Хитрый план.

Аллен Уолкер нервничал. Причём так сильно, как никогда в жизни. Даже когда его впервые окружили, требуя отдать долги Учителя. Когда он впервые сел играть в покер, при этом безбожно мухлюя. Когда чёртов Канда вместо нормального приветствия приставил к его глазам катану. Когда он впервые встретился с Хевлаской. Когда Комуи впервые лечил его чистую силу. Когда Тикки пытался убить его. Когда он думал, что вот-вот умрёт и задыхался, уговаривая чистую силу объединить последние усилия. Его никогда не била такая кондрашка, как сейчас, и не охватывало такое бессилие. Он должен был встретиться с Тикки уже через пятнадцать минут, но до сих пор сидел в своей кровати, закутавшись в одеяло. Его трясло от холода и от страха. И у него не было сил даже подняться, откинуть одеяло, одеться и пройти в комнату Лави, где он и должен был встретиться с Тикки, а потом пойти на мероприятие, которое сам Аллен окрестил собственной казнью. Он чувствовал себя сумасшедшим мазохистом, который решил покончить с собой самым болезненным способом и нанял профессиональных палачей. Но прямо перед самой казнью у него вдруг случилось прояснение рассудка, он захотел жить, но сам уже на всё подписался и выхода не было. Он собирался добровольно пойти в самое гнездо, кишащее Ноями. Ноями, глава которых хотел его убить. Глава, который создавал акума. Глава, который был его личным врагом… У Аллена потихоньку начинало создаваться впечатление, что на самом деле причиной всех бед был только Тысячелетний Граф, а остальные Нои были не причём. Словно если бы не было его, Нои были бы добрыми и пушистыми. Больше всего эти мысли напоминали бред, но существовали бы Нои без Графа вообще? Появилась странная идея - поинтересоваться об этом у Тикки. Так же как Тикки интересовался у Аллена их поисками Сердца. Ненавязчиво, словно это была первая пришедшая на ум тема для разговора, вот мальчик с неё и начнёт. Или ей же закончит. А возможно это будет вообще последний вопрос в его жизни. При мысли о скорой возможной смерти Аллен ещё плотнее закутался в одеяло и удивлённо покосился на Тимканпи. Тот обычно не смотрел на время суток, а сразу же лез играть, даже если юноша просыпался посреди ночи. А сейчас был ещё вечер, Уолкер официально заявил, что простудился и хочет отдохнуть, потом поругался с оскорбившим его Кандой и, наконец-то, пришёл к себе. Дабы не нарушать конспирацию, пришлось раздеться, юркнуть под одеяло и заставить себя не заснуть. Разумеется, сразу же как он закрыл глаза, захотелось спать. А время было ещё совсем детское. Да он в десять лет в это время не засыпал. Правда, не потому что не хотел, а потому что кто-нибудь обязательно мешал. Или что-нибудь, например, ноющее после несильных, но ощутимых побоев тело. Когда он был ребёнком, он иногда позволял себе помечтать о том, как сладко ложиться спать в собственной мягкой кровати, а не на разных гниющих подстилках. Тогда, когда тебя гонят родители, а не когда ты падаешь без сил и дрожа от холода проваливаешься в спасительное забытьё, которое каждый раз может стать твоим последним. Он неплохо жил сейчас. Да что уж скромничать, он потрясающе жил сейчас! У него было с чем сравнить. У него был дом, кажется, были друзья, была постоянная работа, была и цель, которой он, кажется, начал изменять. У него было миллион причин жить и выживать. А он собирался пойти и сдать себя на растерзание врагам. Аллену было страшно. И он применил то самое средство, которое всегда помогало ему в детстве: спрятался под одеяло с головой и, сильно-сильно зажмурив глаза, притянул к груди коленки и уткнулся в них подбородком. Таким компактным пододеяльным комом его и обнаружил потерявший терпение Лави. — Аллен? — негромко позвал он и присел на краешек кровати, — чего это ты так скуксился тут? — Пошёл вон! — жалобно пискнул Аллен, не находя в себе сил для достойного отпора. — Ого! — послышался от двери голос Тикки, — Малыш, ты чего, от монстров прячешься? — Скорее от тебя и твоей семейки, — вздохнул Лави. — Ну так я и говорю — от монстров, — бодро подтвердил Ной. — Может мне можно никуда сегодня не идти? — не высовываясь спросил Аллен. — Ну, мало ли, что со мной могло случиться. Может внеплановая миссия, или я просто не