Set your demons on fire.

Дерек приходит в себя, когда на него выливают ведро ледяной воды. Он вскидывает голову, распахивает глаза, чувствуя, как холодные струйки стекают по его телу, и одежда прилипает к коже. Яркий свет бьет в глаза. Руки и плечи затекли от нахождения в одном положении… уже сколько? Сутки? Больше? Даже природное чувство времени подводит Дерека. Он не может сказать, и кто его здесь держит, и почему. И попытки проанализировать все с самого начала тоже ни к чему не приводят. Единственное, что он знает точно, это то, что раз его привели в чувство, значит, пытки сейчас продолжатся. И в этом он оказывается прав. В помещение входят двое крепких мужчин. Он не видит их, свет мешает, но слышит их шаги и чувствует запах пота и лукового перегара. А еще от них исходят волны ненависти, всепоглощающей слепой ненависти, которая требует выхода и немедленно. И они с удовольствием находят его, издеваясь над оборотнем, при чем каждый раз разнообразя орудия пыток. То это биты, то цепи, то разряды тока. Они точно знают, что делают. Они избивают его, пока он не начинает терять сознание от нестерпимой боли, тогда они дают ему время придти в себя и снова продолжают. Они внимательно следят и за тем, чтобы он не зашел за ту грань, когда тело теряет чувствительность, и когда боль не начинает доставлять удовольствие. Пытки могут длиться часами, истязатели сменяют друг друга, когда утомляются. А еще они говорят. Они комментируют как свои действия, так и реакции подвешенного на цепях оборотня. Дерек пытается не слушать, закрыться от этих нестерпимо противных звуков, но они проникают в уши, вонзаются в мозг как ржавые сверла. - Смотри, как дергается – это когда пускают ток – Мой дед любил брать меня с собой на рыбалку, учил меня червей на крючок насаживать. Так они эдак же извивались. Сравнивать его с червями… Дерек скрипит зубами от злости и боли. Мечтая лишь освободиться от этих цепей и порвать своих мучителей в клочья. Но это не представляется возможным. Все силы уходят на регенерацию, и как только ему удается хоть немного придти в себя, как мучители возвращаются, и все начинается снова. Интересно, что они приготовили в этот раз. Интересно? Хотя нисколько. Просто Дерек хочет знать, к чему готовиться. Мужчины подходят ближе. И он видит. Отблескивающие в ярком свете лезвия клинков. - Будете резать меня как барана? – иронично осведомляется Дерек, скрывая свой ужас за насмешкой. Мужчины, переглянувшись, начинают ржать. - Именно так, мешок с костями, именно так - один из них подходит и проводит лезвием по телу Дерека снизу вверх, начиная от шеи и заканчивая у ремня джинсов, распарывая футболку, не сильно заботясь о том, что при этом прорезает и кожу, оставляя глубокий кровоточащий след. Дерек сдерживает стон, старается не смотреть, как мужчина кончиком ножу небрежно отводит края разрезанной футболки в стороны, при этом оставляя царапины на теле. По всей видимости, клинок сделан из серебра, потому что от его прикосновения тело ужасно жжет, как будто металл раскалили на огне, и раны не заживают. Фредерику с самого детства нравилось над всеми издеваться и все крушить. Когда он был маленьким, он ломал игрушки. И вовсе не для того, чтобы узнать, как они устроены, как это делают большинство детей. Ему доставляло удовольствие именно уничтожение. Он отбирал у соседских девочек кукол и отрывал им руки, ноги и головы. Особенно ему нравилось делать это на глазах у владелиц игрушек. Их горькие слезы и мольбы были самой сладкой музыкой для его ушей. Став постарше, Фредерик переключился на домашних питомцев. Зная его склонность к насилию, соседи прятали от него своих любимцев, а родители запрещали выходить со двора. Но однажды ему все же удалось поймать собаку и вспороть ей брюхо. И надо