***
Через час, волейболисты уже были одеты и, убравшись в зале, пошли домой. - Тобио-чан, держи! – сказал Ойкава, кинув брюнету связку ключей. - Что это? – недоуменно спросил Кагеяма. - Ты че ключей не видел? Дурашка! – улыбнулся Тору. - Видел, конечно, но зачем они мне? – все еще тупил маленький сеттер. - Как зачем? Приходить ко мне будешь. Или ты что, думал, одного урока тебе будет достаточно? Ошибаешься! Теперь ты мой Тобио-чан! Причем навсегда… - сказал шатен и прижав к себе парнишку, поцеловал.Мой любимый Тобто-чан! Причем навсегда....
10 октября 2014 г., 22:24
Наступила весна.Погода стоит солнечная, теплая. Весна в городе обычно начинается с того, что убирают улицы, высаживают молодые деревца и разбивают клумбы в парках, скверах, перед большими магазинами. И люди на улицах тоже меняются. Они ярко одеты, больше гуляют, даже улыбаются чаще, видимо, потому что погода радует теплом, светит ласковое солнце, а главное - не надо надевать тяжелую одежду и обувь.
В один из таких прекрасных весенних дней в спортзале школы Китагавы Дайти ребята усердно играли в волейбол. С одной стороны поля посередине стоял ученик третьего класса средней школы Ойкава Тору, а с другой стороны стоял на том же месте ученик первого класса средней школы Кагеяма Тобио. Оба юноши стояли на позициях сеттера. Ни Кагеяма, ни Ойкава не уступали друг другу. Оба хорошо и точно подкидывали мячи спайкерам. Только из-за того, что у Тору было больше опыта, команда Кагеямы проиграла.
- Кагеяма, ты просто молодец! Только пришел к нам, а уже так научился хорошо играть. Конечно, до Ойкавы тебе еще далеко, - сказал сокомандник Кагеямы, обняв парня за плечи. – Ойкава, смотри, как бы новичок не заменил тебя! Кстати, Кагеяма, нам ведь в одну сторону, пойдем домой вместе?
- Не бойся, не заменит. И сегодня он с тобой никуда не пойдет. Знаешь, Тобио-чан, давай я помогу тебе с подачами? У тебя ведь они плохо получаются, – лукаво улыбнувшись, предложил шатен.
- Правда?! – восторженно спросил Кагеяма, и его глаза тут же заблестели.
- Конечно, правда. Ребята, вы можете идти, мы все равно с Тобио-чаном поиграем, а потом уберемся – все с той же лукавой улыбкой сказал Ойкава.
Все конечно очень обрадовались, что теперь не нужно будет убираться, и быстро собравшись, вся команда Китагавы Дайти быстро удалилась из зала.
- Ну что, Тобио-чан, теперь ты мой…, - сказал Ойкава, закрыв дверь в волейбольный зал.
- Ойкава-сан, а ты научишь меня подавать? – спросил наивно Кагеяма.
- Конечно, - взял один волейбольный мяч и подошел к своему ученику шатен.
- А, так же как и ты, с прыжком? – все не успокаивался брюнет.
- Обязательно! Но для начала тебе надо научиться азам.
- Хорошо! Я на все готов! – воскликнул Тобио. Его глаза святились огнями довериями. Он был как преданный пес, который был готов исполнить любые капризы своего хозяина в лице Ойкавы, для того, чтобы получить награду.
Шатен подошел к своему ученику и отдал ему мяч в руку.
- У тебя очень красивые руки, - сказал, улыбнувшись Тору. – Помни, когда ты взял мяч, нужно думать только о нем… или обо мне, - приблизился сзади к парню семпай. Его горячее дыхание опалило ухо брюнета, и юноша сам того не желая вздрогнул и чуть не выронил мяч, но Ойкава вовремя поддержал руку ученика.
- Ойкава-сан, о чем вы таком говорите? – засмущавшись, спросил брюнет.
- Тебе, наверное, почудилось, - еще раз улыбнулся шатен. – Ты такой робкий и нерешительный. Нужно быть жестче…
С этими словами Тору поцеловал своего ученика в шею, от чего у Тобио дернулась рука, и мяч упал на поле.
