И он достанется тебе

С охотой отправляюсь в комнату, где меня ждёт двухчасовой непрерывный секс, с излишествами фетишей, похоти и необузданных желаний, которые мне нужно удовлетворить. Заходя в комнату, я вижу перед собой мужчину средних лет, явно посетившего данное заведение впервые, ведь сразу можно в этом убедиться, глядя на его поведение: он резко подскакивает со своего место, в панике оглядывает меня с ног до головы, потом кланяется в приветствии, и нетерпеливо теребит край своего пиджака в руке. Я ухмыляюсь его реакции, понимая, что в этот раз преобладаю я. И что ж, начнём. С грацией пантеры, подхожу почти вплотную к мужчине и кладу руки ему на грудь, при этом томно заглядывая в глаза. Я провожу кончиком носа по его щеке, вдоль скулы, а потом кусаю за мочку уха – он издает первый стон. Затем я отталкиваю его на кресло, и начинаю медленно расстёгивать пуговицы на своей рубашке. Следом снимаю штаны, и предстаю перед клиентом полностью нагим; начинаю покачивать бёдрам в такт играющей в моей голове мелодии. Не заметить его возбуждения просто невозможно, что даёт мне повод ещё раз убедиться в своём очаровании. «Как же быстро он завелся, даже неинтересно» - думаю я про себя, а сам уже восседаю на коленях у мужчины. Танец на коленях под несуществующую музыку так разжигает в нём огонь, что на моем теле уже не находится места, где бы ещё не побывали его похотливые ручки. Они скользят вдоль моего позвоночника, проходя линию между ягодиц, и аккуратно входят в колечко сжавшихся мышц. Он начинает растягивать их, при этом покрывая мою шею влажными поцелуями. После ещё пары минут издевательств, скорее над его терпением, чем над моим телом, я слажу с его колен, и начинаю расстёгивать ремень и ширинку на его штанах. Когда этот самый предмет гардероба оказывается в другом конце комнаты, я снова восседаю верхом, насаживаясь на твёрдый член, и начинаю неистово скакать на нём. Надолго выдержки у него не хватает, и он обильно кончает, откидываясь на спинку кресла. Я встаю с него, как ни в чем не бывало, по моим ногам струится горячая сперма, а я отхожу в сторону, прихватив с собой сигарету, облокачиваюсь к стене, и делаю глубокую затяжку. Мужчина в кресле, скорее всего, отключился, поэтому, получив дозу расслабляющего никотина, я забираю с тумбочки деньги, и стараюсь как можно быстрее покинуть, полностью пропахшее сексом, помещение. Этот вечер обещал быть длинным, ведь вскоре последовали 2 близнеца, которые хотели устроить групповушку. Это была экзотика даже для меня: находиться между двумя совершенно идентичными внешне людьми, и такими разными в процессе секса – это было грубо и нежно, неистово быстро и безобразно медленно; они так отдавались друг другу и страсти, что я казался там лишним, пока они опять не завлекали меня в своё собственное безумие. Вечер проходил, клиенты сменяли один одного, то количество секса, на которое я постиг сегодня своё тело, было небесным даже по моим меркам – я так устал, за всю эту ночь, я не получил ни одного удовольствия, каким бы экстремальным способом я не истязал себя. В моих мыслях ни разу не промелькнул тот единственный человек, который заставлял моё сердце биться быстрее, и хоть как-то примеряться с моим положением. Идя в кабинет босса, я мысленно настраивал себя на последнего клиента. Не смотря на то, что время подходило к утру, и я был полностью опустошён, гордость и самообладание заставляли меня сделать последний рывок за эту смену. Не разбирая клиентуры, всё так же, неизменно, вытаскиваю первый попавшийся документ, и плетусь к двери с заветным номером «3». Перед входом, горделиво поправляю волосы, и подол халата, ибо на одежду сил уже просто не хватало, захожу во мрак комнаты. Глаза привыкают не сразу, и только после нескольких секунд адаптации, замечаю, слабо освещённый ночными фонарями на улице, силуэт у окна. Молодой человек поворачивается