же такому случиться, собака ожидала потомство. Но все обошлось. Собаку вовремя отвоевали у Фредерика, хотя он не желал отдавать ее ни в какую, размахивал окровавленным ножом, собственноручно заточенным, не попускал никого к истекающему кровью животному. Его пытались уговорить, отвлечь, и неизвестно, чем бы все закончилось, если бы один из полицейских не подкрался бы к нему сзади и не скрутил бы. Собаку удалось спасти, и щенков тоже, но самого Фредерика отправили в специнтернат, больше похожий на тюрьму для малолетних преступников. Домой Фред уже никогда не вернулся. В интернате он сдружился с Терри, и они стали неразлучны. Вместе они выпустились из интерната, вместе покинули ненавистный город и отправились на поиски все новых и новых жертв. Терри обладал незаурядным интеллектом, и очень скоро смекнул, что долго сами по себе они не продержатся. Полиция уже дышала им в затылок. Самым разумным было примкнуть к какой-нибудь банде и выполнять для них грязную работу взамен на протекцию и относительную безопасность. Так они и сделали. И ни разу не пожалели. Мало того, что они могли заниматься своим любимым делом, так еще и получали неплохие деньги за это. Фред всегда начинал первым. Терри нравилось смотреть. Он получал от этого кайф. А потом он присоединялся к Фреду. И они работали в четыре руки. И это совместное «творчество» так окрыляло их обоих, что они буквально достигали экстаза. И чем больше страдала их жертва, тем сильнее было это чувство. Терри называл его ласково Фредди Крюгер. А сам Фред очень жалел о том, что у него нет таких же как у его прототипа когтей-лезвий. Но ножи вполне могли послужить заменой. Вот как сейчас… Фред приближается к своей жертве почти вплотную, бесцеремонно вторгаясь в личное пространство Дерека, обдавая жаром своего потного крупного тела. Заглядывает в горящие ненавистью и презрением глаза. - Мне с тобой так весело, мешок костей – вкрадчиво шепчет он – ты такой долгоиграющий – это не его слово, это Терри придумал, но Фреду понравилось, и он с удовольствием повторяет его теперь. Все также, не отрывая взгляда от глаз Дерека, он вонзает нож под ребра оборотня и, затаив дыхание, наблюдает, как расширяются зрачки, слушает, как прерывается дыхание, чувствует, как горячая кровь вытекает из раны и течет по его руке. Фред поворачивает нож в ране, ухмыляясь, ловит слабый стон. - А ты не сдерживайся, здесь все свои – он оборачивается к Терри, подмигивает ему, и тот улыбается в ответ. – Покричи, вдруг легче станет. Говорят, что становится. Попробуем? – он резко выдергивает нож и вгоняет его в живот жертвы. Тело Хейла дергается на цепях, вызывая приступ неудержимого безумного хохота у его мучителей. Терри подходит ближе, проводит острием клинка, рассекая руку Дерека от запястья до локтя, а потом вонзает его в руку. Терри более изощрен в своих пытках, он прекрасно знает, где расположены болевые точки на теле человека. И сейчас безошибочно нашел одну из них. Дерек взвыл от всепоглощающей нестерпимой боли. - А он петь умеет – с притворным удивлением тянет Терри. - У тебя любой запоет – отвечает ему с нескрываемым восхищением Фред. - А давай поиграем в крестики-нолики – предлагает Терри. Фред с энтузиазмом поддерживает эту идею. Дерек молит бога послать ему забвение, чтобы не быть свидетелем этого позора. Он чувствует, как из ран вытекает кровь. А вместе с ней уходят и силы. Но все же недостаточно быстро, чтобы отключиться прежде, чем Фред начинает чертить на его теле решетку. По сравнению с уже испытанной болью это не так ужасно, но отчаяние и стыд усиливают агонию. Дерек рычит и пытается достать зубами ненавистные руки. Когти появляются сами собой. Глаза загораются холодным голубым огнем. - А это уже лишнее – Фред наотмашь бьет пленника по лицу. Дерек