Секрет президента Школьного совета

POV Акиры Я с тоской смотрел на одинокую тонкую трещинку, которая, словно паутинка, тянулась от правого угла (если смотреть со стороны двери) кабинета к длинной прямоугольной лампе. Интересно, от чего она появилась? Когда я был здесь в прошлый раз, ее не было… - Ты меня вообще слушаешь, Акира-кун?! – от глубоких мыслей меня оторвал резкий голос главы Дисциплинарного комитета. Если мне не изменяет память, а с нее станется, то этого очкарика с прилизанными волосами зовут Кеске… или Харука? В общем, не помню – какое-то бабское имя у этого недотепы, хотя и не мне на счет имени язвить… Меня раздражает один его вид – весь из себя примерный мальчик: подстриженные под «горшок» волосы, очки в толстой оправе, заправленная в штаны школьной формы рубашка, которую он застегнул на все пуговицы. О! Как я мог забыть – особый предмет моей ненависти – галстук! Терпеть не могу этот пыточный инструмент, поэтому лично у меня он висит тонкой полоской через шею. Собственно, сейчас меня и моего друга, Айдо Сому, этот хмырь отчитывает за неподобающий вид – джинсы вместо классических брюк, рубашка навыпуск, на которой (о, верх небрежности!) не застегнуты верхние пуговицы. Ну и да… галстук, который висит на мне, как шарф. Слава богам, не отчитывает за волосы – они у меня светло-русые. Все долгое время думали, что я постоянно осветляюсь, но нет – я метис. Моя мать, Юкари Ханаджима, чистокровная японка, которая разочаровала своих родителей, помешанных на традициях, выйдя замуж за француза. Отец достаточно часто уезжает в командировки, мотаясь между странами, много раз пытался соблазнить мать переехать во Францию, но она категорически отказывается. Предки матери были в шоке – мало того, что чуть ли не прямым текстом послала всех потенциальных женихов (детишек таких же сумасшедших родителей), так еще и забеременела до официального брака! С громким скандалом, как раз пришедшимся на мое детство, она уехала из родного поместья и больше не контактировала с семьей. С отцом они живут счастливо в браке – в отличие от меня, она видится с отцом намного чаще – постоянно ездит по таким же командировкам, как и он. От матери мне достались изящные руки пианиста, который не умеет на нем играть, тонкие черты лица и нос с горбинкой, а от отца, кроме цвета волос и зеленых глаз, которые абсолютно не свойственны японцам, мне перешли достаточно высокий рост и подтянутое телосложение. И если в младших классах мне приходилось кулаками доказывать, что я ничуть не хуже, а даже лучше большинства, то во втором классе средней школы ко мне пришла неожиданная популярность… Что-то я здорово отвлекся... Айдо сейчас повезло меньше, чем мне – он, хоть и был в школьных брюках, забыл галстук, у него осветленные до желтизны волосы и штук пять-шесть сережек в левом ухе. Серьги почему-то самая больная тема для блюстителя нравственности в нашей школе, поэтому Айдо (и меня вместе с ним) ждет целая лекция о трепетном отношении к своей внешности. Айдо морщится – очкарик-то бесит не только меня – но молчит. Ха! Если бы этот примерный мальчик посмел читать лекции нам где-нибудь в коридоре, то добром это явно не кончилось – парень получил бы аккуратный удар в живот, который не оставит за собой синяков… Да что там! Он бы даже подойти не решился! Причина его храбрости проста – прямо за его спиной, за столом, удобно устроившись в кресле, сидел главный ужас всея школы – президент школьного совета. Тацуя Ока. От одного его имени меня пробивает неконтролируемая дрожь. Высокий и стройный – даже при всей моей нелюбви к школьной форме, вынужден признать – на нем она смотрится просто шикарно. Острые черты лица выдают сильную личность – я об этом знаю не понаслышке. Мягкие (да-да, один раз удалось провести рукой) черные волосы немного длиннее, чем принято, но это только добавляет шарма. Глаза цвета стали сейчас прикрыты густыми ресницами, чтобы не выдать скуку…или гнев? Кто его разберет… Примерный ученик, великолепный спортсмен, да и просто любимец всех учителей. Что может быть у него, образцового ученика, общего с хулиганом, бывшим участником бандитской группировки, одна память о которой бросает в дрожь на все местное население? Стальные глаза, не отрываясь, смотрели, казалось, мне прямо в душу. Я незаметно (надеюсь, по крайней мере) перевел дыхание, когда эти импровизированные лазеры вновь скрылись за густыми ресницами. Этот чертов ботаник все не затыкался, распространяясь на тему приличий, когда его прервал бархатистый голос: - Я думаю, Ханаджима-кун и Сома-кун поняли тебя и примут к сведению. - Д-да, господин президент! – я, не выдержав, все-таки поморщился – от очкарика просто волнами исходил щенячий восторг. Президент тоже хорош – мог бы прервать этот бред еще в начале, но, по всей видимости, ему весело наблюдать за нашими с Айдо мучениями. Знаю же наверняка, что семпай сам не любит подобных типов…Как он со своим темпераментом еще голову никому не снес? Я поражаюсь его поистине железной выдержке – вряд ли кто-нибудь кроме меня догадывается об истинной сущности этого парня. Все потому что он хороший актер. - Ведь примете? – теперь Тацуя обращался непосредственно к нам. От мягкой, безупречно выверенной улыбки президента и гневно сощуренных глаз меня, уже в который раз, бросает в дрожь. Черт, когда же я смогу нормально на него реагировать?! - Никогда, - отвечаю я сам себе с презрительным фырканьем. Восхищенный выдох за спиной, возмущенный вскрик сбоку и насмешливо приподнятые брови над полыхающими яростью глазами. Вот тут я и понял, что ляпнул что-то явно не то… и самое отвратительное, что вслух! Исправлять ситуацию поздно, так что придется поддерживать имидж хулигана до конца. Губы растягиваются в откровенно глумливой ухмылке, левой рукой я приобнимаю стоящего рядом со мной Айдо и немного на него наваливаюсь – мне понадобится поддержка, пусть не моральная, так физическая. - Меня достали ваши дебильные правила – я буду ходить так, как мне нравится. - Вот как? – сладкая патока голоса президента заставляет меня нервно сглотнуть. – Акира-кун, ты действительно уверен, что хочешь пойти против меня? Нет! Совсем не уверен!!! Кто-нибудь дайте мне по голове чем-нибудь тяжелым, пока мой личный враг, партизанящий во рту, не привел меня к смерти!!! Пока я не натворил еще больших глупостей, надо побыстрее сваливать – злить президента чертовски опасно, поэтому я, прихватив опешившего от моей наглости Сому, развернувшись, покинул кабинет. Пошаливающие нервишки сыграли злую шутку – ручка двери выскользнула у меня из руки и дверь громко захлопнулась. Ну как громко… смачный хлопок двери был слышен во всем коридоре, а с потолка мне на голову упал кусочек шпатлевки… Искренне надеюсь, что Тацуя-семпай не примет это на свой счет…