смог вырваться без подозрения. Или, может, я заболел. Или ногу сломал, руку. Ну мало ли? Лави, глядя на разговаривающий одеяльный куль, только вздыхал и посматривал на улыбающегося Тикки, которого это всё, кажется, забавляло. — Малыш, мы можем сегодня никуда не идти, — тихо, но отчётливо произнёс Тикки,— но только ты должен понимать, что тогда нам придётся пойти позже. И ты только оттянешь этот день. Не легче ли сегодня сходить и отмучаться уже? — Я жить хочу! — сварливо выдохнул Аллен. Как ни странно, но ожидаемого смеха он не услышал и даже слегка выглянул из своего убежища. Тикки был довольно серьёзен, и на него уставился не менее серьёзный Лави. — То есть вероятность того, что меня там убьют, довольно велика? — Ну я бы так не сказал, — покачал головой Тикки, — но есть вероятность того, что кто-то попытается тебе навредить. Я же не Граф, я не могу им запретить подобного. Но я смогу помочь тебе выбраться оттуда живым и невредимым. — А что мешает Графу приказать тебе напасть на меня? — Хотя бы то, что он не приказал этого до сих пор. Малыш, у меня сейчас нет времени объяснять тебе это по пунктам, но поверь, у меня есть возможность тебя защитить. Да ты и сам не слабый экзорцист, защита тебе не особо нужна. Но когда вернёмся, я, так и быть, расскажу тебе о некоторых особенностях в отдаваемых Графом приказах. — Когда вернёмся? — Ну да. Тикки, не удержавшись, протянул руку и растрепал и без того спутанные волосы мальчика. Аллен даже не отшатнулся, но вот некоторые эмоции промелькнувшие на лице были слишком красноречивы. — Я дам тебе ключ Мечты, которым ты в любой момент сможешь создать себе дверь сюда. Блокировать эту дверь невозможно, а для того, чтобы её перенастроить, Роад нужно подержать ключ в руках, а он постоянно будет у тебя. Успокоился? — Я всё равно буду ждать подвоха отовсюду, — отозвался Аллен, приподнимаясь. — Мне одеться ещё надо. — Я буду ждать в комнате твоего друга, — поднимаясь, произнёс Тикки и наконец-то вышел. Аллен после долгого копошения, одевания, нервных переговоров с Лави, столкновения с Линали, которая пыталась его приободрить, и длительного самовнушения, наконец-то добрался до комнаты книжника. А оттуда прямиком через ворота, открытые ключом, торжественно врученным Аллену, в тёмный Ковчег. Оказавшись на узких улочках, Тикки внимательно осмотрелся по сторонам, а затем обернулся и посмотрел на застывшего Аллена. — Ты как? — Мне казалось, что в этом обличии ты ведёшь себя по-другому, — тихо отозвался Аллен, неуверенно подходя к Ною. — Прекрати копаться в психологии, — поморщился Тикки, решительно хватая мальчика за руку. Аллен вздрогнул, но вырываться не стал. Они с Тикки успели обсудить, что в Ковчеге должны постоянно вести себя как пара. Мало ли откуда приспичит понаблюдать Роад. Аллен приподняв голову посмотрел прямо в жёлтые глаза Ноя внимательно изучающего его лицо. — Что случилось? — Выглядишь так, словно тебя сейчас убивать будут, — негромко заметил Тикки. — Я себя именно так и чувствую. Не хочу здесь быть. Тикки только вздохнул и вместе с Алленом направился вперёд, навстречу Семье Ноя. Аллен честно старался выглядеть уверенным в себе хоть немного. Однако на самом деле идея прийти сюда казалась всё более бессмысленной и беспощадной. Идя рядом с Тикки и честно не вырывая руку, Аллен думал о том, что действительно привык к этому Ною. Даже к его тёмному обличию, в котором Тикки успел прийти к нему всего три раза. Причём, если в первый раз они с «тёмным» Тикки здорово повздорили, то во время второй встречи Ной предложил провести недолгий спарринг, который в итоге затянулся до самого вечера. А после они оба валялись без сил и болтали на самые разные темы, напрочь позабыв о том, что они враги. Если честно, то Аллену даже понравилась та встреча. Да и вообще, не смотря на то, что Тикки часто обидно его подкалывал, с ним было довольно интересно. И уже почти привычно. Юноша стал ловить себя на том, что доверяет Тикки и соображает, что рассказывает или делает то, чего не следовало. Он начинал забывать, что перед ним существо, которое в любой момент может пожелать его убить. Это напрягало. За нервными рассуждениями Аллен не заметил, как они подошли к небольшим дверям, и