Реальный СКИЗ. Арифметика процесса

      Итак, классический СКИЗ: Ира Зимина пришла работать в РОВД «Пятницкий», и в первый же день к ней в комнату зашёл Карпов и начал её обжимать. Ира ткнула ему в бок острие шариковой ручки, сказала, что это нож, и пригрозила пырнуть Карпова между рёбер. Карпов замер, наверняка испугавшись угроз Иры, и ушёл. Конец СКИЗа.       А теперь немного истории.       После выхода Карпова из психбольницы к нему в гости пришла Лера Вересова и начала утверждать, что она - дочь его и Маши Тимофеевой, с которой Карпов встречался 19-20 лет назад, когда был студентом. Он поверил, значит, было такое.       Карпов всю свою жизнь выполнял оперативную работу, значит, он закончил школу милиции, в которую можно поступить, только пройдя службу в армии. Если он встречался с Машей уже на первом курсе обучения в школе милиции, то можно определить минимальный возраст Карпова после выхода из дурдома:       18 лет + 2 года армии + 20 лет (19 лет Лере + 1 год Маша ходила беременная) =40 лет.       Если он встречался с Машей на последнем курсе обучения в школе милиции, то ему к моменту выхода из дурдома было максимум       40 лет + 3 года обучения = 43 года.       Итак, возраст Карпова на момент Точки, учитывая, что в дурдоме он сидел два года:       40 – 2 = 38 лет минимум;       43 – 2 = 41 год максимум.       А теперь подсчитаем возраст Иры Зиминой. Оказывается, это – женщина-загадка.       Во-первых, сразу после Точки к ней пришёл отец её сына и попросил разрешения встречаться с Сашей. Ира ему ответила, что он бросил её 12 лет назад беременную, когда она ещё училась в институте.       Итак, если Ира забеременела на первом курсе,       17 лет после окончания школы + 1 год беременности + 12 лет Саше = 30 лет.       Если же Ира забеременела на последнем курсе, то на момент Точки ей было:       21 +1 +12 = 34 года.       Итак, возраст Иры Зиминой на момент Точки - 30 – 34 года, (а если она брала «академку» - то 31 – 35 лет) , Карпова – 38-41 год. Значит, Карпов старше Зиминой на 4 - 11 лет…       Во-вторых, в начале «Глухаря-2» Ире и Карпову присвоили звания подполковников. Ближайшей зимой Зимину назначили начальником РОВД, на следующую зиму ранили в голову Глухарёва, а год спустя случилась Точка.       Значит, звания подполковников Карпов и Зимина получили за 3 года до Точки. Карпову в то время было 35 - 38 лет, нормально для мужика-трудяги, всего добившегося своим трудом. А Ире в то время было 27 – 31 год, а через полгода её назначили начальником РОВД в максимум 32 года, и то, если она брала «академку»! То-то Карпова жаба давила. Им будет руководить 30-летняя девка!       В-третьих, откроем Федеральный закон и почитаем порядок присвоения очередных званий работникам милиции. Для того, чтобы получить очередное звание, нужно прослужить в предыдущих:       лейтенанта - 3 года;       старшего лейтенанта - 3 года;       капитана - 4 года;       майора - 4 года;       подполковника, - 5 лет.       Конечно, за особые заслуги звание могут дать досрочно, но всё равно не ранее двух лет службы в предыдущем.       Итак, Карпов и Зимина должны были прослужить в милиции от 8 лет (2+2+2+2) до 14 лет (3+3+4+4). Карпов прекрасно вписывается в эти рамки, а Ира, получается, все свои звания получала досрочно… Истории такие случаи известны и называются не очень красивыми словами.       А теперь о главном. Первый рабочий день Иры Зиминой в отделе. Ей – 22-23 года, соответственно, Карпову от 26-27 до 33-34 лет. И он в это время работает простым, ну, возможно старшим оперуполномоченным, потому что начальником УгРо тогда был Авдеев, которого потом сектанты до самоубийства довели.       Авдеев вспоминал, что Ира Зимина пришла работать в отдел, когда там ещё работал он, да и Зимина с ужасом вспоминала методы работы Авдеева, по сравнению с которым Карпов – мелкий вредитель.       Поэтому на момент прихода Зиминой в отдел Карпов был обыкновенным Стасом-опером, и о том, что он Михайлович, знали только особо заинтересованные барышни из отдела кадров и паспортного стола. А ещё он не носил форменной одежды, потому что глупо в милицейской форме сидеть в засаде, вести наружное наблюдение и проводить различные рейды: преступники за два квартала узнают, что менты идут, и разлезутся между людьми, как мышенята. Как их потом найти?       В начале первого рабочего дня Ира Зимина зашла в кабинет к начальнику РОВД, чтобы отрапортовать о прибытии на место несения службы, потом ей выделили рабочее место в кабинете следователей, где она и сидела до самого ухода домой, разве что в туалет и в отдел кадров сходила. Никто её по отделу не водил и Станислава Михайловича не представлял, это 100%, потому что Стас-опер тогда по всему району рысачил, выполняя указания Авдеева.       Но, да будет СКИЗ! Поэтому Карпов, узнав, что в отдел пришла работать мать-одиночка Ира Зимина, решил получить от неё дорогого тепла и в конце рабочего дня, под разными предлогами удалив из кабинета всех остальных следователей и поставив дежурить на «шухере» Юру с Димой, зашёл в комнату к Ире, надев перед этим свою милицейскую форму, которую, видимо, хранил в сложенном виде в одном из ящиков своего рабочего стола (ну нет в комнате у оперов шифоньера, только книжные шкафы!).       - Ира Зимина? – спросил он своим волевым голосом.       - Да, - вежливо ответила Ира, рассматривая человека в мятой форменной одежде и отмечая про себя, что он старше её по званию. - Что Вы хотели?       - Встань, что-то покажу! – нагловато приказал Карпов.       Ира, конечно же, встала и оказалась прижатой к стенке этим странным человеком и так далее…       Но! Прижимал-то её к стене не гламурный мужчинка, а оперативник 26-34 лет, который обязательно заблокировал бы ей руки. Он так каждый день делает, когда преступников задерживает, потому что руками и тем, что в них, преступник его ранить или убить может, они такие коварные, эти преступники… И Ира Зимина, даже если бы у неё и была в руке шариковая ручка, в лучшем случае ткнула её Карпову в бедро: выше она руку бы не подняла. И сказать она бы ему ничего не успела, он ей сразу же рот зажал бы.       А уже потом – по самочувствию Карпова. Под юбку к ней он бы ни за что не полез, так, пообжимал бы и отпустил, да ещё напоследок сказал что-нибудь такое обломно-ядовитое, что Ира бегает с тех пор за ним сначала по отделу, затем – в дурдом, а после дурдома тоже иногда встречи ему назначает, якобы по делу…       Конец