чувствует вкус собственной крови во рту. - Ты с левой, я с правой. На три – Фред и Терри переглядываются и кивают друг другу. Дерек с ужасов понимает, что эти двое задумали. Они хотят отсечь ему когти. Вместе с пальцами… Это конец. С этим никакая регенерация не справится. Или сейчас он вырвется и не допустит этого, или откусит себе язык и умрет, наконец, от кровопотери. В отчаянной попытке освободиться оборотень напрягает все мышцы, игнорируя боль, снова и снова дергает цепи, беспощадно сдирая кожу на запястьях, но все его попытки тщетны. Он с ужасом, от которого все внутренности скручиваются в тугой комок, слышит отсчет. Иронично. Это и правда будет последний отсчет в его жизни. - Раз… Два… Ну вот и все. Прощай, Стайлз. Прости, Лора. Я так и не смог отомстить за тебя… Скоро я сам тебе расскажу об этом…. - Это и правда лишнее – слышит Дерек еще один, уже знакомый голос. Он узнает его из тысячи. Этот голос снится ему в кошмарах. Преследует его по телефону. Это голос того, кто составил список и уничтожает оборотней. Как ни пытался Дерек рассмотреть того, кто разговаривал с ним, у него ничего не получалось. Яркий свет прожектора слепил глаза, выжигая на сетчатке белые расплывающиеся круги. Терри и Фред с очевидным нескрываемым сожалением опускают ножи. Отступают в стороны. - Тебе понравилось гостить у нас, а, Дерек? – надтреснутый голос звучит насмешливо. – Надеюсь, что да, иначе наши усилия пропадут даром – все трое разразились смехом. – Так вот. Это – надтреснутый голос подчеркнул это слово – была всего лишь демонстрация наших возможностей. Ты спросишь, зачем? А я скажу тебе, зачем. Чтобы ты подумал, стоит ли вам и дальше совать свои любопытные носы туда, куда не следует. Особенно этому твоему дружку-человеку. Ты только представь, что с ним будет, окажись он на твоем месте… - пауза – что, представил? Вот и подумай, нужно ли тебе это. И что для тебя важнее. Твоя дохлая сучка-сестра, которую уже черви едят ли это юное невинное жизнерадостное существо с непонятным именем. Стайлз… О чем только думали его родители, когда давали парню имя… При упоминании Стайлза ярость вновь овладевает Дереком, и он снова безуспешно пытается вырваться, рыча от злости и осознания собственного бессилия. - Я так понимаю, что ты меня услышал. И понял. Смотри. Это уже второе предупреждение. Третьего не будет. - Лучше убей меня, пока есть возможность. Потому что я тебя предупреждать не стану – каждое слово дается с трудом, отдаваясь острой болью глубоко внутри, но Дерек заставляет свой голос звучать твердо. – Я приду и убью тебя. - Как же вы все любите эти плоские стереотипные выражения… Ну каждый раз одно и то же… Никакой выдумки и разнообразия. – Досадливо тянет надтреснутый голос. - Будет тебе и выдумка, и разнообразие. Вот только доберусь до тебя – зловеще обещает Дерек. - В твоих мечтах – равнодушно отзывается надтреснутый голос – Заканчивайте с ним - нетерпеливо бросает он. Это было последнее, что слышал Дерек. Сильнейший разряд тока прошил его тело, и наступила темнота. *** Когда заказчик ушел, Терри и Фред снова переглянулись, обменялись заговорщическими взглядами и одновременно всадили ножи в тело все еще висящего на цепях в глубокой отключке оборотня. Ножи вошли в плоть с характерным треском сопровождающим разрыв тканей и органов. Как будто осуществляя пуск ракетной установки, мужчины повернули ножи в одном и том же направлении и резко вытащили их. Насладившись своим садистским порывом, они разомкнули удерживавшие руки и ноги Хейла цепи, нисколько не заботясь о том, что у них в руках живое существо, бесцеремонно протащили все еще находящегося без сознания пленника по длинному полутемному коридору и выволокли на улицу, под метущий сплошной стеной мокрый снег. Там стоял черный