Принцесса и разбойник

Оглушительно хлопнув дверью и на бегу завязывая пояс шёлкового халата, Эль шумно сбежала по лестнице и замерла у нижней ступеньки, недоумённо глядя на нагло оккупировавшего диван Сехуна. — Ты! — прошипела она и, подскочив к нему, рывком выдернула журнал из рук. — Почему меня не разбудил?! — А должен был? — обаятельно улыбнулся парень. — Я с утра взглянул на календарь, вспомнил о том, что сегодня суббота, созвонился с коротышкой и выбил для тебя выходной. Чем займёмся? Глядя в наглые карие глаза, Элла сходила с ума от переизбытка чувств — ярости, гнева, злости, смущения. Сехун с интересом следил за сменой эмоций на её лице, слегка склонив голову к плечу и покачивая ногой. Казалось, он готов был расхохотаться в любую секунду и с трудом сдерживался, а Эль, ох, как не любила, быть посмешищем. — Ты слишком много на себя берёшь, О Сехун! — А ты слишком прекрасна в гневе! — широко улыбнулся парень, глядя в спину удалявшейся девушки. Решив как следует отдохнуть, Элла заперлась в ванной на пару часов. Долго отмокала в горячей пенной воде, жалея, что не прихватила с собой хрустальный бокал и бутылку шампанского. Мысль о том, что где-то там, за стенкой, томится в ожидании Сехун, изрядно веселила девушку. Ничего, пусть поскучает. Может, надоест и уедет куда подальше. Хотя, Эль покривила бы душой, если сказала, что будет рада отъезду О. Когда вода остыла, она торопливо сполоснулась под прохладным душем и обмоталась в большое махровое полотенце. Чувствуя под ногами приятную жёсткость коврика, неспешно сушила волосы и в зеркальном отражении разглядывала своё лицо на предмет мимических морщин. Делать пластику не хотелось, но возраст медленно брал своё, оставляя следы на некогда прекрасном молодом лице. Иногда Элла хотела стать злой колдуньей из сказки. Она бы без зазрения совести высасывала силы из юных девочек, отбирала их красоту, чтобы никогда не сдаться старости. С боем отвоёвывала бы каждый год молодости, сделав всё, чтобы подарить себе вечность. Но жизнь не сказка. И никакие подтяжки и золотые нити не превратят тебя в великолепную деву; ни один крем не спасёт от течения времени. Расстроившись, Эль отошла от зеркала и, щёлкнув замком, шагнула в комнату, чтобы тут же изумлённо остановиться и непонимающе взглянуть на Сехуна. Парень, ничуть не смутившись, продолжил стоять у открытого ящика стола и перебирать его содержимое. — Ты что творишь? — поддерживая на груди полотенце, удивилась девушка. — Тебя не было слишком долго и мне стало откровенно скучно! — развёл руками О и закрыл наконец ящик. — Я тут порылся немного в твоё отсутствие. Ты же понимаешь, я безумный фанат и хотел утащить сувенир в память о кумире! — Ты псих, — Элла закатила глаза и ткнула пальцем в дверь. — Выйди, мне нужно переодеться! — Ни за что! Чтобы ты опять пропала на три часа? В доказательство своих слов, Сехун опустился в кресло и картинно прикрыл ресницы. Тихо шипя и кляня порочное и наглое увлечение младшей сестры, Эль торопливо вытащила из шкафа домашний костюм и вновь заперлась в ванной. Не успела она переодеться, как в дверь забарабанили — пришлось выходить всклокоченной и ненакрашенной. Устав сопротивляться, она покорно поплелась следом за Сехуном, что крепко держал за руку. Приведя девушку в столовую, О усадил её на привычное место и умчался на кухню, вернувшись оттуда с полной тарелкой еды. — А где Гы Ым? — недоумённо приподняла бровь Элла. — У неё заболел сын, и я разрешил не приходить, — беззаботно отозвался О. Он заметил, как Эль нервно стиснула вилку и закусила губу. Коротко выдохнув, девушка бросила на Сехуна быстрый взгляд и поморщилась. — Я бы в любом случае отпустила Гы Ым. Не понимаю, зачем вмешиваться и вести себя так, будто ты здесь хозяин! — А я не понимаю, зачем раздувать проблему на пустом месте, если наши решения совпадают? Или я должен был разбудить тебя в семь утра, чтобы услышать ответ на вопрос, который знаю и без тебя? В очередной раз поразившись непробиваемости самодовольного типа, Элла уткнулась в тарелку и начала молча