Шалунья

Майские каникулы давно закончились, начинался удушливый июнь, а с ним и сессия. Даже Митька по ночам забрасывал свои игры, чтобы, высунув язык, зубрить и писать шпаргалки. Что уж говорить о серьёзном Ростиславе, не отрывающемся от учебников и сайтов. Всё-таки университет не школа — никто не даёт полный объём информации, многое приходится искать самому. Сдав последний экзамен и почувствовав возможность отдохнуть, Ростислав вернулся мыслями к Саше. После небольшого шока Ростислав вдруг понял, что всё вполне даже логично. С самого первого дня его тянуло защищать Сашу. Конечно, никакой корыстной цели он при этом не ставил и на самом деле всегда старался помогать более слабым, но с Сашей всё было немного по-другому. Это был не долг «хорошего человека», не обязанность, это было стремление, исходящее от самого сердца. Только вид Сашиных синяков приводил его в ужасное настроение, хотя вообще Ростислав считал небольшие травмы неотъемлемым атрибутом любого парня. Он бы мог общаться со многими в школе: его звали и в банды, и в самодеятельность, и в кружки, но всему этому он предпочитал общение с Сашей. Всё было очевидно, и, наверное, поэтому настолько незаметно. Ростислав упорно заглядывал в «Вконтакте», неизменно находя их с Сашей переписку в исходном виде. После того похода они не перекинулись и словом. Ростислав пару раз порывался затеять серьёзный разговор, но сам же себя отговаривал, понимая, что более впечатлительному Саше требуется больше времени, чтобы всё «переварить». А раз ещё рано, то следовало чем-то себя занять. Поэтому предложение Митьки, сходить на концерт в честь Дня молодежи, было благосклонно принято. Ростислава беспокоил только один вопрос — как определить, что Саша уже готов к обсуждению? Ведь ждать было так сложно… *** Большую часть экзаменов Саша сдал автоматом, поэтому не пришлось даже брать ученический отпуск на работе. На концерт идти совсем не хотелось, но сидеть дома не хотелось ещё больше. К тому же отделаться от Антона практически невозможно — уж Саша это точно знал — поэтому, страдальчески вздохнув, он оделся и вышел в полуденный зной, надеясь, что народу на концерте будет не очень много. Но он предсказуемо ошибся. И только он решил тихонько улизнуть и отправиться домой, как был пойман Антоном. Друг бодро хлопнул его по плечу и, сцапав его руку, потащил в самую гущу прыгающих потных тел, аргументируя этот акт мазохизма тем, что «иначе они ничего не увидят». Когда им, наконец, удалось кое-как устроиться в толпе, Саша подумал, что даже хорошо, что не остался дома. Когда голову было нечем занять, мысли сами собой возвращались к Ростиславу и их майскому походу. Конечно, надо было уже давно забыть, просто позвонить и пригласить куда-нибудь, посидеть по-дружески, не вспоминая ничего лишнего, но Саша был уверен, что ничего не получится. Как только их глаза встретятся, Саша весь зальётся краской, с головой выдавая ход своих мыслей. Но такое невозможно забыть! Не раз он просыпался со стойким желанием снова оказаться в крепких руках Ростислава, довериться его заботливым пальцам и аккуратным губам. Он закрывал глаза и тяжело вздыхал, пытаясь справиться с наваждением, но от правды не уйти. Ростислав ему нравился, притом очень сильно. Саша был готов смотреть на него, не отрываясь. И не сказать, что Ростислав был фантастически красив, но Сашу тянуло, как магнитом. Хотя бы раз в день он смотрел на их фотографию, сделанную Лизой в походе. Конечно, куда проще было просто позвонить, попросить о встрече и открыть свои чувства, но от одной мысли об этом Саша хотел сжаться и спрятать голову под подушку. Да, Ростислав был геем, и ему явно был симпатичен Саша. Но что, если у него это не настолько серьёзно, а Саша тут со своими чувствами… Слабая надежда на то, что глупые чувства внезапно сойдут на нет, угасала с каждым днём. Поэтому приходилось старательно отвлекать себя от мыслей о Ростиславе, а то недолго было скатиться в полное уныние. Зрители рядом радостно захлопали, толкая Сашу и этим вытаскивая его из вороха размышлений. На мгновение стало тише, пока музыканты объявляли следующую песню, только поэтому Саша услышал мелодию своего мобильного. Он с удивлением посмотрел на имя «Вероника», высветившееся на экране. Антон, заглянувший ему через плечо, прокричал: — Ответь ей! Даже не думай сбросить! Саша знаками показал, что отойдёт, чтобы ответить, но звонок, естественно, прекратился, пока он выбирался. Вдохнув относительно свежего воздуха, Саша задумался, зачем Веронике звонить ему, ведь у них, вроде как, ничего не получилось и теперь просто получиться не может. Но опять же их связывали