Испытание и только. (рабочее название)

«Мари, Мари, твое имя Мари… Ты лишь Испытание, одна из Фаз… Все зависит от тебя, на сколько ты вольешься в их жизнь… И помни, ПОРОК — это хорошо». Чей-то приятный тембр голоса мелькает в голове, твердя одни эти же слова: «ПОРОК — это хорошо. Ты Испытание, но молчи», — эти фразы повторяются вновь и вновь. Девушка делает резкий вдох, будто не хватает воздуха, хотя его вон сколько. Глаза не могут сразу привыкнуть к темноте, которая обволакивает её хрупкое тельце подобно кокону. Словно отключилась самая важная функция организма — видеть. Но, решив, что не стоит думать об этом, Мари хватается тоненькими пальцами за что-то. Этим «что-то» оказался край ящика. На ощуп поверхность была немного шершавой и, скорее всего, деревянной. Хотя от куда она может это точно утверждать? В голове этого удивительного человека было пусто и лишь некоторые моменты были оставлены. Будто кто-то неизвестный аккуратно стер всё необходимое. «Меня зовут Мари, я лишь Испытание, но про это нужно молчать», — достав от куда-то информацию произнесла сама себе девушка. Внутри было страшно, но она не может плакать. Нет, не из-за того, что рыдают слабаки. Нет, просто слезы не текут по щекам. А ещё этот скрежет был ужасен. Ей каждый лязг, будто наносил удар мечом по перепонкам. Почему-то звук, исходящий со всех сторон, пытался убить её слух. Похоже было на сражение неизвестных из Средневековья. Один наемник (а именно противный звук) пытался убить благородного рыцаря (слух) , но не вышло, потому что вышел прекрасный король (зрение) и приказал усмирить двух негодяев, выкинув со двора. Почему-то именно это сравнение пришло в голову Мари, после того как начали виднеться очертания того, где она находилась. Теперь мозг не пытался понять по слуху, где находиться, потому что видел. Обычная игра. Словно заведенная девушка поднялась на, трясущиеся от страха, ноги и подошла к одному из них. Щурясь, пытаясь понять что же написано на ящике, она прочитала одно слово, похожее больше на приказ о казни: «ПОРОК» Мари, которая до этого момента думала, что всплывшие слова где-то в укромных уголках разума были лишь разыгравшейся фантазией, поняла, что обречена. И не просто обречена, а серьезно. «Лишь Испытание…Фаза… Нам неизвестно выживешь ты или нет. Даже так, нам все равно. Заставь думать нас иначе, тогда возможно мы поменяем своё решение…» Вновь какие-то фразы всплывают. Очень странные и до ужаса пугающие. И неожиданно то, где девушка была с большим, чем прежде звуком остановилось, из-за чего ноги просто подло подогнулись, и Мари упала. Сильно. И даже возможно ударив не хило копчик, но из-за шума сверху она просто отползла в сторону за какую-то кучку мягкого. Она могла бы утверждать, что там были даже носки! Но, к сожалению, это оказалась простая майка, которая была с зауженной талией, что означало одно. Женская. — В этом месяце хоть не бешеные шанк прибыл! — послышался голос за дверцей крышки, а после гогот и хохот. Всё это звучало со сильным басом, из-за чего она сделала вывод: За крышкой находилась немалая толпа парней. Да, именно парней, потому что звонкого смеха, или хотя бы не басового смеха она не слышала. А слух у неё был хороший! Хотя… Мари не может это утверждать, потому что просто напросто ничего не помнит, кроме тех странных фраз. Послышался ещё больший противный скрежет, и, сама того не понимая, она прикрыла уши ладонями, но это помогло не так хорошо, как хотелось бы этой юной особе, вышло что-то звука сквозь вату… — Гэлли, помоги Салаге подняться к нам! — кричит чей-то басистый голос из толпы. Почему же толпа? Потому что слишком много шепота, который заполняет все пространство около лифта, который доставляет в это место невинных. Мари прикрыла глаза ладошкой, заодно отметив, что руки-то у неё тонкие и аккуратные, значит и сама по себе она худая. — Чтоб меня гриверы ужалили… — чей-то голос раздался прямо над головой девушки, а та, в свою очередь, убрала свою «защиту», уже привыкнув к яркому солнцу. Над ней стоял высокий парень и с очень удивленным лицом. — Гэлли, твою мать, тащи сюда парня, а не разглядывай, будто хочешь его отыметь! Или в голубки подался? — потребовал грубый голос кого-то. Разглядеть что там наверху Мари не могла, не позволяло зрение. Лишь слух спасал её сейчас, помогая понять, что там кучка парней. «Отыметь? Вот я попала к кучке озабоченных…» — хотела проговорить вслух девушка, но решила, что лучше промолчит в данной ситуации. А вдруг эта машина, которая доставила её, неожиданно решит спасти Мари и улетит вниз с одним из парней? Тогда она просто будет благодарна, если они вдвоем превратятся в лепешку. — Алби, тут девка! — рявкнул Гэлли. По-крайней мере, именно так расслышала его имя девушка. Девка. Ой, как ей не нравилось это обращение, адресованное ей. Так и хотелось ударить один разок за это, но встать ей не судьба, потому что ноги будто парализовал страх, который сейчас испытывала она. Первое, ей