Tango

Ванкувер, 2010 год. Заснеженная Хорнс Ренфрью Стрит безлюдна. Абсолютно безлюдна. Будто Всевышний нарочно спрятал всех в этот вечер куда-то подальше, подальше от событий, которые вершились сейчас под крышей, пожалуй, самого знаменитого стадиона Ванкувера — Пассифик Коллизиума. Чтобы не мешали. Сейчас, этим вьюжным невиданно февралем нужно быть здесь — или быть подальше отсюда. Здесь вершится история. Спортивная история. Соревнования идут своим чередом. Мужчины.Произвольная. Сегодня здесь праздник силы, мужества, особой грации и красоты. До сильнейшей разминки с признанными фаворитами еще около 40 минут, но все судьи уже знают, кто выиграет наверняка. Ставки сделаны, ставок больше нет. Свет рамп бьет по глазам. Холодно. Холод поднимается не ото льда, нет. От яда, который источают некоторые собравшиеся. «Plucshenco? Have you seen his transitions? So sad spectacle…. And his praised quads are not valuable!» Попкорн был очень вкусный, а уж за таким обсуждением так вообще. Американский флаг на футболке, куртке, щеке. Они завидовали. И очень, очень боялись. Знали, что он лучший. Во многом, почти во всем. Помнили Турин, его спокойную улыбку на пьедестале и большой золотой кружок у него на шее. Как после проката его взгляд рвался по трибунам с бушующими людьми. Триколор затмевал белые звезды и красные шары. Люди обнимались, летели цветы. Красивые женщины радостно махали в камеры. …«Женя, ты меня видишь на трибуне? Я тебя люблю, Женя.» Ее голос метался в голове, заглушая все. Он был спокоен. Пожалуй, впервые так спокоен на Олимпиаде. Эван блистал. Мечта всех женщин, двухметровый красавец. Транзишинс, дорожки, дорожки, па, транзишинс. «Женя… За тобой Россия… Ты не представляешь, как она переживает за тебя, Женя…» 5 минут. Посвящение Родине и одной единственной женщине в шапке с помпоном. Танго любви. Kiss and Cry… Сердце… на вылет. Ничего не слышит, смеется, машет другому континенту, который просыпается на работу, греет застывшие за ночь машины… Темно там сейчас, дома. Сын смотрит… Конечно смотрит… Сколько цветов, господи… Крестик выбился, странно, уже два раза поправлял… Неужели они все специально встали пораньше, чтобы поболеть… Колено болит… Какие радостные трибуны, сколько детей с полосатыми флагами… Выезд, неужели выезд был такой, как на повторе… Почему они все так громко выдохнули, что это за гул… Глаза Мишина… Растерянность Давида. что. Что это…? Второй? Второй!.. Второй… Он второй… … — Как вы себя чувствуете Эван, очень волновались? Сомневались, что выиграете? — Ну что вы… Нет. Я ведь знал, что главное — не упасть… … Люди с кленовыми листами на щеках подходили к людям с полосатыми флагами. « Он был прекрасен… Мы с вами, мы на вашей стороне…» Последние удивленно провожали глазами их смущенные спины. …Ликование. Gold….Oooo my God… Я сделал это! Олимпийский чемпион… Ему улыбались. Заискивающе. Презрительно.