Бесчувственный Демон?

Казалось чудом, что их больше никто не беспокоил. Вечером ожидалась встреча, но, к счастью или же нет, мучители не беспокоили своим визитом. Ночью Сиэль окончательно осознал, насколько плохо обстоят дела, ведь его может сломить элементарная простуда, если еще один день он проваляется на холодном полу. Куда уж там до пыток. И мужчина довольно быстро это понял, всерьез забеспокоившись. Морально помочь он мог и в таком состоянии, а вот болезнь… Жизнь парня стала первостепенной важностью, он должен был сохранить шанс на свое возвращение. — Иди сюда. — Зачем? — Сиэль смотрел на мужчину с недоверием и внутренним волнением. В его глазах парень стал другим. Стоило открыть свою тайну о печати и в нем теперь видят надежду. Крохотная эфемерная радость, что ты вновь стал для дорогого существа нужным. Пусть и в таком плане. — Тебе нельзя заболеть, особенно с твоими осложнениями, — спокойно ответил мужчина, открывая объятия. — Так хоть теплее. — Все-то ты помнишь. После недолгой ломки Сиэль сделал несколько неуверенных ползков к мужчине, а затем оказался в кольце сильных рук. Конечно, в их плачевном состоянии нельзя было ощутить романтики, обстановка той еще была, да и запахи витали отвратные, и все же Сиэль был рад даже ненадолго побыть вот так рядом.

***

Наутро в трюме было особенно холодно. Мужчина проснулся только из-за этого, чувствуя, как его немного трясет от холода. Взгляд опустился вниз, на макушку парня, что так сильно к нему прижимался, и тяжело вздохнул. Пусть это и было только ради себя, но в сердце все равно что-то неприятно кольнуло. Неожиданно быстрые шаги, приближающиеся к ним, словно бежали, и звук открывающегося замка, заставил пару отлепиться друг от друга. Сиэль проснулся сразу же, как его попытались от себя оттолкнуть. Но довольно скоро пришло понимание. Все тело болело и холод пробирался сквозь одежду, заставляя ежиться. — Поднимайся, выродок, — парня жестоко вытянули из клетки, одним резким движением сковывая руки за спиной, да нос морща, словно от прокаженного. Бывший демон тут же вскочил следом, не решая, что можно предпринять, чтобы не трогали глаз. — Кстати, вы знали, — в спешке начал он, перебирая в голове множество вариантов, — что если повредить метку демона, то он явится из ада? Не советовал бы вам проверять. Сиэль кинул удивленный взгляд, не зная, посмеяться над такой глупой поспешной выдумки, или разозлиться. Кто поверит в такую ересь? — Мы очистим мальчишку. Товар слишком ценный, чтобы его убивать. И первым делом, — тот же мужчина, что и в прошлый раз держал Сиэля, достал ключ и быстрым движением освободил закованную руку. Но ненадолго. Сопротивление было разом остановлено. Еще один мужчина помог дотащить Фантомхайва до той самой стены с прикрепленными оковами с цепями, что при осмотре попалось на глаза. Дориан, нахмурившись, следил за их действиями, за тем, как парня грубо ткнули лицом в стену и приковали руки. Собираются бить, это очевидно. Но главное — не тронули печать. Бывший демон усмехнулся. Значит и не тронут. — Мы очистим тебя, золотко. Через боль и пролитую кровь, душа будет становится чище, — сладко шептал один из мучителей, с готовой в руках плетью. Их методы напоминали времена инквизиции, и Сиэль точно знал, чего ожидать. Сопротивляться бесполезно. Но вытерпеть боль, не позволив ублюдкам наслаждаться его стонами, он сумеет. Каждый удар был сильнее предыдущего. Возможно, мучители хотели услышать мольбу, но Сиэль был не такой, и бывший демон знал это. Он с улыбкой наблюдал, как парень пытается сдерживать болезненные стоны, особенно в те случаи, когда жесткая плеть попадала