сейчас ее вечное одиночество не кажется ей уже таким ужасным и критическим. Она повернула голову и посмотрела на Алису, которая отчаянно напоминала ей кого-то далекого, как будто воспоминание из прошлой жизни. - Все можно преодолеть, - Алиса сделала большой глоток и чуть закашлялась, смутившись пристального, холодного взгляда зеленоглазой Марго. – Уж я-то знаю. - А если сил больше нет? – обычно скрытная, молчаливая и задумчивая Марго вдруг почувствовала, что новая знакомая непременно поймет ее. – Что если я просто не хочу дальше жить? Что тогда? Ради чего? Ради кого? У меня никого нет, я одна, совсем одна, понимаешь?! Ни друзей, ни семьи, ни детей, ни мужчины любимого. Зачем я по земле хожу? - Тихо, успокойся, - Алиса протянула Марго бутылку. – Это пройдет. Или ты думаешь, что ты одна такая бедная и разнесчастная, да?! Да полмира таких и ничего, живут. И ты жить будешь, поняла?! - Угу, - кивнула Марго, удивленная напором Алисы, и тихо шепнула. – А ты почему здесь? - Потому же, почему и ты, - Алиса тоже внезапно для себя находила Марго какой-то знакомой себе и не могла понять, что это такое. - Думаешь, что алкоголизм лучше смерти? – язвительно усмехнулась Марго, кивая в сторону бутылки. - Ничего я не думаю, - угрюмо буркнула девушка, отбрасывая назад длинные мокрые волосы, тяжелой волной ударившие по спине.

Нам больше ничего не нужно, От виски кружит, кружит, кружит. С тобой мне больше здесь не тесно, И ковш на небе стал на место.

      Марго равнодушно пожала плечами, не желая нарушать своими расспросами невесомое и уютное равновесие и спокойствие, повисшее между ними. Голова стала чуть кружиться от крепкого напитка, который постепенно переполнял сознание, делая ее тяжелей на десяток мыслей.       Алиса грустно улыбалась чему-то своему, сама не заметив, как ее волосы мягко коснулись теплого, уже согревшегося, плеча Марго, в котором она нашла опору. Девушка удивленно посмотрела на Алису, но не отстранилась, а даже придвинулась чуть ближе к ней.       Месяц медленно передвинулся в небе, неумолимо отсчитывая часы к рассвету, который должен был вернуть все на свои места и заставить забыть эту ночь. - Что чувствуешь, когда умираешь? – подала еле слышный, шелестящий в тон волнам, голос Алиса. - Эйфорию и счастье, - Марго улыбнулась какой-то страшной и странной улыбкой своим мыслям. - Я думала, что счастье в другом, - Алиса горько выдохнула. - У каждого свое, - Марго подняла голову в небо, будто бы пытаясь сосчитать в нем звезды. – Зря ты думаешь о смерти, она не для тебя, а счастье у каждого свое. - Я расскажу тебе о своем когда-нибудь, если захочешь, - девушка чуть крепче прижалась к плечу. - Уже завтра я уеду, - Марго зажмурилась, чувствуя, как что-то внутри нее безумно ноет и стучит о грядущей невосполнимой и необъяснимой потере. - Я с тобой, - отрывисто бросила Алиса и непривычно решительно добавила. – Ты не умрешь одна.

Еще глоток и мы горим На раз, два, три! Потом не жди и не тоскуй, Гори огнем твой третий Рим! Лови мой ритм! Танцуй, танцуй, танцуй, танцуй, танцуй, танцуй.

      Марго хотела что-то сказать и, кажется, даже возразить своей странной и удивительно знакомой собеседнице, но в этот момент ее губы были укрыты жадным, упрямым поцелуем, которого она никак не ожидала. Внезапно для самой себя она обняла покрытую мурашками спину Алисы, прижимая девушку к себе.       В груди стучало и горело от внезапного порыва, когда Алиса вдруг смущенно оторвалась от Марго, чтобы отбросить пряди длинных рыжих волос. Но вот зеленоглазая девушка как-то слишком податливо опустилась на песок, увлекая ее за собой, укладывая руки на острые выступы лопаток и бережно их поглаживая. Эта странная нежность жгла обеих до тла.       Алиса прикрыла глаза снова склоняясь, чтобы поймать приоткрытые губы Марго своими. Поцелуи стали нетерпеливыми, чуть грубыми и отстраненными, но приобрели для обеих какой-то странный, пряный шарм с запахом виски, какой возможен только раз в жизни. Ее прохладные, тонкие, музыкальные пальцы пробежали по телу Марго, оставляя легкие дорожки мурашек и аккуратно срывая оставшуюся одежду, лаская бедра и заставляя извиваться в незатейливом танце ей навстречу.       Воздух вокруг девушек раскалился и дрожал в унисон их глухим стонам. Они умело ловили ритм, кажется, даже дыша в такт друг другу. Песок покрывался причудливыми узорами расстеленной тонкой ткани Алисиного платья, будто неведомый художник рисовал безумный оккультный танец на нем. С губ Алисы сорвался последний, сладостно-горький полувскрик, который тут же выпила с них поцелуем Марго, укладываясь на ее плечо.

С тобой так много интересного. Вокруг совсем не тесно, Без площадей, вокзалов, станций, Без этих всех цивилизаций.

      Робкое предрассветное небесное свечение озарило усталые лица девушек, лежащих на песке. Обе хоть и не хотели нарушать этот покой, но невольно ворочались на колючих песчинках. Марго зажмурилась и тут же открыла глаза, в которых вместе с необратимой тоской плескалась судорожная надежда. - Ты правда поедешь со мной? – голос дрожал и ломался в ожидании ответа. - Тебе все еще нужен ответ? – Алиса рассмеялась, задорно, громко, совсем по-девичьи.       Она быстро поднялась, тряхнув рыжими волосами. Марго улыбнулась ей и рассмеялась в ответ.       Красное ото сна солнце заливало светом опустевший внезапно пляж, а волны ленивыми языками слизывали с песка последние следы пребывания на нем девушек.