Две дивицы под окном...
26 сентября 2016 г., 20:26
Примечания:
Ребята, я очень сожалею о таких неприлично больших перерывах между выходами новых глав и их скудном содержании. Возможно, это моя последняя глава и этот фанф останется незаконченным, простите. Если есть желание, можете дать мне педаль и напомнит об этом рассказе(https://vk.com/racsanav ). Как обычно жду строгой критики, мне будет приятно услышать Ваше мнение.
< b>От автора</b>
У любой, даже самой, казалось бы, бессмысленной комедии есть глубокая мысль, которую автор желает донести до читателя. Эта история далеко не исключение. Вам следует знать кое-что, но по моей великой задумке, вы узнаете это ближе к концу. Этот рассказ будет состоять из небольших и забавных историй, остросюжетных вставок и, возможно, глубоких философских рассуждений, перекрывающих все веселье темной печатью раздумий. Эта глава будет относиться к последнему…***
Удостоверившись в том, что ребята уснули, девушки собрались на кухне. Алира поставила чайник, а тот тихо замурлыкал, нагревая свое брюшко на плите. Кира села на табурет у окна и завесила шторы, она откинулась к стене и прикрыла глаза. Первой решилась нарушить тишину Али: -Ну как, удалось найти её? -она посмотрела с искрой надежды на сестрицу. Та устало помотала головой, что означало «к сожалению, нет». -А мы его нашли.-девушка отвлеклась, чтобы выключить чайник, — Нашли и сожгли. Терпкий аромат заварки плавно заполнял помещение. В этом букете запахов смешалось тепло летних полей, яркое солнце и шум дождя. Звон фарфоровых чашек, шелест скатерти, тишина. Девушки сидели, погруженные в свои мысли. Неожиданно эту тишину разрезал холодный голос Киры: -Ей будет грустно узнать, что его больше нет. В любом случае, они не могли бы быть вместе. Его навеки затушили пламенем, а ее, ее еще предстоит осушить водой. Грустно всё это. Очень грустно. А без нашего браслета, украденного бездушным инкогнито, поиски её будут весьма затруднительны, но не суть… Ха, у них красивая легенда, не думаешь? За их любовь его подожгли и обратили в дерево, утопив в гнилом болоте, а её повесили и обратили медной ромашкой… Но ведь в чём их провинность? Правильно, в чувствах. Но разве это плохо? -Даже не знаю, но с Модигом мы намучились, да и вас Форадара потаскала, может отложим все дела на завтра? Я смертельно хочу спать. -Думаю, ты права. Пошли? -Да. Они убрали со стола, выключили свет и ушли спать. Но ночь была не спокойной. Я готова поклясться, что с поля доносился вопль, который смешивался с плачем и диким криком боли. Это Форадара плачет по любимому. Плачет от безвыходности, от бессилия, плачет от глубокого женского горя. Пусть плачет, она - предатель, она - изменник, нет ей прощенья. Пусть слезы ее обращаются мраком, пусть вой её станет ветром диким, пусть её отчаяние прольётся градом в июле. Пусть. Её никто не пожалеет, нельзя. Ведь она - предатель, она - изменник...