- Ойкава-сан, что вы… - хотел спросить Тобио, но Ойкава тут же ответил, что это ему показалось, просто подул ветерок.
- Ладно, Тобио-чан, запоминай, как надо подавать, а потом еще раз попробуешь, но уже без моей помощи – сказал учитель и, взяв мяч, отошел на линию подачи, подкинув высоко мяч, разбежался и, подпрыгнув, ударил по мячу. По плану мяч должен был полететь по прямой и, ударившись о стену, прикатиться на другую сторону площадки, но что-то пошло не так, как показалось Кагеяме, и мяч, ударившись о стену, полетел в кладовку.
- Ойкава-сан, я принесу мяч – сказал Кагеяма и быстро побежал в кладовку. На это и рассчитывал семпай.
« Тобио, ты слишком доверчивый и соблазнительный. Я не хочу никому отдавать тебя. Ты только мой» - ухмыльнулся шатен и пошел за учеником в кладовку.
Зайдя быстро в помещение, шатен резко захлопнул дверь. Кладовку освещала все лишь одна небольшая лампочка.
- Ойкава-сан, а зачем вы закрыли дверь? – все еще так же наивно спросил Кагеяма.
- Тобио, ты такой наивный и такой доверчивый… Ты ведь любишь волейбол? – спросил Ойкава, подходя к ученику.
- Конечно! Очень сильно! – воскликнул Тобио.
- Ну, тогда, считай, что это будет тренировка – лукаво улыбнулся Ойкава и, обняв парня за талию, притянул к себе и поцеловал.
От неожиданности брюнет широко открыл глаза и хотел отстранить шатена, но у Тору была мертвая хватка. Кагеяма не сдавался, он пытался оттолкнуть, ударить или хотя бы отстранить Ойкаву, но все попытки были тщетны. От нехватки воздуха Тобио разомкнул губы, позволяя шатену проникнуть языком к нему в рот. Тот, не теряя времени зря, начал исследовать рот своего ученика, проводя языком по деснам и небу, в то время, как его рука опустилась на талию парня, притягивая его поближе.
Ойкава понимал, что, если он не разорвет поцелуй, Тобио просто может задохнуться. Больших усилий стоило юноше это действие.
- Ойкава-сан, вы что делаете? – испуганно спросил брюнет.
- Тобио-чан, ты слишком много общаешься с другими ребятами, и меня это напрягает. Я ревную. Ты должен быть только моим. Ты мой То-би-о-чан – пропел имя сокомандника Тору и снова впился в его губы с еще большой страстью. Парень провёл языком по нёбу, и сразу же, начал сплетать свой язык с языком любовника. Оторвавшись от уже припухших губ голубоглазого, Ойкава залез рукой под футболку парнишки, и стал легко и аккуратно проводить рукой по груди, спускаясь к прессу брюнета. Кагеяма все еще пытался вырываться, но уже с меньшей силой. Тогда, шатен решил сделать так, чтобы его ученик полностью сдался. Ойкава схватил Кагеяму за запястья одной рукой и, соединив их над головой бедного вырывающегося брюнета, начал страстно целовать в шею. Тору не думал ни о том, что юноше может быть неприятно или больно, или как он сможет завтра оправдаться перед всеми, когда будет переодеваться.
Шатен, опускался, ниже целуя шею Кагеямы, а потом и ключицы, Тору скоро уже не просто прикасался губами, а кусал бледную кожу, тут же зализывая место укуса, оставляя метки на самых видных местах. Тобио уже почти смирившись со своей участью, стал тихо постанывать. Юноше было противно осознавать, что тот, кому он доверял больше жизни, тот, для кого он готов был сделать все, что угодно, просто предал его и сейчас, пытается изнасиловать. От таких мыслей брюнету стало настолько плохо, что он не выдержал, и вдруг из его глаз скатилось несколько слез. Конечно же, их заметил Ойкава.
- Тобио-чан, ты чего? – удивленно спросил шатен.
- Зачем? Зачем ты это делаешь? Ты же видишь, что мне неприятно. Зачем? – еле сдерживая слезы, спрашивал Тобио.