по свежим следам. К тринадцатому удару, видимо на специальный подбор дьявольского числа, Сиэль не сдержал стона. Губы он искусал в кровь, лишь бы не позволить себя услышать, но в этот раз боль невозможно было стерпеть без звука. И мучителю это понравилось. Но продолжать больше не стали, боясь оставить шрамы на теле, которое хотели продать. Впихнуть парня в клетку не составило труда, сил сопротивляться у того не осталось. Приковав уже стертое запястье, они собирались было покинуть трюм, но Дориан их остановил. — Будет не хорошо, если вы привезете его на продажу больным. Никто не захочет заботиться о его лечении. Не будет ли проще дать ему что-нибудь теплое? — Тебя забыли спросить, защитничек, — грубо пробасил мужчина, что выходил последним, пропустив вперед товарищей. Но к совету все равно прислушался. В трюме довольно прохладно, если оба заболеют, цену собьют. Плохо уже то, что они позволяют себе измываться над пойманными. Цену снова могут сбить. Но соблазн был так велик… трудно удержаться. Дориан усмехнулся. Как же просто ими управлять. Стоит только напомнить о выгоде. Он перевел взгляд на парня, что все еще держался, хотя невооруженным глазом было заметно, как тому плохо. — Покажи, — попросил он, пододвигаясь ближе. У Сиэля даже не нашлось сил на вопросы о подобной заботе. Просто выполнил то, что просили, с тихим шипением. Любое движение приносило боль. Он повернулся боком, чтобы могли рассмотреть свежие раны. Рубашка не представляла собой более одежды, порванная ткань на спине пропиталась кровью. Осторожно отодвинув ставшие негодными куски ткани, мужчина всмотрелся в свежие борозды. Все не так плохо, но все же может произойти заражение, или же воспаление, если никак не обеззаразить. Подумав, он приблизился, осторожно лизнув самую легкую ранку. — Ты мой сосуд. Я должен о тебе заботиться, поэтому не сопротивляйся. «Но не такими методами!» — в панике кричал внутренний голос. Несмотря на сильное жжение, от ненормальных действия мужчины, его бросало в жар и сердцебиение привычно участилось. Воздух не сразу стал поступать в легкие, только после повторного слизывания, Сиэль нервно выдохнул. — Перестань, — выдохнул мужчина, продолжая свое занятие, — выбора нет. Руки грязные, а рядом ни воды, ни чистой тряпки. Поэтому успокойся и дай мне закончить. Чем дальше это продолжалось, тем сильнее Сиэль осознавал, что пропал. Боль отошла на второй план, и с дрожью он ожидал, когда горячий язык пройдется по новой кровавой полосе. Когда Дориан закончил, Сиэль не сразу это понял, все еще находясь в прострации, но затем быстро повернулся к тому лицом, скрывая спину. — Спасибо. Мужчина просто кивнул, слизывая кровь с собственных губ. Теперь, когда он был простым человеком, приятным это не было. — Скоро нам должны принести воду. Найти чистую тряпку будет сложнее, но и постоянно вылизывать тебя я не хочу. Ощущения не те. — Удивительно, что ты вообще сейчас это сделал, — буркнул под нос парень. Теперь и опереться на решетки было слишком болезненно, приходилось держать спину прямо. — Тебя ведь тоже так били, может и хуже. — За себя я не волновался, — мужчина пожал плечами, — я все равно умер бы, так какая разница, при каких обстоятельствах. А сейчас все может стать как прежде, и такого шанса упускать я не намерен. — После твоего ухода, я столько раз задумывался, почему печать не исчезла, вместе с твоей в тот день? Почему частица прошлого все еще живет со мной? — рука на автомате потянулась к правому глаза, прикрыв ладонью. — Я хотел еще хоть раз увидеть ее сияние. — Не знаю, — мужчина нахмурился, прикрыв глаза. — Я не понимаю этого. Как демона