Проигрыш

МИТЯ Как же я мог так проиграться? Мне же не по–детски перло в начале. А в итоге не только не выиграл, но и проиграл куеву хучу денег. Блять, это ж не представить – пятьсот тысяч! Рублей, рублей, конечно. Но мне от этого не легче, у меня нет ни полмиллиона рублей, ни полмиллиона долларов, ни евро, ни даже каких-нибудь сраных юаней. Нихера у меня нет. Десять штук присылают ежемесячно родители, этого не хватает даже на проезд до института, жратву и дешевые шмотки. Я подрабатываю иногда аниматором – детские дни рождения и все такое, вроде ничего у меня получается, с детьми я быстро общий язык нахожу. Но это ж не каждый день – то густо, а то пусто. Да и деньги смешные. А ведь в большом городе, мать его, все дорого, а девчонок же не будешь водить постоянно в общагу, им и в кино охота, и в клуб. В общем, деньги у меня как-то не задерживаются. Эх, не умею я останавливаться. Ну почему не ушел с выигрышем? Жадность фраера сгубила. Точно. Про меня. Дурак! Ну какой же я дурак! Когда Вадим позвал меня в пятницу после пар сыграть в покер у него дома, я был в восторге. Вадька – крутой пацан, у него уже своя тачка, причем не какая-то там, а Ауди А2. Мы особо не общаемся, разве что на физре, когда в футбол играем. У Вадьки своя тусовка таких же мажоров – папеньких сынков, для них всякая лимита вроде меня – второй сорт. Но у него там кто-то не смог пойти и он позвал меня. Конечно, я согласился. Я в покер умею и люблю играть, на телефоне частенько в покер рублюсь на парах или вечером. Ну и это ж Вадька! С Вадькой тусили самые клевые телки с нашего потока, даже Аля, к которой я подойти-то не решался, с Вадимом была всегда приветлива. Если я буду с Вадькой, значит, и на меня она не будет смотреть так, словно я только навоз месить могу. Ну нет у меня богатых родителей, и что? Если не брать в расчет деньги, то ничем я не хуже того же Вадьки. Даже лучше, у него рожа вся в прыщах, а фигура как у орангутана – ноги короткие, руки до колен свисают. А у меня лицо симпатичное, ну как девчонки говорят, и кожа хорошая. Мне всегда звонят, если на праздник Джека Воробья заказывают или парня из Рапунцель, не помню, как его там. Да и фигура нормальная. Хоть и худой, конечно. А откуда толстым-то стать, когда у меня зачастую на неделе трехразовое питание – в понедельник, среду и пятницу. Деньги экономлю как могу. Только денег все равно нет. Но ведь не навечно же? Закончу институт, на работу пойду нормальную, не буду же я аниматором всю жизнь подрабатывать. Только таким девчонкам, как Аля, это не объяснить, им сейчас надо. Живем-то один раз, все понятно. В общем, вот я и решил двух зайцев убить: в Вадькину компашку влезть и денег выиграть. Ну Вадькины дружбаны бы явно не обеднели. Да только наоборот все получилось. Часов в шесть вечера собрались у Вадьки дома, его родители в Европу куда-то на выходные укатили. Живут же люди. Мои на нашем-то море лет десять назад были, когда со мной мелким ездили. Не всем же бабло стричь, некоторые пашут днями, а на жизнь еле-еле хватает. А у Вадьки и родаки богатенькие, и хата зашибись – четыре комнаты, каждому по отдельной и зала огромная. Да знаю, я знаю, что правильно гостиная говорить! Зала просто привычнее. Играли в техасский покер по турнирным правилам, девять человек за столом. Взнос – десять тысяч. Не хило так, да? Десятка у меня была, Вадим заранее предупредил, какой у них банк. Ну, занял, конечно, пятеру, а еще пятера у меня была. Я, правда, на нее две недели жить рассчитывал, да хотел из одежды что-нибудь прикупить, ну да ладно. Кто не рискует и так далее. Даже шмотки ради такого случая я у соседа одолжил, ну не в своих же обычных джинсах идти, в которых я в институт хожу, они уже просвечивают на коленках. Сели, все по-серьезному – фишки, колоды, виски и сигары. Сигары, бля! Карты, деньги, два ствола, бля! Сигары я ни разу в жизни