не только неудачные свидания. Рассудив, что Веронике, наверняка, нужна помощь по учёбе, он набрал её номер, практически не чувствуя волнения. — Саша! — прокричал голос Ростислава из трубки. Сердце подпрыгнуло в груди, а пальцы чуть не разжались. Саша быстро сбросил. Проверив журнал звонков, он удостоверился, что точно звонил Веронике и ничего не перепутал. Первое, что пришло ему в голову — Вероника дала Ростиславу свой телефон, но они ведь даже не знакомы: разные университеты, разные факультеты и школы… Решив свалить вину на свой потрёпанный жизнью телефон, Саша запомнил цифры номера девушки и нашёл контакт «Ростя», с удивлением поняв, что номера идентичны. Ошарашено глядя на свой телефон, он лихорадочно соображал, как такое могло случиться, и что бы это значило. Последующий входящий звонок от Ростислава Саша сбросил, потому что картинка в его голове начала складываться. Странный и очень внезапный визит друга, который невесть откуда узнал его адрес, оказался вполне объяснимым. Он отсылал смс Веронике, а получал их Ростислав. Краска начала заливать его щёки, когда он вспомнил содержание этих посланий. Да друг должен быть в полном шоке! Хотя получалось что… что ему не надо признаваться? Он, сам того не зная, уже признался и в давней любви, и в мечтах о губах Ростислава, и в… На новый входящий от «Вероники» он ответил, точно зная, чей голос услышит: — Саша! Ты на концерте? — Да… — Значит, это всё-таки ты… Стой там, где стоишь, я сейчас к тебе приду. Саша растеряно смотрел на потухший экран телефона, едва удерживаясь от нервного смешка. Когда его почти тут же хлопнули по плечу, он со вздохом сказал: — Антон, я, наверное, поеду… Но это был не Антон. — Поехали, — согласился Ростислав. Он взял Сашу за руку, и они пошли на остановку. В троллейбусе язык словно прирос к нёбу, и Саша не мог выдавить из себя ни слова, едва находя себе место и постоянно заставляя себя отводить взгляд от задумчивого лица Ростислава. Сердце заходилось в бешеном темпе, ладони потели, хотя раньше Саша не замечал за собой такой склонности. Как они оказались на другом конце города, и как удалось прозевать столько времени пути, Саша не знал. Ростислав уверено провёл его дворами и остановился у одного из подъездов, доставая связку ключей. Конечно, Саша догадывался, что они не для того, чтобы посидеть на лавочке, проделали столь неблизкий путь, но думать о том, что они сейчас останутся наедине, было очень смущающее. В лифте его осенило, что дома, наверняка, мог оказаться Митька. Но, когда они пришли в квартиру, по царящей в ней тишине стало понятно, что шумного соседа не было. — Садись. Голодный? — спросил Ростислав, естественно входя в роль хозяина. — Нет, спасибо… Только если воду… Пить очень хочется, — Саша потупил глаза, заметив, что заглядывается на обтянутую тонкой футболкой спину друга. Банка холодного пива, поставленная перед ним, была просто идеальным решением. Ростислав уселся на табуретку рядом, привычным движением открыв свою банку и делая глоток. Саша поймал себя на том, что смотрит на то, как движется кадык друга. Из-за волнения и неловкости, охвативших Сашу, он провозился с пивом куда дольше, но результат стоил всех мук. Холодный напиток освежил и расслабил. Едва оторвавшись, Саша снова припал к банке, но вмешался Ростислав, придержавший его руку: — Заболеешь. — Ты меня вылечишь, — не подумав, ляпнул Саша. — Как всегда быстро напиваешься, — по-доброму усмехнулся Ростислав. — Я нисколько не пьян! Это же всего пара глотков. Просто… — Послушай, — перебил его невнятные объяснения друг, — я бы хотел сегодня поговорить о том, что произошло в походе, — он сделал небольшую паузу. — Я не хочу, чтобы ты от меня шарахался, но, думаю, вполне очевидно, что я к тебе совсем не по-дружески отношусь. У Саши засосало внизу живота. Было ужасно понимать, что возбудился просто от слов, произнесённых Ростиславом. А учитывая то, что он боролся с желанием, накатившим на него, едва он увидел Ростислава в обтягивающей майке, ситуация становилась крайне некомфортной для простого сидения на стуле. Поэтому Саша собрался с силами и выдавил из себя: — Я тоже… Ростислав будто впал в задумчивость, что-то решая про себя. А Саша тихо сходил с ума от его близости. Большие сильные ладони были всего в каких-то миллиметрах от его собственных. Если чуть пошевелить пальцем, то можно было задеть, а потом и переплести пальцы, притянуть Ростислава ближе и … — Пойдём, — рука накрыла Сашину ладонь, и он безвольно последовал в заданном направлении. Спальня. У Саши закружилась голова, а кровь прилила к щёкам. Он бы много отдал, чтобы вести себя не как невинная