ко мне, и мы встречаемся взглядом – по моему телу тут же пробегает волна мурашек, такое необыкновенное чувство; он смотрит будто вовнутрь, в самую глубь меня, туда, где спрятано самое потайное и невыносимое. Не в состоянии больше смотреть в эти глубокие, задумчивые глаза, я впервые отвожу взгляд, как провинившийся ребёнок. Глубокий вздох – и я снова полон решимости. Незамедлительно развязываю пояс халата, и он спадает с моих плеч. Я стою, как оголённый нерв, весь на виду, что даже эти вызывающие узоры на теле не могут скрыть мою уязвимость; стою без защиты и права на искупление, смотрю в пол. Мужчина подходит ко мне ближе, берет за подбородок и аккуратно приподнимает, заставляя снова встретиться с этими глазами. После чего, его большой палец проводит по линии моей скулы, делая небольшую паузу у кончика губ, нежно проводит по нижней, немного припухшей, губе. Почему-то, в этот самый момент, мне кажется, что я могу раствориться в воздухе и витать. Его рука медленно переходит мне на шею, начиная массировать затёкшие мышцы. Расслабившись, я запрокидываю голову назад, давая возможность прикоснуться к шее горячими губами. Поцелуи медленно и нежно переходят на ключицы, а я не могу сдержать блаженного выдоха. Отрываясь от моих плеч, он проводит своей рукой вдоль моей, и сжимает, сейчас кажущеюся такой хрупкой и тонкой, мою ладонь, ведя в направлении кровати. Он садится на край постели и опрокидывается назад, утягивая меня за собой. Оказавшись на прохладном, атласном покрывале, я прикрываю глаза, наслаждаясь ласками со стороны, как мне кажется, самого нежного клиента в моей жизни. Он целует мою грудь, медленно покусывая соски, вылизывает живот, выводя влажным языком замысловатые узоры. Руки в это время поглаживают мои бёдра, иногда сжимая и царапая маленькими ногтями. Дойдя поцелуями до паха, он останавливается, кусает за тазовую косточку, и продолжает свой путь вниз по бедру. Переходя на внутреннюю её сторону, он оставляет алый засос на белой коже. Сколько раз я не наблюдал такую картину, но только сейчас, эти действия кажутся мне настолько эротичными и заводящими, что неистово возбуждает меня, заставляя сердце биться в бешеном ритме, рвано дышать и выгибаться в спине навстречу таким желанным ласкам. Оставив ещё несколько пятен на моих бёдрах, он отстраняется и встаёт с постели, сопровождаемый моим стоном возражения. Но он не заставляет себя долго ждать, быстро снимая с себя пиджак, а затем и идеально выглаженную рубашку, открывая моему взору красивое накаченное тело, с рельефными кубиками пресса. Затем следуют штаны и нижнее белье, после чего он забирается обратно на кровать и нависает надо мной, томно шепча на ушко расставить ноги пошире. Я беспрекословно слушаюсь, сгибая ноги в коленях, опираясь о поверхность кровати, готовясь к чему-то невероятному. Его возбужденный член входит без предварительной подготовки, которая сейчас была бы только лишней, и начинает медленно и размеренно двигаться во мне. Я уже даже не пытаюсь скрыть свои стоны удовольствия, ведь так хорошо, мне ещё никогда не было; чтобы получать наслаждение от происходящего, не замещая реальность собственными иллюзиями. Его темп постепенно нарастает, но это никак нельзя назвать дикой похотью. Нет! Здесь скрыты чувства, и желание принести незабываемое упоение в ласках, которых, наверное, не хватало нам обоим, накапливаясь в нас, и желая наконец-то выйти наружу. Мы двигаемся в унисон, наши тела слиты воедино, в одно завершённое целое. Наше дыхание синхронно, толчки ритмичны, а стоны сливаются в беспрерывную мелодию. Я кончаю себе на живот, так ни разу и не прикоснувшись к себе, кажется, будто я вижу звездочки перед глазами, наполняющие комнату. А после ещё нескольких толчков, чувствую в себе горячую сперму, что заполняет меня изнутри. После чего, обессилев, моё сознание отключается, и я проваливаюсь в глубокий сон.