не пробовал, я вообще не курю. Если курить, то это ж сколько денег буквально на ветер выбрасываются! Да и виски раньше не пил, пробовал когда-то, не понравилось, если честно. Может, плохой (или плохое?) пробовал, потому что у Вадьки вкусным показалось. От глотка так тепло сразу в груди. Ну да, на голодный желудок-то. Семерых я знал, с нашего потока пацаны, а восьмой старше нас парень был, впервые его у Вадьки увидел. Вроде брат его. То ли двоюродный, то ли сводный, не знаю, не понял. Как-то они, по-моему, не сильно ладят друг с другом. Да и не похожи, Вадька приземистый, но рохля какой-то, а брат его повыше и мощный. Мишей звать. Мы под конец с ним вдвоем остались, все вылетели уже. На столе – девяносто штук. Для меня просто нереальные деньги. Ох, как у меня за игрой адреналин чуть из ушей не пер. Но старался держаться, покер – это ж не столько карточная, сколько психологическая игра. От поведения много что зависит. Это вам не через инет играть, где не понятно по лицу, блефует противник или нет. Остальные-то парни, кто вылетел, за другой стол сели, пиццу заказали, пиво открыли. Мы втроем остались, Вадька – за дилера. А мы сидим с Мишей напротив, то ему карта придет, я сброшу, то мне, он бросает. А блайнды* растут – Вадька за этим грамотно следил, не думал, что он так в покере рубит. Повезло мне – пришел фулл против его сета, я и забрал банк. И вот чтоб мне тогда домой уйти! А у меня такая эйфория поднялась, ведь девяносто штук, ну, ладно, восемьдесят, на халяву поднял, что аж голова кругом. Да и вечер только начинается, чего уходить? Жарко, пить охота, дым уже клубами по комнате, первую бутылку пива я почти одним глотком выпил, это после виски-то, вот, видать и накрыло меня. Когда Миша предложил еще сыграть, но уже ставки не ограничивать, согласился. Подумал, вот он – мой день, надо удачу по полной раскатать. Ага, как же, раскатал. Ребята все отказались, надоело им, они девчонок стали вызванивать, Вадька, я слышал, Алю позвал. Тут меня вообще словно в голову стукнуло, решил, что приедет Аля, а тут я, да при деньгах, может, что и получится у нас. Она красивая, очень. Блондинка, а глаза карие, губы пухлые, грудь, ноги – все как надо. Даже лучше. Давно я на нее засматриваюсь, еще с первого курса, но она девочка обеспеченная, ее шавермой из ларька с дешевым пивом в общажную конуру не заманишь. В общем, согласился я с Мишей сыграть, пока девчонки не подтянутся. Он еще так с издевкой спрашивает: - Кроме этих, у тебя деньги-то есть? - Не боись, - отвечаю. - Если что, найду. И ведь сперва я в выигрыше был, мы значение каждой фишки до тыщи подняли, а сколько добирать их можно, если все спустишь, не ограничивали. Миша два раза добирал фишки. Я у него примерно триста уже выиграл. Ох, какая игра пошла! Вадька от нас отсел, ему надоело. Ну, конечно, сидят два – ничего не видят, ничего не слышат. Интересно, как зрение меняется, я тогда кроме стола с картами ничего вокруг не видел, все остальное как в тумане. Только яркое пятно на руки и карты. То его руки, то мои, когда я раздавал. У Миши рукава рубашки закатаны, руки крепкие, костяшки пальцев красные, увеличенные. Знаете, от чего так бывает? Ага, я тоже знаю. Но пальцы длинные, тонкие, карты у него в пальцах так и летают. Две дамы у меня на руках и на столе две. Каре! На дамах! Словно знак, что сегодня мне и с Алей повезет! Я сам раздавал, моя очередь была. Так бы хоть мог попиздеть, что Миша передернул, а так – все, сам виноват. Тогда-то я про это не думал, обрадовался дико. Но морду кирпичом держу: - Алын. All in, в смысле, мол, все ставлю за один раз. Миша на меня смотрит, прямо в глаза. Взгляд у него как у директора был в моей школе, как рентген просвечивает. Глаза серые, с темным ободком, а белки покраснели от сигаретного дыма, у меня тоже, наверное, красные – в комнате накурено, хоть топор вешай. Думал