Шалунья

Саша знал, что не нужно вставать в восемь утра, чтобы приготовить пару салатов и мясо по-французски, но слишком волновался, чтобы уснуть, поэтому поднялся и пошёл умываться. Всё, в том числе и уборка, было сделано к полудню, и оставалось ещё два часа, которые он не знал, чем занять. Ещё раз приняв душ, расчесав русые волосы и одевшись в легкую голубую рубашку и обтягивающие светлые джинсы, он устроился перед телевизором, быстро сменив его на недочитанную с зимы книгу. Сюжет увлёк настолько, что Саша даже удивился звонку в дверь. Однако быстро пришёл в себя. Слетев с дивана, он вернулся к нему, чтобы поправить помятое покрывало, несколько раз вдохнув и выдохнув, пригладив причёску, он, наконец, открыл дверь. — Привет, — как-то не очень уверенно сказал стоящий на пороге Пулков Ростислав. Бывший одноклассник выглядел угрюмо и настороженно, и ничто не объясняло его появление у дверей квартиры. — Привет, — отозвался Саша, быстро отойдя от удивления и, вспомнив о правилах приличия, посторонился, пропуская внутрь. С Ростиславом они вместе учились с пятого по десятый класс, и это было приятное и беззаботное время. Они оба увлекались математикой и физикой, участвовали в олимпиадах и школьной самодеятельности, это очень выручало Сашу, у которого не складывались отношения с классом. У Ростислава был грубый голос, крепкое строение и мрачный вид, поэтому все, кто раньше любил поддразнить Сашу за худобу и симпатичность, забыли об обидных шутках, узнав об их дружбе. Хотя о том, что на самом деле характер у друга был не под стать внешности добрый и заботливый, знали лишь единицы. В десятом классе, когда понадобились деньги на свадьбу старшей сестры, Анна Григорьевна продала квартиру, и купила однокомнатную в другой части города. Саша сменил школу и потерял связь с Ростиславом, который дал ему свой номер телефона на случай, если новые одноклассники будут его обижать, или возникнут какие-то другие проблемы. Однако новая школа приняла его радушно, у него появились новые друзья. Первый год они с Ростиславом ещё общались, но виделись всё реже и реже, а потом был выпускной, поступление в вуз, и сейчас шёл уже третий год с их последней встречи. Гость прикрыл за собой дверь и снял новенькие кроссовки, пока Саша недоумевал, что могло его привести, и как он узнал адрес. Не то чтобы он был не рад, просто вот-вот должна была прийти Вероника… Немного подумав, Саша решил, что ничего страшного не будет, если они немного пообщаются. Зная немногословность друга, он предполагал, что тот скоро уйдёт. Чтобы не смущать гостя видом накрытого стола, Саша отвел его на кухню, предложив чаю. Ростислав, кивнув, уселся на стул, не сводя с хозяина кухни хмурого взгляда. Чайник закипел, и через минуту кухня погрузилась в гробовую тишину. — Ну, как ты? — спросил Саша, зная, что друг разговор первым не заведёт. — Нормально. Первый курс юридического, бюджет. Снимаю квартиру. Сосед — придурок. Саша улыбнулся в кружку, вспоминая старый добрый стиль изложения друга. Всё-таки школьные годы — чудесная пора. — Я тоже в порядке, — друг нахмурился ещё больше, услышав эти слова. — Здорово жить отдельно, хотя и жалко маму, она там одна осталась. — Саш, ты знаешь, я — твой друг, я всё пойму и всегда помогу, — сказал Ростислав, прямо глядя ему в глаза. — Ты ведь это знаешь? Начало несколько обескуражило Сашу, но помня необычное мышление друга, просто кивнул, тепло улыбнувшись. — Тогда рассказывай, — гость устроился удобнее на табуретке, — как выяснилось, что ты — гей? Саша чуть не подавился чаем, услышав вопрос. Уставившись на друга в полном недоумении, он промямлил: — Что? Ростислав сложил руки на груди, хмуро глядя на него. — Э, нет… ты, наверное, что-то не так понял, — сказал Саша. — Я дважды переспрашивал, — мрачно заметил собеседник. — Но… Может быть, что-то другое имелось в виду. — Ты живешь здесь один? — Нет, с соседом, — Саша чувствовал себя всё неуютнее под взглядом тёмных глаз гостя. — Значит, вы решили снять эту квартиру, чтобы жить вдвоём? — Нет! Он жил здесь до меня… — Значит, ты переехал, чтобы жить с ним? — брови Ростислава чуть приподнялись в изумлении. — Нет, конечно! Просто здесь сдавалась пустая комната по разумной цене — вот и всё. — Понятно, — констатировал бывший одноклассник, впадая в задумчивость. Он всегда был непростым человеком, и Саша лишь надеялся, что хитросплетения в его голове, приведшие к этому недоразумению, уже распутаны. Поэтому следующий вопрос