***

Пробуждение ко мне пришло очень медленно и размеренно, на удивление так спокойно и легко, что я сначала даже не понял, где я, да и кто я. Но реальность не заставила себя долго ждать, обрушившись на меня табуном воспоминаний, за которые мне самому стало стыдно. Я дал слабину. Я позволил собственному разуму и чувствам одурачить себя, провести вокруг пальца, и открыться в своей беззащитности. Ведь перед каждым я играл свою, до идеала продуманную, роль. Но здесь, в первую очередь, я предал себя, я предал все те годы морального отчуждения, ту иллюзию, которой я жил. В бреду своего разума, я не помню как, но как-то покинул место своей работы. Я вернулся домой совершенно опустошённый и разбитый. В коридоре моей квартиры, сквозь зеркало, на меня смотрел совершенно незнакомый человек. Казалось, где-то я видел эти выбеленные волосы, эти татуировки на теле тоже отпечатались в моей памяти, вот только глаза – их я никогда не видел прежде. И только, после часа безмолвного разглядывания этого незнакомца, я понял, что всё же видел раньше такие глаза, тогда, десять лет назад, когда меня покинул самый дорогой мне человек. Не в состоянии больше смотреть на этот безжизненный взгляд, я в гневе занёс руку, и со всей силы разбил стекло – рана начала пульсировать, а с пальцев тут же потекла кровь, но, не замечая этого, я направился в сторону домашнего бара, который находился в зале. Открыв бутылку дорогого коньяка, я залпом стал пить содержимое, проглатывая жгучую жидкость быстро и нетерпеливо. От большого количества, она не попадала мне в рот, стекая по губам, подбородку и вдоль шеи, скрываясь где-то за воротом рубашки. Опустошив одну, я принялся за вторую, а далее и за третью. Я провёл около унитаза всю ночь, тем самым не появившись на работе. Да и сил с желанием не было. Мне было противно: противно от самого себя, и от своей ничтожности. В таком состоянии я провёл несколько дней. Я убивал свое молодое тело алкоголем, никотином, горем и воспоминаниями. Но самое ужасное меня настигло потом. В ночь ещё одного пьяного бреда, я понял, что снова хочу того человека. Снова почувствовать его прикосновения к своему телу: эти тёплые, нежные руки, эти мягкие, горячие губы – я не мог выкинуть их из головы. Каждую ночь, в забвении, я проматывал пластинку воспоминаний, снова и снова отдаваясь тому чувству, что разъедало меня. Через несколько дней, устав бороться с самим собой и своим сомнением, я вновь отправился на улицу исполнения сокровенных желаний и навсегда забытой любви. Ворвавшись в кабинет босса, я без объяснений начал искать тот самый, заветный документ, надеясь обнаружить на нём хоть какую-то информацию. Но я его не нашёл, хотя и с самого начала знал, что даже если мне и удастся, то там не будет ничего, кроме суммы и замысловатой росписи – ничего, чтобы дало мне хоть малейшую зацепку. Но, не теряя надежды, я снова стал приходить на работу, в ожидании, может Он вернётся. Я наотрез отказался принимать клиентов, даже близко не подпускал к себе босса с его ласками и утешениями – я просто ждал. Я хотел снова окунуться в эти глубокие глаза, почувствовать свою беспомощность, отдаться власти рук человека, для которого я был очередной игрушкой. Слух о моём пристрастии разлетелся в мгновения, но мне уже было глубоко всё равно на свою репутацию бесчувственного принца. С появлением нового клиента, я каждый раз, сломя голову, бежал в кабинет начальника, что бы проверить его. Но каждый раз напрасно. Придя, в очередной день, вновь на своё место, и проведя несколько часов в лицезрении собственного отражения в зеркале, сквозь дверь я услышал топот ног и возгласы парней этого заведения. Они явно были чем-то обескуражены, что не могло не заинтересовать меня, хотя я и знал, что приступы увлечения у обитателей данного борделя могут быть вызваны самыми непримечательными ситуациями. Но, всё же, покинув своё место, я направился вслед за шумом. Оказавшись в главном холле, я наблюдал столпотворение молодых людей, что безумолку трепались по поводу того, что один из моих конкурентов, видимо, получил именно того человека, которого я ждал все эти дни. Меня пронзила волна отчаяния, я не мог сдвинуться с места несколько минут, и только потом, когда до меня дошла вся суть сложившейся ситуации, я мигом побежал в, неосторожно указанную, комнату. Ворвавшись в неё без стука, я смел наблюдать, как объект моих вожделений сидел на кресле с завязанными глазами и упущенными штанами, широко расставив ноги, уже явно готовясь получить удовольствие от этой потаскухи, что восседала на полу перед ним. В порыве гнева, я подлетел к этому парню, взял его за волосы, и потянул с такой силой, что он не смог сдержать крика боли. Я уже было хотел оттащить его к выходу, как меня остановила сильная властная рука мужчины, что схватила меня за запястье и немного надавила. Мне тут же пришлось отпустить волосы парня, который тот час же, с гулкими высказываниями, ретировался из комнаты. В злости от того, что мне не дали совершить задуманное, я повернулся в сторону моего препятствия, и вновь столкнулся взглядом с глубинной карих глаз. Тут же почувствовав слабость во всём теле, я стоял как статуя, не в силах опираться напору. Я падаю на колени, от невозможности более держать равновесие – мою руку отпускают, а следом за мной, на пол, оседает мужчина. Он берет моё лицо в свои руки, приподнимая, а затем долго изучает мои бездушные глаза. - Я вижу, ты ждал меня, - проговаривает он глубоким пьянящим голосом, который врезается в бездну моего сознания, заполоняя разум. -Пожалуйста… - Молю его я в отчаянии, на что он крепко обнимает меня, сильнее прижимая к себе, аккуратно убаюкивая.