Миша, думал, взглядом меня проедал – блефую или нет. Решил, что блефую. - Отвечаю. Ох, это словами не передать, какой кайф у меня был, когда я своих дам открыл. Только ненадолго. У Миши-то стрит флеш оказался. Блять, ну вот как? Я-то думал у него максимум флеш – три червины на столе лежали, поэтому и отвечает, что флеш. Кто ж знал, что не просто флеш. И тоже словами не передать, как сердце рухнуло вниз. А виски с пивом наоборот, в горло ломанулись, чуть не сблевал на карты. Миша спокойно фишки подсчитал, пятьсот десять, говорит: - Ну, до пятисот, округляю, так и быть, - смотрит с ухмылкой. - Ты как? Налом отсчитаешь, чек выпишешь или расписку будем писать? Какой на хуй нал! Какой в пизду чек! Но делать-то нечего, написал расписку. Я, такой-то, обещаю отдать столько-то тому-то. Блять! А сам сижу, думаю, делать-то что. Может, съехать как-то, сказать, мол, в шутку играли? Гляжу в глаза Мише, понимаю, не прокатит, уж больно взгляд у него серьезный, да и стыдно на попятный идти. Это ж ведь перед всеми опозориться, за пиздобола себя признать. Просрать пятьсот тыщ не стыдно, блять! Понял он, видимо, что я в ахуе: - Две недели даю, - а расписку мою в карман брюк себе кладет. - Через две недели жду в офисе с деньгами. И визитку дает: «Михаил Павлович Столяров, юрисконсульт» и телефонов два. Юрист еще, мать твою! Ну все, попал я. Но киваю, мол, все норм, все будет. Сам прикидываю, дадут ли мне кредит. Как жить без денег, но с кредитом, даже не думал тогда. Никак, бля, не жить! - Да ты не расстраивайся, - говорит и по плечу меня треплет. - Игра она такая, знаешь «Сегодня ты, а завтра я», - напевает. Голос у него хороший и слух есть, и арию эту я знаю, мама водила, когда у нас в городе театр на гастролях был. «Так бросьте же борьбу, ловите миг удачи», - мне даже хватило сил подпеть. Миша на меня удивленно так поглядел: - О, я впечатлен, какая молодежь культурная, - смеется. Смешно ему! Ну да, не он же полляма просрал. - Пойдем, я тебе помогу взбодриться, - за собой тянет. Пошел, что он там может такое придумать, чтоб меня взбодрить, когда настроение такое, что хоть в петлю. Вышли на кухню, у него оказывается кокс с собой был. Ни хуя себе! Не, травку-то я, конечно, пробовал, но как кокаин нюхают только в кино видел. Знаю, что он дорогой жутко. Ничего сложного оказывается. И прав Миша оказался, сразу полегчало как-то, словно все на второй план ушло, а на первом только легкость и ощущение, что все будет хорошо. Тут и девчонки приехали, и Аля с ними. А мне уже терять нечего, словно последний день живу, море по колено. Подвалил к ней, танцевать ее утащил, она обалдела слегка от моего напора, но не спорила. Свет уже приглушен, музыка грохочет, все пьяные, веселые, кое-кто по углам целуется. Я Алю обнимаю, что-то шепчу ей на ухо, сам не слышу, что шепчу – сердце свое только слышу, как стучит. Поцеловал ее, думал, отстранится – нет, в ответ прижимается, по волосам меня гладит. Бля, что я времени-то столько терял? Мог ведь давно к ней подкатить. От ее поцелуя я даже про долг забыл, за такой поцелуй ничего не жалко отдать. Ночью уже, когда пьянка к концу пошла, когда Вадька уже в кресле отрубился, а из пацанов кто-то наблевал в ванной, Аля домой засобиралась, пошел ее провожать, конечно. Мишу попросил дверь за нами закрыть. Лифт подъехал, мы с Алей как зашли, сразу целоваться начали. И в последний момент, когда уже двери закрывались, я на Мишу взгляд бросил, типа – сам видишь, все дела и такое, пока-пока. Не понравился мне его ответный взгляд, ой, не понравился. Зло так смотрел, глаза сузил. Чего, спрашивается? Может, сам на Алю виды имел, да я быстрей оказался? Ну ничего, я ему деньги проиграл, зато девушку раньше закадрил, сам ведь пел «сегодня ты, а завтра я», так пусть вот и не плачет. Вечер, конечно, с одной стороны самым худшим в моей жизни получился – геморрой