жевать. Её чувства к Сехуну были слишком противоречивы. Одновременно хотелось придушить его, выкинуть из дома и тут же бежать следом, чтобы догнать и от души поцеловать. — Дурдом, — схватившись за голову, простонала она. Сехун лишь понимающе хмыкнул и продолжил таскать по одной виноградинке с большой плоской тарелки. После они на пару отправились в кухню мыть посуду. Пока О с энтузиазмом натирал чашки мыльной губкой, Эль стояла рядом с полотенцем в руках и думала над тем, что гораздо удобнее воспользоваться моечной машиной, но ведь у О Сехуна на всё есть своё мнение. — Давно хотел спросить, откуда у Сэ Рон те страшные шрамы на теле? Элла вздрогнула и выпустила кружку из расслабленных пальцев. Грохот разбившейся посуды немного привёл её в чувство и она поспешно наклонилась, чтобы собрать осколки. — Всё в порядке? — откинув со лба чёлку, поинтересовался парень. — В полном, — пробурчала Эль, выбросив стекляшки в мусорное ведро. — Не ответишь? — А ты опять начнёшь втирать сомнительную философию о доверии? — Ну… — Хорошо, я лучше отвечу. Девушка повесила полотенце на крючок и села за пустой, в отсутствие Гы Ым, стол. Провела ладонями по гладкой поверхности, словно смахнула невидимые крошки, и подняла на Сехуна затравленный дрожащий взгляд. — Это её отец постарался. — Отец?! — парень резко закрутил кран и подошёл к Эль. — Но как? У бедняжки столько шрамов, будто её били всё детство! Причём они расположены на таких участках, что когда Сэ Рон одета, их не видно! — А ты думаешь, что её папаша такой кретин, чтобы выставлять побои напоказ? — злобно усмехнулась Элла. — Он алкоголик и наркоман. После того, как они сошлись с моей матерью, всё пошло кувырком. Все деньги, что я зарабатывала, они пропивали. А когда брать стало нечего, вернулись в Австралию, оставив Сэ Рон на меня. Хотя, единственный плюс в этом был — малышку перестали мучить. — Сукин сын! — стиснув кулаки, процедил Сехун. — Если я однажды встречу его лично, то клянусь — задушу! Как у кого-то вообще может подняться рука, чтобы ударить ребёнка! Ненавижу подобных уродов! Элла машинально встала и придвинулась к Сехуну вплотную. Отвела в сторону растрёпанную чёлку и провела пальцем по напряжённо выпиравшей венке на виске. От осторожного прикосновения та ещё сильнее запульсировала, и у Эль появилось непреодолимое желание прикоснуться к ней губами, чтобы растопить гнев, закипевший в молодом сильном теле. — Тук-тук-тук! Не помешал? Торопливо отскочив от О, Эль резко обернулась и сменилась в лице — в дверях кухни стоял улыбавшийся Чонин, а в его руках был зажат огромный букет белоснежных роз. — Не ждала? — пройдя мимо Сехуна, Ким вручил цветы Элле и коротко поцеловал бледную щёку. — Рано утром вернулся из Парижа и сразу к тебе. — Не понимаю, чем заслужила такую честь, — невесело хмыкнула девушка. — Нам нужно поговорить, — покосившись на Сехуна, пробормотал Чонин. — Это, что ли, тот парень, с которым ты засветилась в журнале? Выходит, папарацци не врут? — Это не то, что ты подумал! Сехун встречается с Сэ Рон! — Именно поэтому ты только что собиралась его поцеловать, — насмешливо рассмеялся бывший муж. — Как ты вообще попал в дом? — Если ты забыла, то этих охранников нанимал лично я. Неужели они не пропустят своего хозяина? — Теперь их хозяйка я и впредь это не повторится! Раздражённо бросив цветы на стол, Эль порывисто вышла из кухни, слыша за спиной торопливые шаги. — Эй, ну хватит, правда! Сколько можно на меня обижаться? — Чонин схватил брюнетку за запястье и потянул к дивану в гостиной. — Ты мне изменял! — Можно подумать, что это стало для тебя откровением! — Но я тебе никогда не изменяла! Элла вырвала руку и нервно опустилась в кресло, всем видом показывая, что к ней лучше не подходить. Она прекрасно ощущала нарастающее где-то в глубине раздражение, а это значило лишь одно — жди беды. Эль не хотелось ещё одного мучительного срыва, после которого она будет долго приходить в себя, а воспоминания замучают до конца жизни. Сейчас ей хотелось одного — поскорее добраться до ящика стола в своей