школьница, но ничего не мог с собой поделать. Чувства брали верх над ним. — Я тороплюсь? — спросил Ростислав, и Саша удивлённо уставился на него, расслышав нотки неуверенности. Волнение друга заставило Сашу улыбнуться — значит, они на равных. Оба смущены и оба… Да, сгорают от желания. Ростислав притянул его к себе и, наконец, поцеловал. От слишком долгого ожидания у Саши подкосились ноги, но Ростислав уже крепко удерживал его в своих объятиях. На ум пришла сцена из фильма, на который они ходили вместе. Саша, затаив дыхание, ждал, что Ростислав опрокинет его на кровать, стащит с него одежду, будет резко и бесстыдно лапать. Однако друг всё медлил, а Саша заливался краской, не понимая своих собственных мыслей, но подчиняясь им, медленно подвигая их обоих к кровати. Каким-то образом он оказался верхом на лежащем Ростиславе и чуть не умер от смущения, почувствовав, как его бёдра трутся о твёрдый член друга. Самоконтроль Ростислава выводил из себя. Саше приходилось сдерживаться, чтобы не попросить его быть жёстче и самому не перегибать палку. Он стянул с себя футболку, и тёплые руки Ростислава прошлись по бокам, заставляя зажмуриться. В следующую секунду эти же руки притянули Сашу для поцелуя. Ладони заскользили по его спине, останавливаясь на ягодицах. Саша тяжело выдохнув в рот Ростиславу, и тот углубил поцелуй, сжимая пальцы на его заднице. Секса хотелось неимоверно. Запах горячего сильного тела опьянял. Саша постанывал, делая поступательные движения бёдрами и возясь с ширинкой джинсов Ростислава. — Я дома! — жизнерадостно завопил Митькин голос. Оба парня тут же замерли. — Нечестно было бросать меня там одного! Все девчонки разбежались, когда ты ушёл, — продолжал Митька, судя по звукам, сняв обувь и проходя в квартиру. Парни быстро встали с кровати, усилено стараясь привести себя в порядок, но только разыгравшееся возбуждение было не скрыть. — Сядь, — тихо скомандовал Ростислав Саше, кивнув на кровать, а сам расположился за ноутбуком, быстро его запуская. — Как думаешь, что я теперь буду делать весь вечер? — просил Митька, открывая дверь комнаты, и тут же удивлённо распахивая глаза. — Да у нас гости? Значит, Ростя приготовил что-то вкусненькое? — Митька дружелюбно протянул руку Саше, покосившись на подушку, которую тот второпях кинул себе на бёдра. — Нет, — отрезал Ростислав. — Тогда иди и готовь. Нечего морить нас голодом! Поторговавшись немного, чтобы дать время возбуждению отступить, Ростислав милостиво согласился. Спорить с Митькой было себе дороже. К тому же идея была не такой уж и плохой, надо было отвлечься. Вся компания мирно перешла на кухню. Ростислав сразу принялся возиться с продуктами, а остальные устроились ждать. — Так значит вы теперь съедетесь? — тоскливо спросил Митька, состроив умильную мордочку. Брови Саши резко поднялись в удивлении. Спина Ростислава тоже напряжённо замерла. — Почему ты так решил? — Ну как? Старые друзья, и отношения вон какие тёплые. Тебе Ростя, поди, запросто про своих телочек рассказывает, а мне всё выпытывать приходится. Скрытный такой, просто жуть! — Не пори горячки, — хмуро сказал Ростислав. — А что я такого сказал? — Если что-то скажешь, то останешься без обеда! — пригрозил тот. — Мне он тоже ничего про своих девушек не рассказывает, — вмешался Саша. — А мне очень интересно. — Друг, это ты по адресу, — протянул Митька. — Я, конечно, немного знаю, но всё, что знаю — расскажу! — Вы двое… — развернулся к ним Ростислав. — Ну ты корректируй, если что, — милостиво разрешил ему Митька. — В общем, слушай… В итоге Ростислав чуть не оставил их обоих без обеда, но им удалось убедить его в том, что он один столько не съест. Время прошло незаметно, и Саша только в девятом часу спохватился о том, что ему рано вставать на работу. Митька предложил ему остаться у них, но только взглянув на Ростислава, Саша замотал головой и поспешил на улицу. — Я провожу тебя, — сказал Ростислав, придержав его за руку. — Не надо, — тихо сказал Саша, думая о поцелуе в лифте и находя это крайне развратным. — Надо. А то у меня ощущение, что ты сбегаешь. — А давай, и правда, съедемся? — вдруг предложил Саша, представив, каково это каждый день просыпаться на крепкой груди Ростислава. Всю дорогу до остановки они провели в обсуждениях будущего переезда. Казалось, Саша даже больше Ростислава был удивлён таким поворотом. Но всё выглядело вполне гладко: Митька переберётся к Владу, а он, Саша — к Ростиславу. Конечно, объяснения типа «Ростя поможет мне с экзаменами», были слишком притянуты за уши, но соблазн жить вместе и каждый день видеться был слишком велик, чтобы думать о каких-то препятствиях.