я себе словил такой, что пиздец, но с другой – со мной ведь Аля теперь. Сложная смесь – восторг и отчаяние. Так и спать лег, то улыбаюсь как дурак, как про Алю подумаю, то подушку грызу, как про долг вспомню. МИША Просьбу отца присмотреть за Вадимом на выходных и пожить у них дома, я, мягко говоря, воспринял без энтузиазма. Я нашел бы более интересное занятие, чем общаться с этим придурком. Но отцу отказывать не стал. Не так уж часто он меня о чем-то просит. Я вообще редко вижусь с отцом и его новой семьей. С отцом я не встречался с детства, стали видеться только последние пять лет. С маминых похорон. Позвонил ему сам тогда, все-таки он должен был знать. Как ни странно, с Вадимом оказалось достаточно легко, особенно, когда мы договорились, что я его жестко контролировать не буду. Ему двадцать лет, взрослый уже, что ж его за ручку водить. Новость, что он собрался позвать ребят и сыграть в покер, для меня стала приятным сюрпризом. Покер я люблю. Пожалуй, любовь к карточным играм и у меня, и у Вадима от отца. Он ушел от нас с мамой, когда мне было семь лет, но уже тогда я умел играть в простые карточные игры, конечно, основанные на везении, а не на счете. Вадим показал мне прекрасный покерный набор, отец покупал, не иначе. Почему бы не сыграть? Я так и думал, что друзья Вадима вряд ли будут интересными соперниками, ребятки подобрались не опытные и, как оказалось, не сильно азартные. Пожалуй, только один парень – Митя, играл с таким же удовольствием, как и я. Не удивительно, что вскоре мы остались за столом вдвоем, Вадим согласился побыть дилером. Правда, Митя быстро опьянел от виски и, что называется, «Остапа понесло». И как его так забрало после пары порций? Тем не менее, ему удалось у меня выиграть, «против прухи интеллект бессилен» - всегда говорит отец в таких случаях. Игра закончилась, и я откровенно заскучал. Говорить с друзьями Вадима было не о чем, они и общались на каком-то своем языке, я даже иногда не понимал ни слова. Кроме мата, конечно, уж чего было в избытке – это мата. Я не ханжа, но уже давно перерос необходимость демонстрации собственной взрослости, мне не надо пить, курить и материться, чтобы чувствовать себя взрослым мужчиной. А всем этим вчерашним школьникам эта демонстрация была нужна как воздух. Неужели восемь лет разницы в возрасте так влияют? Может, я повзрослел рано, когда остался в девятнадцать лет с больной матерью на руках, учась днем и работая вечером, чтобы обеспечить ей нормальный уход? Или все дело в том, что я юрист, то есть гуманитарий, а они все технари? Вечное недопонимание физиков и лириков? Или я воспитывался по-другому? Я матерюсь, конечно, но только, когда действительно хочу выругаться, а не для связки слов в предложении. Неважно, главное, что в этой компании я был явно лишним. Но уйти я не мог – держало обещание отцу, да и за этим детским садом, который жизнерадостно наливался пивом, надо было действительно присматривать. А еще ведь ожидались девчонки, я только надеялся, что их присутствие приостановит беспощадное истребление спиртного. Посидев пять минут в обществе «нового поколения» и поняв, что еще немного, и я засну от скуки, я обратил внимание, что Митя тоже явно не участвует в разговоре. Предложил ему сыграть еще, он поддержал. Сели играть, я не люблю играть по маленькой - азарт не тот, Митя ответил, что все нормально, деньги есть. Насколько я знаю, у Вадима друзья все примерно одинакового с ним уровня достатка, поэтому по тысяче за фишку не должно было разорить Митю. Я внимательно смотрел за его игрой, не профи, но неплох, весьма неплох. Только огонь в глазах, когда приходит удачная карта, не умеет гасить. Глаза у него яркие, голубые с зеленым отливом и с очень черными ресницами – красивые. Когда ему выпадала хорошая комбинация, его глаза освещались изнутри, словно солнце сквозь морскую воду