Камаро, тоскливо ожидая хозяина. Но на этот раз он не занял свое место за рулем. На Дерека натянули его собственную куртку, иначе кто поверит, что это был несчастный случай, зашвырнули на заднее сиденье и накрыли старым покрывалом. Терри занял место за рулем, Фред плюхнулся рядом. - Классная тачила – прокомментировал Фред – может, себе оставим? У меня такой никогда не было – он уставился на Терри в ожидании ответа, глядя на него глазами голодного щенка, который смотрит на хозяина, держащего в руках жареного цыпленка. - Тачка, конечно, суперская, с этим не поспоришь – задумчиво начинает Терри. Фред уже готов начать пускать слюни от предвкушения, воображение услужливо рисует картину. Фред тормозит рядом с шикарными цыпочками, и те с готовностью прыгают к нему в машину…. когда Терри разрушает его мечты – но приказ есть приказ. Наш заказчик не из тех, кто прощает, когда его ослушаются. Фред тяжко вздыхает, не скрывая своего разочарования и сожаления. - Неужели нельзя выбрать другой способ для изображения несчастного случая? – раздосадовано восклицает он – обязательно губить такую красоту! - Ну например, назови хоть один – Терри выезжает со двора и уверенно ведет машину по блестящей от растаявшего по колесами снега и встречных фар улице. - Ну вот хотя бы… - запальчиво начитает Фред. И тут же замолкает. Потому что его извращенный мозг не способен самостоятельно создавать хоть маломальские импровизации. Что касается пыток и издевательств, тут он более-менее может проявить изобретательность. Но все, что выходит за эти пределы, выходит и за пределы его воображения. Он прекрасный исполнитель. Если ему конкретно скажут, что и как сделать, он сделает все в точности и в лучшем виде. И Терри прекрасно это знает. - Так что сделаем, как сказано. И дело с концом. – Назидательно произносит он. Фред только кивает и снова вздыхает. Остаток пути до выезда из города проходит в тягостном молчании. - Куда поедем? – оборачивается к Фреду Терри. - Давай на третий поворот? – отзывается Фред. Они уже столько раз проворачивали нечто похожее, что все места «несчастных случаев» у них пронумерованы. - А давай. Посмотрим, далеко ли эта крошка улетит. - Спорим, она сделает три переворота! – воодушевляется Фред. - Я бы сказал, что она возится мордой, а потом взорвется. Без переворотов. - Ну это смотря как запустить! – не сдается Фред. - Сам и запустишь – с деланным равнодушием отзывается Терри. - А то! – потирает руки Фред. - Ну и запускай – Терри тоже доволен, теперь ему не придется сталкивать эту тяжеленную машину с обрыва, пачкая обувь и одежду. Вскоре он останавливаются, съехав с дороги. - Это хорошо, что снег сильный – отмечает Терри, вылезая в мокрую промозглую темноту. - Чего хорошего? – бурчит Фред, перекладывая все еще не пришедшего в себя Дерека на переднее сиденье. - Следы скроет, вот чего. – Терри подозрительно рассматривает оборотня – Что-то он долго в себя не приходит. Неужто концы отдал? - А какая разница? Не сейчас, так потом. – Фред захлопывает дверцу – Только зачем такие сложности с этим несчастным случаем… - Ты опять за свое? – повышает голос Терри – как сказано, так и сделаем. - Да ладно, чего ты – Фред выворачивает руль и, налегая всем телом, толкает машину к обрыву. Сначала машина как будто пытается сопротивляться. Но потом все быстрее начинает двигаться навстречу неминуемой гибели и вот наступает момент, когда, на секунду зависнув на краю обрыва, она, покачав капотом, срывается вниз, в непроглядную тьму. Как ни пытаются Фред и Терри рассмотреть, кто из них окажется в итоге прав, но им не удается, и лишь когда машина, достигнув дна, с грохотов взрывается, выбрасывая высокий столб ярко-рыжего пламени, мужчины инстинктивно отшатываются от края пропасти. - Проклятый снег – бурчит