его крайне озадачил. — Вы с ним уже целовались? — С кем? — опешил Саша. — С соседом. — Нет, ты чего? Нет, ну по пьяни он делает всякое… — Но этого мало, — закончил Ростислав. — Что? — Саша окончательно запутался и потерял нить разговора. — Значит, ты ещё ни с кем не целовался? — Как «ни с кем»? Даже в школе было пару раз, — у Ростислава брови поползли вверх, и Саша поспешил уточнить. — Ну, с теми девчонками из «А». Ты тоже с нами был. — А после? — С одноклассницей из другой школы, и на дискотеке ещё с девчонкой было… — Вот! В этом всё и дело, — торжественно произнёс Ростислав. — Сядь рядом, — скомандовал он. — Я не понимаю, что ты хочешь… — сказал Саша, тем не менее поднимаясь со стула и пододвигая табуретку к нему. Взгляд Ростислава был странным. — Вот, — проговорил он немного растерянно. — Теперь посмотри на меня. Он развернулся так, чтобы смотреть прямо, а не повернув голову, и пододвинулся почти вплотную. Рассматривание друга, да ещё и с такого близкого расстояния, нервировало. Автоматически отмечая красивые большие карие глаза под хмурыми чёрными бровями и мягкие полные губы, Саша мимически выразил своё непонимание. — Что чувствуешь? — тихо спросил Ростислав. — В смысле? — в тон ему сказал Саша, начиная смущаться из-за того, что лицо гостя придвинулось немного ближе. — Значит, всё в порядке, раз ничего не чувствуешь, — заключил Ростислав. — Сейчас поцелуемся, чтобы быть абсолютно уверенными. — Постой, что? — Не дёргайся. Засекаю минуту, — он что-то нажал на часах и аккуратно поцеловал нижнюю губу ошалевшего Саши. Сердце в панике ухнуло вниз. «Действительно мягкие,» — растеряно подумал тот, пытаясь придумать хоть какое-то объяснение происходящему. То есть он понимал, что правильнее всего было бы оттолкнуть друга, а потом разбираться. Но ведь это был не незнакомец с улицы, и наверняка для внезапного поцелуя имелась веская причина. Пока мысли перескакивали одна на другую, Ростислав неглубоко скользнул языком между его губ, и по позвоночнику пробежали мурашки. Саша замер, теперь пытаясь проанализировать новое ощущение, но оно длилось так мало… Он приоткрыл рот, дожидаясь повторения. Это было просто любопытство, не более. С каждым следующим разом язык проникал всё глубже и глубже, навязывая свой танец, заставляя отвечать, сплетаться и задыхаться. От этого Сашу бросало то в жар, то в холод. Он даже перестал замечать неудобство позы и сталкивающиеся колени. Он не думал ни о чём, подчиняясь простым движениям, растворяясь в ощущениях. Глаза закрылись, когда в волосы скользнули сильные пальцы. У уха что-то запищало, но это было слишком маловажно, чтобы отвлечь Сашу. Скольжение языка внутри его рта было приятно и волнующе. Поцелуй увлекал, кружил голову, требовал выхода закипающей в груди страсти. Руки несмело принялись поглаживать тело друга, прижимая его к себе, теребя и задирая футболку. Пульс гулко отдавался в висках, и дышать было тяжело. Саша закинул голову назад, чтобы перехватить воздуха. Но это ему не удалось. Ростислав прижался влажными горячими губами к его шее, пуская очередную волну возбуждения по его телу. Саша резко выдохнул, представив, как эти губы спускаются ниже, прихватывают сосок, целуют живот… Горячее дыхание у уха застало его врасплох настолько, что он вскрикнул, почувствовав, как от этого напрягается низ живота, и подался назад, падая с табуретки. Руки, до этого придерживающие за талию, подхватили под задницу и перетащили на колени. Саша растерянно уставился на друга, в лицо которого он чуть не впечатался. Вспомнив прошедшую минуту, он прикрыл глаза, ощущая, как стремительно краснеет. Ростислав молчал, и мысли буквально разрывали Сашу на части. Глупее он себя ещё в жизни не чувствовал и был готов сгореть от стыда. — Немного неудачно, — вдруг признал гость таким тоном, будто речь шла о небольшом эксперименте. — У тебя давно был секс? — Что? — неуверенно возмутился Саша, удивляясь спокойствию друга. — Мы оба не геи. Просто давно ни с кем не спали. Я в прошлом месяце порвал со своей девчонкой. Вот и всё. Саша аккуратно выбрался из объятий друга, поднял табуретку и на всякий случай отсел на стул. Ростислав задумался так сильно, что не заметил этих манипуляций. Или просто одобрял их. Всё ещё не пришедший в себя хозяин квартиры не понимал неожиданной откровенности гостя, которую он раньше не замечал. О поцелуе он изо всех сил старался не думать, хотя получалось с большим трудом. Ростислав поднялся и подошел к Саше.