светит. Я даже засмотрелся на него. Вспомнил, как при первом дайвинге в Красном море, стоя на дне, я поднял голову и посмотрел на поверхность воды, освещенную ярким южным солнцем. Неописуемое ощущение. Пришел в себя, только когда Митя выиграл у меня уже по всем понятиям весьма приличную сумму. Ну нет, так просто я ему деньги не отдам, мне-то их не папочки на блюдечке приносят, я их зарабатываю. Поэтому я сконцентрировался и начал отыгрываться. Митя, похоже, решил, что ему сегодня должно везти и закусил удила, повышая ставку с одним тузом на руках. Но карта – не лошадь, к утру повезет, надо только уметь ждать. И я дождался. Стрит флеш с расклада: на флопе пришли дама, валет и десятка в червях – редкая удача. На ривере пришла вторая дама, и Митины глаза осветили бы всю комнату, если бы выключили свет. Все понятно – комбинация века, либо фулл, либо, что вероятней, каре. Когда он ломающимся голосом выкрикнул «all in», я долго думал не о том, может ли он выиграть или нет – это и так понятно было. Думал, подставлять парня на такую сумму или пожалеть. Решил, какого черта! Сел играть сам, поднимал сам, все поставил тоже сам. Ну поплачется папе, или, если решит сам разбираться, то пешком походит, а машину продаст. Ничего, не помрет. Но лицо у него просто побелело, когда он моих короля и девятку червей увидел. Действительно побелело. Первый раз такое видел, чтоб за две секунды так лицо менялось. Даже жалко его стало, но карты – это карты. Проиграл – плати. Это тоже урок отца. Расписку написал довольно спокойно, ну и я успокоился – значит, не так уж из-за денег распереживался, как казалось. Он даже поддержал мой напев из арии Германа, чем меня приятно удивил. Не думал, что такие, как он, слушают что-то кроме рэпа, или рэйва, или подо что там торчат нынешние подростки? Чтоб взбодрить паренька, отдал ему кокс, который у Вадима днем отобрал. Истинный представитель золотой молодежи мой братец, мать его за ногу! Благо матери у нас разные. Хотел посмотреть – откажется Митя или нет. Не думаю, что и для Мити это впервые, все они бездельники одинаковые. Не отказался. Меня это немного расстроило, все-таки я успел почувствовать какую-то симпатию к нему. Я наркотики не приемлю, это для слабаков, которые не могут без допинга сделать свою жизнь интересной. Потом мне уже не до Мити было, чувствовал себя нянькой в яслях, один блевать начал прямо в гостиной, еле-еле в ванну его впихнул, другие два дурака сцепились из-за девчонки, разнимать пришлось. Ну на хера они пьют столько, если не умеют? Митю я мельком видел, он с какой-то блондинкой расфуфыренной танцевал. Не люблю я таких девочек, им по жизни все должны, только потому, что повезло родиться с красивой мордашкой. Часа через два, Митя сам меня отловил, дверь попросил закрыть. Вместе с этой блондинкой уходил, про проигрыш даже не вспоминал больше. Я прав – для таких что полмиллиона, что стольник, цену деньгам они не знают. Не успели в лифт зайти, как сосаться стали. Противно. Почему-то мне неприятно это видеть было, гадко, что ли. Не знаю, что-то неправильное было в том, что они целовались. Как Митю проводил, выгнал всех, кто еще на ногах стоять мог, а кто не мог, тех растолкал и выгнал. Вадима бросил в кресле спать, а сам в его спальню пошел.

***

* Базовые определения покера: блайнды (Blinds) - слепая ставка до раздачи карт. При игре в техасскийй покер (Холдем) блайнды формируют первоначальный банк. Пара - две карты одного достоинства. Сет - три карты одного достоинства. Стрит - пять карт, значение которых следует друг за другом, например, от двойки до шестерки. Флэш - пять карт одной масти. Фулл-хаус - наличие на руках сета и пары. Каре - четыре карты одного достоинства. Стрит-флэш - пять последовательных карт одной масти. Флоп - на стол кладутся первые три общие карты Ривер - выкладывается последняя, пятая, общая карта