Терри – я промок до нитки. И почему у тебя так и не хватило толку научиться водить машину? – он бредет в сторону трассы. Фред виновато смотрит ему в спину и, бросив последний взгляд на догорающий остов когда-то шикарной машины, вздыхает и, неуклюже догоняет Терри. - Может, нам повезет, и нас кто-нибудь подвезет… - как будто в оправдание говорит он. - Вот сам и лови тачку – огрызается Терри. У него уже начинается ломка, а дозу ему обещали лишь по окончанию их сделки. Его все раздражает. Он точно знает, что если в течение получаса он не получит дозу, ему станет совсем худо. Но ему везет. Фред тормозит фуру, и водитель, сжалобившись над ними, соглашается довезти их почти до места. *** Из его сомнамбулического состояния Стайлза выводит телефонный звонок. Сначала он не понимает, что происходит, откуда исходит этот звук, потом, спохватившись, начинает судорожно искать свой телефон, затерявшийся где-то под одеялом. - Да! – кричит он в трубку. - Ты что кричишь, Стайлз? – слышит он чуть взволнованный голос отца. – У тебя все в порядке? - А… да, пап, конечно, что со мной будет… - Стайлз сразу сник, не услышав того, кого хотел услышать больше всех в жизни. - И чего ты кричишь? - Да просто я думал, что это не ты. – На более изобретательную выдумку у Стайлза нет ни желания, ни воображения. - Ну и манеры у вас – Стайлз представляет, как отец неодобрительно качает головой – Я что звоню. Скотт тебя искал. Заходил недавно. - Он что, вернулся в Бикон-Хиллз? – раньше эта новость вызвала бы шквал эмоций, ведь Скотт бы лучшим другом Стайлза с самого детства. Но не сейчас. - Нет, он приезжал по каким-то делам, зашел спросить о тебе. Он так изменился, повзрослел, возмужал … - отец еще что-то говорил, но Стайлз слушал вполуха. Наконец они попрощались, обсудив какие-то незначительные новости родного города, и Стайлз выронил телефон на кровать. - Даже Скотт появился. А ты, волчара проклятый, как в бездну провалился… Если бы Стайлз знал, насколько его слова близки к истине… Он снова забрался под одеяло, обняв теплую кожанку. И затаился в своем убежище. Наверное, Стайлз уснул. Потому что проснулся, услышав какие-то звуки в соседней квартире. Он привстал, прислушался. Позвал тихо «Дерек?» Ответа не последовало. Неизвестно почему, Стайлзу вдруг стало не по себе. Он осторожно, стараясь не шуметь, выбрался из-под одеяла, подкрался к двери. Приник к ней ухом. Прислушался. Звуки затихли. Но Стайлз точно знал, что он не один. Вернувшись в комнату, он взял свою биту. Откуда она здесь взялась, если он оставлял ее в машине? Неважно. Главное, что он теперь вооружен. Вернулся к двери, осторожно приоткрыл ее и проскользнул в образовавшийся проем. Мелкими бесшумными шагами добрался до двери в соседнюю квартиру. Взял биту двумя руками, поднял ее и пинком открыл дверь. Ворвался в квартиру, готовый сразиться с кем бы он там ни встретил. Квартира встретила его тоскливым запустением и мертвой тишиной. Неужели показалось? Он сходит с ума? Стайлз сделал несколько шагов, пройдя в квартиру, поводя битой из стороны в сторону, и тут дверь с треском закрылась за его спиной. Стайлз резко обернулся, подскочив на месте, бита со свистом рассекла воздух. Он сам удивился своей реакции. Сердце бешено колотилось. Стайлз подошел к двери, но она оказалась запертой. Стайлз безуспешно пытался открыть ее, дергая за ручку, потом положил биту на пол и стал пытаться открыть дверь двумя руками. Ничего не вышло. Кому понадобилось выманивать его из жилища Дерека и запирать потом? Только тому, кто хочет что-то оттуда похитить. Ну уж нет! Стайлз хватает с пола биту и начинает колотить ею по двери, пока не пробивает дыру достаточную, чтобы просунуть руку и попытаться открыть дверь снаружи. У него получается. Стайлз выскакивает в коридор