- Это мой последний год…, - выдохнув, ответил Тору. – И я не хочу тебя отпускать, но придется. Я хочу, чтобы ты меня запомнил. Я люблю тебя… Тобио-чан.
С этими словами Ойкава еще раз поцеловал своего ученика. На этот раз легко и аккуратно, пытаясь доставить ему максимум удовольствия. Кагеяма не мог больше сдерживаться и после того, как Тору разорвал поцелуй, брюнет громко простонал. Это стало последней каплей для Ойкавы. Если до этого стона, он еще пытался себя сдерживать, то теперь, ему полностью сорвало крышу. Парень стал еще с большой страстью целовать и прикусывать шею любовника, заставляя Кагеяму стонать, вновь и вновь, не переставая.
- Ойкава-сан, я… я… люблю вас! – задыхаясь произнес Тобио.
- Кагеяма, какой же ты все-таки хитрый парнишка. Знаешь, что теперь я тебя точно так отжарю, что ты завтра с кровати не встанешь!
- Ну и что, мне плевать. Я боялся, боялся признаться вам в своих чувствах. Вас ведь обожают все девушки. Почему именно я?
- Почему? Потому, что ты лучший. Ты мой Тобио! Мой, и только мой! – прорычал Ойкава и резко снял спортивную футболку с себя, а затем брюнета.
Ойкава опустил руки парня и притянув к себе за талию, развернул и опрокинул парня на стол.
- Как хорошо, что я уговорил Ива-чана не выкидывать этот стол – усмехнулся Тору и стал стаскивать штаны с Кагеяма, а затем и трусы.
Через пару минут оба парня были обнажены.
- Расслабься, - поцеловав брюнета в макушку, сказал Ойкава.
« Я идиот! Я забыл смазку! Бедный Тобио-чан, прости меня» - пронеслось у шатена в голове. Но он не растерялся и аккуратно ввел один палец в тугое кольцо мышц, от чего Тобио сжался и снова простонал. Немного подождав, Окава ввел еще два пальца, из-за чего Кагеяма стал, чуть ли уже не кричать. Было слишком больно.
- Прости…, - вытащив пальцы и поцеловав любовника в лоб, сказал шатен. – Я вхожу.
Кагеяма обвил спину Тору и тихо и сексуально прошептал: « Я хочу тебя, Ойкава!»
После этих слов Тору не смог сдержаться и вошел в брюнета на всю длину. Кагеяма вскрикнул и, выгнувшись, вцепился в спину своего семпая, оставляя на ней кровавые ранки от ногтей. Из глаз маленького сеттера брызнули слезы. Немного подождав, Тору стал аккуратно двигаться в парнишке, растягивая его.
- Господи, Тобио-чан! В тебе так хорошо! Даже с девушками мне никогда не было так хорошо! – прорычал Ойкава. – В тебе так жарко и ты так меня сжимаешь.
- Пе-ре-ре-стань го-говорить такие смущающие ах вещи – еле сдерживая стоны, говорил брюнет.
Тору стал резко входить в податливое тело любовника, оставляя поцелуи по всему телу. С каждым толчком он дотрагивался до простаты из-за чего, Кагеяма стонал так, что наверно за пределами залами можно было услышать.
- Тобио-чан, когда же ты стал таким развратным? – ухмыльнулся Ойкава. – Когда? Почему я этот момент пропустил?
- Это все из-за тебя! – простонал брюнет.
Вспомнив, что Тобио тоже парень, Ойкава обхватил его член и стал дрочить в такт своим движениям. Из-за этих движений с губ Кагеямы срывались все эротичнее и развратнее стоны.
Еще несколько резких движений, протяжный стон и Кагеяма кончил, пачкая свой живот белесой жидкостью, а через несколько секунд и Тору вышел из него, тоже кончив, и, тяжело дыша, рухнул на стол рядом с брюнетом.
- Тобио, ты восхитителен! – с одышкой говорил шатен.
- Дурак! Можно было и аккуратнее. Вся жопа теперь болеть будет – переводя дух, ответил Кагеяма.