комнате и выпить две капсулы, прописанных доктором Ву, её личным психотерапевтом. Слишком много всего свалилось в последнее время, все силы и нервы потрачены, а у врача она не была, кажется, целую вечность. — Ты в порядке? — Чонин сел напротив и пристально заглянул в испуганные глаза. — Опять, да? — Нет. Прости, всё хорошо, — Элла постаралась улыбнуться и унять предательскую дрожь. — Как выступления? — Парижане в восторге! Многие европейские критики отозвались положительно и меня приглашают в тур по Германии, Польше и Чехии, — с гордостью поведал мужчина. — О! Это здорово! Поздравляю тебя! — искренне улыбнулась Элла, нежно сжав ладонь Чонина. — Знаешь, я действительно хочу извиниться за ту истерику. Что было, то прошло. Нет смысла цепляться за воспоминания. — Эль, я любил тебя. Просто так сложилось… Ким резко замолчал, стоило в гостиной появиться Сехуну. Смерив друг друга мрачными взглядами, мужчины резко отвернулись, и О сел на другом конце дивана, тут же утыкаясь в смартфон. Продолжать разговор при Сехуне стало проблематичнее. Молчаливый взгляд Чонина требовал объяснений, которых Эль физически не могла ему дать. Она и сама не знала, почему терпит этого парня дома, проводит с ним время, сама не замечая, как привязывается всё сильнее. — Как родители? — осторожно спросил Чонин, пользуясь тем, что Сехун сидит в некотором отдалении. — Как всегда. Недавно опять названивали, требовали денег, — прошептала Эль, вновь ощущая подступающие к горлу слёзы. — Просто внеси их номер в чёрный список! — Что? Чонин, извини, но… ты бы смог игнорировать свою маму? Какой бы она ни была, но я обязана ей своей жизнью. Осознав, что возразить нечего, Ким неловко поёрзал и, будто что-то вспомнив, потянулся к сумке. — Смотри, что я нашёл в своём почтовом ящике! — фыркнув, Чонин вытащил несколько разорванных конвертов и протянул их Эль. Девушка, игнорируя загоревшийся взгляд Сехуна, развернула один из сложенных вчетверо листков и недоумённо уставилась на неровные ряды разноцветных букв, вырезанных из газет и журналов. — Что это? — О беспардонно выдернул одно из писем и прищурился, пытаясь разобрать английский текст. — Ненавижу тебя, Ким Чонин! Я желаю тебе оказаться на самом дне! Боже, сколько ошибок! У автора явно проблемы с языком! — В остальных письмах мне вообще предлагают поскорее сдохнуть, — передёрнул плечами Ким. — Туда ещё куклу вуду подкинули, но я её выбросил от греха подальше. — Похоже ты кому-то перешёл дорогу, — Эль собрала письма в кучу и поднялась, — я их выброшу! — Стой! Я сам, а вы поговорите. — Сехун ненавязчиво отобрал скомканную бумагу и вышел из гостиной. — Элла, что он у тебя забыл? — склонившись к бывшей жене, громко зашептал Ким. — Он что, ждёт Сэ Рон? — Да, — торопливо кивнула девушка. — Сестра сейчас на факультативе. Приедет, и они пойдут на свидание. — Не понимаю, почему вы, в таком случае, столь близки? — недоверчиво прищурившись, Чонин поднялся с насиженного места и потянулся. — Ладно, пойду. Обещал маме заехать после обеда. Не против, если я приглашу тебя на днях в ресторан? — Зачем? Мы бывшие супруги. — Это не мешает мне быть твоим другом! — Давай созвонимся как-нибудь потом, — взмолилась Элла, ощутив как возвращается головная боль. Она проводила мужчину до дверей и, поцеловав на прощание в щёку, неторопливо вернулась в гостиную. Она не сразу заметила стоявшего у окна Сехуна, задумчиво наблюдающего за садившимся в автомобиль Чонином. Словно почувствовав её присутствие, парень резко обернулся и его глаза хитро сощурились. Подойдя к Эль, он вытащил из кармана знакомый ей пузырёк с капсулами и недоумённо покосился на название, будто читал в первый раз. — Не хочешь объяснить, откуда у тебя прозак*? — приподняв в полуулыбке уголки губ, спросил Сехун. ____________________________________________________________________________ *Прозак применяют для терапии пациентов с депрессиями различной этиологии. Назначают пациентам с нервной булимией, а также страдающим предменструальными дисфорическими и обсессивно-компульсивными расстройствами.