Я бесполезен

      Микасе ничего не оставалось кроме как вонзить один из клинков в плечо Эрена и вцепившись в рукоять оружия руками, оставаться на месте, будучи не снесенной потоком воздуха. Титан несся со скоростью, которая позволяла медленно настигать, квартал за кварталом, цель.       Энни бежала. Как и прежде, на лице титанши не отражались эмоции и не было видно паники, которая охватила девушку внутри огромной оболочки.       Энни Леонхарт и раньше считала, что Эрен должен был умереть при встрече с гигантами одним из первых. У этого эмоционального бездаря просто не хватило бы мозгов, как и у многих на военном обучении, чтобы позаботиться о своей шкуре. Но случай Эрена был еще запущенней. Помимо ярости, которая должна была всегда фатально отражаться на здоровье юноши, присутствовало это отвратительное самопожертвование. Разве при очевидном выборе: спасти свою жизнь или броситься в безрассудство, только ради призрачного шанса спасти кого – либо, было разумным выбирать второе?       Но почему собственные принципы пошатнулись, когда нужно было или бежать или атаковать минуты назад, а вместо этого все доводы разума заглушил крик отчаянья того, кто до последнего считал Ее человеком? Ее! Ту, в глазах у которой ничего человеческого не осталось. Ту, которой твердил собственный отец о ненависти к людскому роду...такому слабому. Души людей подвержены слепоте. Они никогда не смогут разглядеть тепла от тех, кто пытается его дарить и любую жертву они никогда оценить не смогут. Тогда зачем оставлять этих глупцов топтать землю?       Светловолосая титанша в буре ослепляющих чувств, пытаясь понять собственные поступки, не заметила, как острый толчок в поясницу заставил тело стремительно падать на площадь, разбивая стены домов вдоль улицы, взмахом рук.       С грохотом, содрогающимся мостовые во всем внутреннем кольце стены два титана рухнули на землю. Эрен крепко держал противницу за поясницу, но не смог так быстро опомниться от совместного падения, в которое сам вверг и себя и Энни, так быстро, как это сделала последняя.       Если Эрена одолевали сомнения, когда он был в оболочке титана, то это прямым образом влияло на силу и качество боя юноши, но не у Энни. Как бы не мешали мысли и эмоции светловолосой титанше, ее удар всегда был прямым и точным. Какие – то глупые вспышки чувств не сделают ее слабее.       И удар, поразивший Эрена точно в лоб был, как всегда, сокрушительным, без возможности уклонения или предотвращения оного.       Микаса взмыла в воздух еще во время падения и направила стропы в единственное за что могла зацепиться – в тело противницы, настроившись на атаку. Это отвлекло Энни, заставив прикрыть шею. Все глупые размышления можно оставить на потом. Сейчас же главное: бегство.       Светловолосая титанша поймала стропу девушки и резко дернула за нее, надеясь избавиться от назойливой Аккерман. Микаса, среагировав, обрубила собственный трос острейшим клинком. Полет сместился без дополнительной тяги и девушка только смогла приземлиться, перекатываясь на мостовую. К ней подоспели несколько воинов из спецотряда и самой Ханджи.       В середине площади все еще лежал гигант с проломленным черепом, источая клубы пара.       Армин с трудом разлепил веки. Тело не хотело подчиняться. Стратег понял, что лежит на мостовой недалеко от дымящегося черепа зеленоглазого титана, а перед ними стоит Энни, буравя взглядом такого маленького на фоне происходящего, светловолосого юношу.       Армин уже несколько раз до сегодня успел встретиться с взглядом с Энни Леонхарт и сейчас замер, заворожённый ледяной синевой, не в силах пошевелиться не только от слабости в теле, но и от этих глаз. Тогда к стратегу пришло понимание, что холодная синева глаз Энни не лед, а пламя, синее пламя. В душе девушки бушуют чувства и то, что такая сила не находит отражения на лице, воистину пугает.       Титанша отвернулась, готовая вновь броситься прочь, но огромная рука, неподвижная до этого, крепко хватает Энни за щиколотку. Эрен поднимает изуродованное лицо, которое медленно возвращается в норму. Титан решительно рычит, пугая безумием ярко – зеленых глаз, но противница решительно ударяет его свободной ногой в дымящееся лицо, пытаясь размозжить неспокойную голову Йегера по брусчатке.       Армин испуганно кричит имя друга, когда тот хватает противницу за вторую лодыжку, которая была вся в крови почти поверженного врага.       Эрен плохо слышал крик, но слышал его. Этот крик был где – то у левого уха. - Армин?! Где ты?! – закричал зеленоглазый юноша в теле титана, ничего не в силах увидеть.       Чудом уцелевший глаз после удара заливает кровь и сукровица. - Два часа! – крик стратега все еще отдается в левом ухе и Эрен успевает подставить руку под удар свободной ноги Энни.       Армин так близко, что только вопрос времени, когда его просто раздавит или заденет, а Эрен, как назло, слеп в данный момент. - Как же ты меня ЗА-*БА-ЛА!!! – вскрикнул юноша, делая нечеловеческий рывок руками, удерживая Энни за лодыжку.       Глаза титанши расширились от удивления и она вновь начала падать, а Эрен наоборот вскочил на ноги.       Армин видел этот невообразимый рывок и желал только одного: вновь оказаться на голове своего друга. «Я смогу его направить, но я здесь... так далеко», - думал светловолосый юноша, видя в каком состоянии глаза Эрена.       И собственное тело такое упрямое - не хочет слушаться. Армин не выдержал и его вырвало на мостовую. Почему – то сразу стало легче, это дало хоть чуточку сил и возможность отбежать к тем домам, где на схватку завожено взирали члены спецотряда, не в силах вмешаться на столь открытой местности.       Внезапно брусчатка прямо в нескольких десятках метров от стратега взорвалась тысячами мелких осколков под ударом тяжелого пушечного ядра. Армин успел прикрыть голову руками, но почувствовал, как нещадно крошечные остатки мостовой царапают плоть. Стратег обернулся и понял, что стрельба ведется со стены по титанам, когда еще несколько ядер взорвали камень недалеко от борющихся титанов, но не задевая их.       Но у Армина в голове была только одна мысль: «Как достать этот чертов привод?!»       Даже если найти кого – нибудь из членов спецотряда, вряд ли кто – нибудь отдаст ему свой привод, скорее, стратега попытаются остановить, видя его состояние, и светловолосый юноша прекрасно отдавал себе в этом отчет.       Но удача решила улыбнуться Армину, в отличие от мертвого воина спецотряда, который лежал недалеко от разбитых Анни крыш домов, придавленный куском камня.       Оценка ситуации давала удручающие цифры. Десять процентов выживания. «Неважен процент, если есть шанс помочь Эрену, - решил для себя стратег, пристегивая пояс.- Если я могу быть полезен ему»