Тикки, подбадривающее улыбнувшись своему юному спутнику, пропустил его вперёд. Аллен очутился в небольшом зале, оформленном в тёплых тонах, с огромным белым камином. Комната могла бы быть очень уютной, если бы не раскиданные всюду мелкие статуэтки подсвечники, подушки. А также две замершие фигуры близнецов. — Ого! У нас гости! — радостно завопил Дебитто размахивая над головой своим пистолетом и непонятной разноцветной простыней. — А чего это вы так рано? — В смысле, тот экзорцист, с которым мутит Тикки? — тут же высунулся из-за дивана Джасдеро. — Аллен здесь?! — мгновенно выскочила из-за угла Роад и кинулась прямиком на шею к ошалевшему экзорцисту. Однако, на её пути неожиданно появилась преграда в виде Тикки. — Это ещё что за обнимашки? — раздражённо поинтересовался он, глядя на растерявшуюся Роад. Аллен, инстинктивно отступивший назад, невольно прижался поближе к Тикки, воровато оглядываясь по сторонам. Оказалось, ему даже не пришлось играть, что доверяет он здесь только Тикки. Он на самом деле чувствовал себя гораздо спокойнее именно с ним, а остальные члены Семьи Ноя, мягко говоря, пугали. Тем более все сразу, потому что через мгновение в комнату прошли ещё двое мужчин, ни одного из которых Аллен прежде не видел. — Это ещё что за новость! — попыталась передразнить Удовольствие Роад. — С чего бы это мне даже обнять Аллена не разрешается? — С того, что я помню Ковчег! — раздражённо выдал Тикки, сильнее сжимая ладонь Аллена. — Эм, Роад, оставь их в покое, — наконец-то заговорил один из вошедших, — И вы, Узы, тоже. Обступили как диво какое-то. — Да ладно, — протянули Джасдеби, медленно обходя Тикки. — Ничего не ладно! — наконец-то выдал Аллен, отступая от близнецов и осознавая, что, похоже, это вовсе не на казнь, а на какие-то смотрины. Мол, вот Тикки привёл в свою семью будущую невесту, чтобы её оценили. Аллен и до этого оказывался в различных ситуациях, когда его разглядывали, тыкали в него пальцем, шептались за спиной. Однако, такого оживлённого интереса к его персоне ещё не выказывали. — Ой! А он ещё и разговаривает! — опасно приближаясь к Аллену и наставляя на него пистолет, пропел Дебитто. — И не только разговариваю! — тут же ощетинился Аллен, активируя чистую силу. — Эй-эй, Малыш! — тут же перехватывая экзорциста за плечи и прижимая к себе, позвал Тикки, — тебе не обязательно быть таким нервным! Не обращай внимания на этих идиотов. Их уже вряд ли что-то исправит. Вот! Каким-то хитрым манёвром Тикки ухитрился развернуть Аллена к неопознанным Ноям. — Это Шерил и Вайзли. Нои Алчность и Мудрость. — Представил Тикки сначала того, что пытался утихомирить Роад с близнецами, а потом невысокого Ноя со странной штуковиной на лбу, являющейся не то повязкой, не то каким-то украшением. — Это Малыш,… Который очень метко пинается, — поморщившись, выдал Тикки, — Аллен Уолкер, если быть более точным. — Не сказал бы, что приятно познакомиться, — выдал Аллен, подозрительно всматриваясь в новых знакомых и постоянно косясь на близнецов. — Мог бы и соврать для приличия! — Хмыкнул Дебитто. — Это кто мне здесь о приличиях? — Так, хватит! — снова не выдержал Шерил и, обернувшись к Аллену, серьёзно заметил, — не могу предложить чувствовать себя как дома, но надеюсь хотя бы к концу сегодняшней встречи ты сможешь немного расслабиться и привыкнуть к нашему обществу. — Честно говоря, я надеюсь, что к концу встречи смогу уйти отсюда на своих двоих, — откровенно заметил Аллен. — В этом можешь не сомневаться, — неожиданно отозвался Вайзли, — если тебе от этого полегчает, Граф сказал, чтобы мы тебя не трогали, а просто присмотрелись как следует. Видимо, у него появились причины вести себя подобным образом. — Это когда он такое говорил? — удивлённо поинтересовался Тикки. — Сразу как ты объявил о том, что приведёшь его, — улыбнулся Шерил. — Кстати, его сегодня нет, так что можешь не опасаться неожиданной встречи, — сообщил он Аллену и повернулся к близнецам. — А теперь, пожалуй, можно пойти поужинать. И я надеюсь на то, что кое-кто будет вести себя прилично за столом. — Но это же скучно! — раздражённо отозвался Дебитто, но его уже никто и не слушал. Тикки, рука которого непонятно когда успела опуститься Аллену на талию, повёл своего