Выше облаков

Ноги уже не так волновали меня, хотя я знала, что шрамы останутся навсегда. Они каждый день, солнечный или пасмурный, морозный или теплый, будут напоминать мне о моем приключении". - Как ты? - спросила Шарлотта. Я жила у нее всего два дня, я не знаю, кто она, как она могла увидеть меня, лежащую в пятиста метрах от ее дома, если это старое корыто можно назвать домом, я не доверяла ей. Она - мой спаситель, и должно быть, я должна душу отдать этому человеку, но, увы, почему то это не так. - Все хорошо - я не хотела вести диалог, мне надо было время, чтобы освоиться на новом месте и забыть все пережитое. Я всмотрелась ей в глаза, голубые, как океан, и увидела свое отражение в мельчайших подробностях. Уголки ее рта расходились вниз - как говорила бабушка, признак несчастного человека. Да, это было видно по тому, где жила и во что была одета. - Мне жаль тебя - вдруг сказала Шарлотта. - Почему же? Неужели я настолько сильно поранилась, чтобы жалеть меня? Она встала со стула и направилась к единственной картине, на которой изображен лес с речушкой. Она отодвинула картину, и показался маленький настенный телевизор, она включила его и долго нажимала какие-то кнопки. Долгое шипение, и вот он заработал. Поначалу пропадал звук, но самое главное можно было увидеть. Показывают мой дом. Вокруг него стоит полиция и скорая помощь. В машину скорой помощи ввозят тело в черном пакете. Из дома выходит мой отец, которого снимают крупным планом. Два высоких человека, полицейские, ведут его и сажают в полицейскую машину. "Ричард Блек, этот человек будет наказан пожизненно в связи с убийством восемн..." - Говорит диктор и на этом запись заканчивается.