***

Такого утра ещё никогда не было в моей жизни. Я проснулся от нежных поцелуев, проходящих по моему плечу и лёгкого дуновения в ушко. Впервые я чувствовал себя кем-то, а не чем-то, что можно было, вдоволь наигравшись, поставить обратно на полочку до следующего раза. Я расплылся в довольной улыбке, и посмотрел на парня, лежавшего около меня, но, встретившись взглядом, он так и не снял свою маску отчуждённого спокойствия, что заставило меня встрепенуться. Приподнявшись, я оперся на локти и стал разглядывать своего соседа. - Ты не хочешь отработать вчерашний испорченный вечер? - После нескольких минут напряженного молчания, проговорил он. Моему шоку не было предела, я буквально был в ступоре от сказанных слов, но так же и понимал, что проплаченных денег ему никто не вернёт, и как бы безжалостно больно не врезались его слова мне в сердце, я сам хотел этой близости. Я выпутался из-под одеяла и сел ему на колени. Он лежал в штанах, но без рубашки, что наполовину облегчало мне задачу. Проведя томным взглядом по его телу, я прикусил свою нижнюю губу и начал имитировать секс, сидя на нём, чтоб быстрее возбудить. Я прикрыл глаза и начал тихо постанывать, представляя, как бы мне было хорошо, если бы его твёрдый член действительно был сейчас во мне. Выгибаясь в спине, я проводил пальчиками по его рельефному телу, задевая соски и поднимаясь ближе к лицу. Очерчивая линию его пухлых губ, я проник указательным пальцем в его рот, заставляю смочить его слюной; следом пошел и средний, так же проводимый юрким язычком. Когда мои пальцы были вдоволь влажными, я высунул их из его горячего рта, и поднёс к своему сжавшемуся колечку мышц, которые уже так давно были без дела. Лёг на спину, я широко расставил ноги, открывая моему любовнику самый хороший обзор, я начал медленно пропихивать один палец в себя, аккуратно надавливая и проталкивая глубже. Вскоре последовал и второй, который вошел немного сложнее, чем я думал, но после секундного дискомфорта, я уже вовсю орудовал в себе, в заданном темпе. Я очень надеялся, что всеми своими провокациями смог завести этого парня, ведь сам я уже не на шутку был возбужден. И мои действия наконец-то оправдались – он вылез из-под меня, и уже нависал надо мной, коварно ухмыляясь; он занёс мои руки над головой, крепко сжав их одной своей ладонью, второй же он проводил по моему телу, вдоль груди и животу, и ниже, повторно входя своими пальцами в уже разработанные мышцы. Он проталкивал их быстро и немного грубо, от чего я ещё больше выгибался в спине и стонал на всю комнату. Когда он просунул и третий палец, и начал уже медленнее изучать меня изнутри, он задел заветный пучок нервов, из-за чего зрачки в моих глазах расширились, и я бурно кончил. -Так быстро? – скорее констатируя факт, произнес он, вытаскивая свои пальцы. Мои глаза накрыла какая-то белёсая пелена – я глубоко дышал, будто мне бы не хватило всего воздуха мира, чтобы надышаться. Но это было только начало. Он провёл влажную дорожу языком от моего живота к груди, облизывая сосок и немного покусывая его, срывая очередной стон моего наслаждения. Рукой он уже расстёгивал ремень на своих штанах, попутно приспуская их с бельём, и удобно устраиваясь у моего входа. Одним резким толчком, он вошел в меня на всю длину, заглушая боль засосом на шее. После он дал мне немного привыкнуть, и затем начал медленно входить и выходить из меня. Вскоре его темп нарастал, а поцелуями уже было укрыто всё моё тело. Задавая дикую скорость, он надрачивал мой член в своём собственном ритме, надавливая на головку и снова чувствуя мою горячую сперму, на своей руке. После нескольких протяжных толчков, и он излился в меня, сопровождаемый звериным рыком. Почувствовав, как всего меня, изнутри, заполнило что-то теплое и вязкое, я выдохнул блаженный стон и расслабленно развалился на кровати. Мужчина вышел из меня, и сел на край постели. Казалось, что он совершенно не устал, и мог бы повторять все эти действия ночи напролёт. Когда он закурил сигарету, я подтянулся к нему, обвивая своими тонкими руками его плечи. Сделав глубокую затяжку, он поднёс сигарету к моим губам, давая насладиться таким дурманящим сейчас глотком отравленного дыма. Вскоре, докурив сигарету на двоих, он встал и начал собираться уходить, на что я мог лишь молча наблюдать. -Ты вернёшься ко мне? –почти неслышно проговорил я, когда мужчина был уже у выхода. На что он повернул голову, взглянул в мои глаза, и безмолвно покинул помещение.

