Я бесполезен

«Своими бесполезными вылазками они только убивают наших сыновей и дочерей. Каждый раз они ничего не добиваются, а только привозят нашивки убитых или части их тел. Верните наших детей! Человечество и так вымирает, а они делают только хуже», - все это мог прочитать Эрен в глазах других людей и тут же видел не только порицание и отчаяние.       Были тут и детские глаза, полные веры и восхищения.       А ведь Эрен сам был таким и до сих пор он верил. Только вера могла завести его так далеко, только она и сила духа. И не только его собственные, а всех, кто был здесь. ***       Эрен осторожно толкнул дверь в комнату. В ней царила полутьма и только небольшая масляная лампа освещала письменный стол, за которым сидел Армин. Юноша чуть испуганно встрепенулся, когда услышал скрип двери.       Вокруг главного штаба спецотряда царила ночная тишина, прерываемая трелями сверчков и храпом соседей из комнат.       Стратег старательно что-то записывал в тетради, при этом прищуривая глаза, силясь вспомнить необходимую информацию.       Голова юноши все еще была перебинтована, в остальном - он отделался легкими ушибами. - Ты должен лежать, - строго констатировал Эрен, прикрывая за собой дверь. – Ты только очнулся.       Стратег спокойно посмотрел на своего друга, а после на свои записи. - Пока я хорошо помню, я должен все записать, - возразил он. - Ты что ведешь дневник? – удивился юноша.       Он не замечал такой привычки за Армином. Письменные принадлежности и бумагу было сложно достать, когда они были детьми, и только к началу обучения военному делу Армин получил всего этого вдоволь. Тогда Йегер и стал замечать, что его друг часто что – то пишет. Эрен думал, что Армин занят учебой таким образом, но не ведением дневника. - Нет, - ответил стратег. – Это для того, чтобы хорошо проанализировать ситуацию. «Страх так часто затмевал мой разум, что воспоминания становятся обрывочными. Когда Эрен вытолкнул меня из пасти гиганта, а тот проглотил его сам, - думал Армин с содроганием об этом дне, - я не помню ничего после. Когда Эрен вытащил меня из пасти гиганта снова, но в образе титана, я тоже не помню как оказался в его ладонях. Когда титанша сняла с меня капюшон, на пару мгновений я отключился. У меня слабый разум и это мешает придти к правильным выводам». Армину по прибытию в замок штаба положили в отдельную небольшую комнату, в которой были только шкаф, кровать, письменный стол и пара стульев.       Стратег очнулся лишь спустя два дня, а до этого лежал в беспамятстве, но в обществе Эрена и Микасы. Остальные тоже заходили пару раз, даже раненный в плечо Оруо.       Эрен подошел к другу и сел на стул рядом. Стратег тут отложил письменные принадлежности.       Эрен уже несколько дней не мог нормально спать. Он либо сидел подле бессознательного Армина, либо шатался по подземелью, размышляя. И все же то, что сам стратег не спит было как нельзя кстати. Можно было задать мучающие голову вопросы. - Армин, ты же встретился с титаншей до меня и она чуть два раза не убила тебя, - проговорил Эрен.       Он уже услышал от Райнера все, что произошло и не мог поверить своим ушам. Поведение Армина было, мягко говоря, ненормальным. - Да, - не стал отпираться Арлерт.       Его пальцы еще дрожали от слабости и почерк на листке был неровным. Часть бинтов на голове пропиталась потом, но Армин был упрям в своем стремлении, хоть сил было не так много. - Скажи мне, о чем ты думал, когда все это выделывал? И там, когда я превратился тоже? – Эрен пытался подавить в себе раздражение, но не мог, и стратег услышал это в голосе друга. «О чем?» – вдруг сам задался этим вопросом Армин, глядя куда – то мимо, а потом криво рассмеялся. - Ни о чем. То, что я делал было очень глупо, - ответил он.       Такой ответ удивил Эрена, но он произнес, вдруг осознавая: - Ты ведь знал, что я превращусь и про весь план знал!       Теперь пришла очередь Армина удивляться. - Я понял, все, после столкновения с титаншей в первый раз, - вновь не стал скрывать стратег. – Поэтому поступал так. «И в этот раз я не был обузой. В этот раз я действительно помог». - Тебе не обязательно было лезть во все одному! – раздражение захлестнуло юношу.       Эрен прекрасно осознавал, чем оно вызвано: в его жизни осталось только двое – Армин и Микаса. «И я не позволю гигантам даже прикоснуться к ним!» - Не было времени что – то сделать по – другому, - Армин опустил взгляд и ощутил, как картина перед глазами немного поплыла. – И я не мог придумать что – нибудь другое.       Эрен застыл на месте. «А ведь он никогда не просил помощи. Как же бесит».       Темноволосый юноша не знал, что его мысли очень похожи сейчас на мысли молодого человека, которого он терпеть не мог.       Стратег ожидал бури, но вынести ее сейчас не было никаких сил. Однако он вдруг ощутил, как Эрен дружески потрепал его по светлым волосам: - В следующий раз не лезь без нас, даже если выхода нет. Ты уж продумай и для нас с Микасой стратегию. Армин улыбнулся, поднимая взгляд на друга. - И голову береги, дубина, - добавил юноша. – Теперь ложись уже. Харэ херней страдать.       И в этот раз стратег не стал спорить. «Голову береги», - повторил про себя светловолосый юноша, усмехаясь, как внезапно отдельные элементы в его голове зацепились друг за друга.       Вязь догадок стала предположением, от которого Армину перехватило дыхание. - Я должен поговорить с Командором! – воскликнул юноша, вскакивая.