экзорциста за взрослыми Ноями. Аллен, уже не сопротивляясь и делая вид, что так и надо, размышлял о словах этого Мудрости. Зачем Графу понадобилось не нападать на него? В целом ужин к большому удивлению Аллена прошёл довольно хорошо. Гораздо лучше, чем он себе представлял. С правой стороны от него умудрилась сесть Роад, но почти его не доставала, то и дело кидая обиженные взгляды на Тикки. Сам Тикки сидел от него с левой стороны и постоянно переводил неприятные темы, или отшучивался на вопросы, которые задавали ему или Аллену. Правда он, кажется, ещё и постоянно подливал Уолкеру виски под предлогом того, что он уж слишком напряжён, но на это Аллен обижаться не стал. Большой неожиданностью для мальчика стал тот факт, что он вполне мило побеседовал с Узами, припоминая все грешки Учителя и наперебой объясняя друг другу, почему его невозможно обнаружить и какая он после этого сволочь. Судя по довольному виду Шерила, Нои тоже не ожидали, что всё пройдёт настолько гладко. Правда, Аллен почти не ел, помня, что местные не привыкли к размеру его аппетита. Да и поужинать в Ордене он успел. Так что всё пока проходило неплохо. Надежды Аллена о том, что после ужина они наконец-то разойдутся, не оправдались. Они расположились в уже прибранном зале и стали болтать о том о сём. Аллен честно пытался вести себя прилично, ни на шаг не отходить от Тикки, который постоянно притягивал его к себе, но при этом к концу ужина уже вполне добродушно улыбался, отвечая на вопросы, был безупречно вежлив и вообще вёл себя гораздо лучше, чем мог бы. Лави обязан был им гордиться. Никто из Ноев, кажется, даже не заподозрил, что они играли. Правда после ужина Тикки пытался приобнять его практически со всех сторон, при этом ласково поглаживая спину мальчика и норовя забраться ладонью под рубашку. Из-за чего уже пару раз демонстративно получал по наглым рукам, от чего близнецы начинали хихикать и шептаться друг с другом. Аллена это напрягало, а потому когда Тикки потянулся за сигаретой, просто отнял всю пачку, невнятно прошипев о том, что не любит, когда тот курит. Смех со стороны Уз на этот раз был ещё громче, да и Шерил, кажется, с трудом сдерживал улыбку. Прифигевший Тикки недолго хлопал глазами, а потянув Аллена за руку вывел в коридор, чтобы поговорить. Вдогонку уходящим донеслись несколько неприличных советов от близнецов, а потом крик и клятвенные заверения, что они так больше не будут, — Я смотрю им там очень весело, — хмыкнул Тикки и, наклонившись, прошептал прямо в ухо мальчику, — А ты у нас наглеешь, Малыш… Аллен передёрнулся и попытался вывернуться из крепкого захвата. — Почему мы не можем уйти? Я здесь уже три часа торчу, тебе не кажется, что уже достаточно? — Да ладно, разве тебе здесь не весело? — Тикки… Ной резко развернул Аллена и, не обращая внимания на шокированный взгляд серебряных глаз, чувственно улыбнулся, медленно лизнув скулу и жарко прошептал прямо в ухо: — Не дёргайся, за нами наблюдают. Сердце мальчика пустилось в пляс, он судорожно выдохнул, чувствуя, как всё его тело охватывает странное ощущение беспомощности, страха и… предвкушения? Какого чёрта? Кажется, он всё-таки немного перепил и его развезло. Почему он должен позволять Тикки такое?? — Тикки... — собственный голос показался на редкость жалобным и несчастным. Жёлтые глаза поглощали его рассудок, словно гипнотизируя, и мальчик даже не сразу понял, когда губы Тикки накрыли его собственные, когда он сам несмело приоткрыл рот, подчиняясь напору чужого языка и отдаваясь во власть опытного мужчины. Он просто потянулся навстречу, подчиняясь новым ощущениям, чувствуя, как его тело жадно обхватывают горячие ладони Ноя и с силой прижимают к себе. Руки, словно живя собственной жизнью, обняли мужчину, мальчик потянулся наверх за обжигающим ощущением абсолютного восторга, наполняющим его лёгкие, прокатывающимся в груди с каждым новым стуком сердца, скапливающимся внизу живота. — Ну нифига себе! Задыхаясь, Аллен судорожно дёрнулся, отворачивая пылающее лицо и пытаясь собрать разбежавшиеся мысли в кучу, а взгляд заставить сфокусироваться на источнике звука, когда на него свалилось осознание того, что только что он целовался с Тикки на глазах у… застывших в проходе Уз.