***

Прошло несколько дней, прежде чем в мою комнату зашёл босс, с извещением о том, что ко мне пришёл клиент. «Отец» был подавлен таким ходом событий, но его любовь ко мне не давала ему встать на пути моему маленькому счастью. На слова начальника я тут же помчался в указанную комнату, где меня уже ждал статный мужчина. Он стоял в дорогом костюме с неизменной маской отчуждённости и спокойствия, в то время как я выглядел словно мальчишка, с горящими глазами и бешено колотящимся сердцем. Я смотрел в его, такие родные, глубокие карие глаза, что мне казалось, будто я отражаюсь только в них, будто я существую лишь для этого человека. В этот момент, в моей голове промелькнула безумная мысль, я подумал о том, что никогда не беспокоило мой ум – мне безумно захотелось прикоснуться к его мягким губам, почувствовать их на вкус, насладиться их теплом и нежностью. В порыве новизны ощущений, я подошел к нему, обвил руками шею, и, встав на носочки, с опаской приблизился к его лицу. Мой первый поцелуй был простым невинным прикосновением губ, который током прошёлся по моему телу, разливаясь теплом во всех его уголках. Мне хотелось ещё. Новый порыв был более настойчивым: я провёл языком по его нижней губе, затем немного сжав её, оттянул. Так же поступив и с верхней, я медленно сминал его губы в томном поцелуе, раздвигал их языком, отдаваясь собственному влечению, полностью во власть чувств, что заполоняли меня; человеку, который разрушил мои иллюзии и поселился в разуме и сердце, навсегда оставаясь там правителем. Но моему блаженству не суждено было длиться долго, поскольку грубым ударом в грудь, я был оттолкнут в сторону. Я не понимал, что происходит, я был настолько удивлён происходящим, что в сердце невольно защемило – я впервые не знал, что я сделал не так, за что был отвергнут моим единственным смыслом. Я попытался сделать новую попытку прикоснуться к нему, но меня схватили за руку и потащили в ванную комнату. Я был готов на всё: избиения, боль, унижения, лишь бы не отпускал, лишь бы оставался со мной. Но он подвёл меня к зеркалу, встал за моей спиной и заставил посмотреть на своё отражение. Он сильно сжал мой подбородок, и приподнял вверх. -Посмотри на себя! – Прикрикнул он. – Ты прекрасен, у тебя такие красивые губы, - уже более спокойно продолжал он, - и ты хочешь, чтобы я целовал их? Целовал после всех, кто прикасался к ним и пачкал невероятное количество раз? – Он сжал ещё сильнее, а затем снова толкнул меня, в сторону стены. Я был в замешательстве, он думал обо мне, как об одной из этих грязных шлюх, что за деньги готовы на всё. Но это было не так! -Да, во мне побывало множество членов, я был измазан грязью чужого наслаждения, но я всегда хранил чистоту своего сознания лишь для одного человека, мои губы так же были чисты до сегодняшнего дня! Ты не знаешь, чем для меня были эти 10 лет, ты не можешь осуждать меня! – В истерике кричал я: вся моя боль, что томилась в глубине остатков души, выплёскивалась наружу, ведь я боялся, боялся снова остаться один, но уже покинутый даже мечтами, наедине с реальностью, которую я так бренно избегал. Молчание, сопровождаемое моими всхлипами, нарушилось звуком падающего на колени мужчины. Он обнял меня так крепко и так заботливо, будто бы самого дорогого человека в своей жизни, потерявшего очень давно, и только сейчас сумевшего найти. -Я знаю, Чжи, знаю… КОНЕЦ