меня не существует, и контракта тоже. Тогда почему печать осталась? Я хочу верить, что это сможет мне помочь. — Ты существуешь, — Сиэль прикрыл второй глаз. — Во мне. — Прекрати, — мужчина скривился, но моментально взял себя в руки и вздохнул, — незачем говорить подобное. — Извини. Неловкой вышла ситуация. Сиэль прикусил кончик языка, дабы удержаться от соблазна поговорить еще немного на эту тему. Столько лет он держал это в себе, не позволял говорить лишнего даже Танаке, единственному, кому мог довериться. Очень скоро их тишину прервали. Послышался звук открывающегося замка, затем тихий скрип двери. К ним с визитом пришел один из мужчин, в одной руке нес небольшую чашу с водой, во второй клетчатый, давно поеденный молью, плед. Все было оставлено возле дверцы решетки и без слов мужчина ушел снова. — Бери, — подтолкнул парня Дориан, указывая на еду и плед. То, что поможет ему согреться, он забрал, от остального отказался. Голодать целыми днями для него не было чем-то удивительным, за что дворецкий с супругой часто ругали, к тому же после случившегося, вряд ли полезет еда, что представляла из себя зачерствелую булку. — Бери, — чуть более жестко сказал Дориан, прожигая парня взглядом. — Если не хочешь, хотя бы спрячь до поры до времени. Не думаю, что они в скором времени расщедрятся еще хотя бы на крошку. Сиэль укрылся пледом, поджав к себе ноги, и стал похож на сжавшийся комок. — Сколько ты не ел? — Не важно, — быстро ответил тот, начиная раздражаться, — воды мне хватит. — Хм, значит это куда больше одного дня, — Сиэль бросил взгляд на булку. Знали, сволочи, что их теперь двое, но принесли все на одного человека. — Если поделишь пополам, то оба на время избавимся от голода, а воду тогда лучше пить мелкими небольшими глотками, иначе захочется сильнее. — Воду нужно оставить на обработку ран. Они будут приносить новую раз в два дня, если оставлять понемногу с каждой, то у нас останется нормальное количество. Что касается еды, то если ты будешь есть, то давай поделим. Сиэль коротко кивнул и посильнее укутался в плед. Тот действительно помогал, пусть и немного, но давал тепло. Если бы еще спина так сильно не жгла, возможно, он мог бы еще ненадолго вздремнуть. Мужчина быстро разломил хлеб на почти равные части впихивая парню его половину. — Как раны? — Болят, — коротко ответил Сиэль, с неохотой высовывая руки из-под пледа. С стоило попробовать на зуб первый кусок, с трудом удержался от кривления. Много этой дрянью не наешься, даже на пустой желудок не принимается. Но зная по далекому незавидному опыту, вскоре и помои сможешь нормально поглощать, лишь бы не сдохнуть от голода. — Запивай, будет легче, — бывший демон подвинул к нему воду, заметив дрогнувшие в отвращении губы. Сам он ел уже и не такое. Прислушавшись к совету, Сиэль прожевал куда лучше, и на каждый небольшой кусочек уходили такие же мелкие глотки воды. От половины осталась четверть и эти остатки, Сиэль приберег до следующего раза. Дориан удовлетворенно кивнул, и быстро дожевал свою часть, так же оставив напоследок кусочек, и запил глотком воды. Не сказать, что стало легче, но они хотя бы не умрут. — Поспи, ты совсем без сил. — А ты? — Сиэль поднял на того взгляд, а про себя думал, как лучше улечься, чтоб было не так жестко, не сильно холодно, и без лишних прикосновений к спине. — Тоже посплю, — и видя бегающий по клетке взгляд, вновь со вздохом открыл объятия, — давай, не уснешь же иначе. В этот раз все было по-другому. Дориан обнял его слишком бережно, только бы не задеть раны, а Сиэль в ответ укрыл их обоих пледом. В сильной близости, относительном тепле, и надежных руках.