нравилось больше общество темноты, а не этих озабоченных. Второе… Может эта чертова машина спасет её шкурку?! — Я не девка, а девушка. Гэлли, я отвечаю, если назовешь ещё раз меня так, то я оторву твой наиважнейший орган, с помощью которого ты детей заводить обязан. Надеюсь, ты понял сие моё выступление? — внезапно спокойным голосом сказала девушка. Уже в глубине себя она отметила, что у неё вполне красивый голос. На неё уставился взгляд, который намеревался прожечь в своей сопернице дыру, размером наверное более черной дыры. Но у него не вышло. Уж слишком вышла милым личиком она, да и гормоны начали играть, в особенности после упоминания о детородном органе. — Гэлли, тебя какой гривер ужалил?! Тащи сюда новенького! — по её мнению это был никто иной, как Алби. В его голосе слышались лидерские нотки. Ага, значит вожак сие бардака. — Гэлли, и правда, давай. Тащи к ним новенького, — с ухмылочкой произнесла сладким голоском Мари, сама себе поражаясь. Неужели она умеет говорить томно? Многое же ей предстоит узнать. Глаза девушки внимательно изучали парня. Будто она и не помнила подобных ему особей, но в голове был момент, что они очень уж озабоченные. Но это уже была информация, которую Мари узнала после… После чего? Что с ней произошло? На лице появилась победная улыбка, когда она увидела, что её собеседник нервно вздохнул, глотая побольше воздуха. Гэлли всё ещё был в шоке, но через мгновения взял себя в руки. На его физиономии появилась усмешка, но в глазах всё ещё читалось удивление. Взяв её за талию, он помог выбраться из «коробки темноты». Вокруг. Везде. Со всех сторон на неё смотрели пораженные лица. И правильно она подметила, что здесь все парни. Нигде не виделась девушка. Страх вновь накатывал на неё, будто новая волна в беспокойном океане. — Ньют, отведи её в Кутузку и следи сам! Покормите обедом, а потом ждем Минхо и начинаем совет! — по голосу девушка определяет, что это тот самый Алби. Вот с кем стоит и правду пообщаться получше, ведь возможно он как раз-таки может объяснить многое…наверное. Ужасное чувство, когда не можешь понять всего. — Если кто-нибудь дотронется до неё или с её головы упадет волосок, когда вы будете рядом, Изгнание вам грозит как минимум! А ну-ка все за свои дела! — очень строго говорит вожак, из-за чего Мари уже точно удостоверилась в своей догадке. Он был главным сего стада. Ей очень понравилось то, что сказал Алби сказал последним. Её не тронут. Само слово Изгнание звучало ужасающей. — Ньют, подойди сюда, — подозвал темнокожий неизвестного ей Ньюта, который и должен был её отвезти к Кутузку. Кстати, от одного лишь слова Кутузка ей становилось не по себе. К Алби подошел парень, скорее всего это и был неизвестный. Его волосы были очень весело встрепаны, что очень забавляло Мари. А если говорить о юной персоне, то около неё и вправду никто не ходил, будто боясь лишь задеть её. Сама же девушка стояла рядом с ящиком, который привез её. Сзади начали вытаскивать провизию, если конечно же она верно поняла. — И долго ли эти Создатели собрались ржать над нами? — со смешком спросил Гэлли, который, кстати, вообще стоял по другую сторону от новенькой, не намереваясь подойти к той, опасаясь за себя и части своего тела. — Гэлли, мать твою, иди работать! — рявкнул Алби. Тот удалился, что-то ворча себе под нос. Из всей изумительной речи она поняла лишь «кланк» и «Алби». Что же, не хотелось ей знать ужасное значения слова «кланк». — Алби, остынь, — сказал какой-то парень. Он привлек внимание Мари, из-за чего та стала с интересом разглядывать того. — Ньют, отведи её в Кутузку и беги в сектор Минхо. Говори тому, что у нас сверхважное собрание. И да, я знаю, что у тебя сегодня выходной и то, что в твоем секторе Бен. Завтра отдохнешь ещё, а Бен побежит за тебя. Окей? — спокойно попросил вожак. Именно попросил. Не приказал, а попросил. Ни капли приказного тона. — Хор… — А ещё Крису прикажи накормить её и предупреди, с ней что-либо случается, тогда Изгнание его ждет этим же днем. Хоть один лишний подойдет к этой и станет ему плохо… Или же, к примеру, она убежит в Лабиринт, тогда он отправится за ней перед самым закрытием ворот, — Алби явно был тут одним из самых-самых, раз с такой легкостью обдумывает план остатка дня на ходу. Мари смотрела на них, но после слов «Изгнание» и «Лабиринт» девушка осмотрелась, где находиться. Большая поляна, лесок в углу, а ещё стены. Огромные, что даже не посмотришь на их верхушку, если не закинешь голову вверх. — Новенькая, как твое имя? — спросил вожак сие места. — Мари, — ответила она и взглядом всё ещё обходила местность ловушки. Да, для неё это была ловушка. Большая, которая собирает в себе множество экземпляров наподобие подопытных мышей. — Добро пожаловать в Приют, Мари, — усмехнулся Алби и кивнул Ньюту. Тот же подошел к девушке и жестом указал, чтобы та следовала за ним. — Я влипла? — тихим голосом спросила новенькая, уже начиная осознавать ситуацию. — Определенно…