и бросается в квартиру, которую выбрал под свое жилище Дерек. Но не успевает сделать и пары шагов, когда замечает какую-то тень, мелькнувшую в коридоре. Не раздумывая, Стайлз устремляется за ней. Он кричит, требуя, чтобы кто бы там ни был, остановился, иначе хуже будет. Он добегает до конца коридора, тень мелькает на лестнице, Стайлз бежит туда. Он слышит топот шагов на лестнице, он все ближе, и Стайлз уверен, что вот-вот догонит чужака, но тут он оступается на захламленной лестнице и падает вниз…. *** Притворяться, что находишься в отключке, когда тебя вместе с твоей любимой машиной собираются скинуть с обрыва, не так просто, как может показаться. Когда твой инстинкт самосохранения воет не хуже пожарной сигнализации, требуя от тебя немедленных действий, и лишь нечеловеческим усилием воли удается оставаться внешне безучастным и, стиснув зубы, терпеть, пока тебя как манекен бесцеремонно улаживают за руль, причиняя при этом ужасную боль во всем избитом, изрезанном ножами теле. И когда машина срывается с обрыва, у тебя есть лишь пара секунд, чтобы распахнуть дверь и, вырываясь из собственной кожи, отчаянным прыжком покинуть обреченный автомобиль, прыгнуть на скалу и попытаться зацепиться хоть за что-нибудь. Дереку удается все из перечисленного, за исключением последнего. Он покидает падающий в пропасть Камаро, и, судя по отсутствию реакции его убийц, его прыжок остался незамеченным. А вот зацепиться не получается. Обламывая когти, обдирая ладони об острые камни, он все-таки срывается вниз, несмотря на все отчаянные попытки хоть за что-то затормозиться. Неужели конец? Мелькает отчаянная мысль. Где-то далеко внизу с оглушительным грохотом взрывается Камаро. Полыхает ярким заревом. И именно в этом момент Дереку все удается найти шершавый край камня и повиснуть, прижимаясь с скале, сливаясь с ней в одно целое, и остаться незамеченным. Гул огня мешает расслышать то, что происходит наверху. Но Дерек прислушивается и, в конце концов, понимает, что те двое ушли, посчитав его погибшим. Тогда он начинает медленно и осторожно, на ощупь находя опору для ног и достаточно выступающий камень, чтобы зацепиться почти потерявшими уже чувствительность пальцами. Он не смотрит ни вниз, на полыхающий костер, ни наверх. Он просто упорно продвигается вперед. Медленно, слишком медленно. Но зато миллиметр за миллиметром он приближается к своей цели. Сверху сыплется снег, дует пронизывающий ветер, норовящий оторвать его от скалы и сбросить вниз, где он и должен был быть. Дерек глухо рычит, закрывает глаза на мгновение, собираясь с силами, потом упорно продолжает свое «восхождение». Проходит целая вечность, прежде чем ему удается добраться до края обрыва. Оборотень обессилено растягивается на заснеженном камне, не чувствуя ни холода, ни боли, только опустошение. Очень хочется остаться лежать вот так, закрыв глаза и ощущать, как холодные снежинки падают на лицо, слушать завывания ветра и не двигаться. Самое главное не двигаться. Если не двигаться, боли почти нет. Регенерация идет полным ходом. Еще пару минут, обещает себе Дерек, и я встану. Еще только пара минуток. Пара минуток неизбежно растягивается еще в одну небольшую вечность. Наконец Хейл оценивает свое состояние как достаточно удовлетворительное для того, чтобы предпринять попытку встать на ноги. Далеко не с первого раза, но все-таки ему это все-таки удается. Пошатываясь, он бредет к дороге. Вспоминает о телефоне, тщетно пытаясь найти его. Вздыхает, продолжает свой путь вдоль пустой трассы по направлению обратно в город. Мимо проносятся машины, некоторые сигналят, заставляя втягивать голову в плечи. Зачем они это делают? Я же им не мешаю … отстраненно думает Дерек. А потом ему несказанно везет. Рядом с ним останавливается машина, дверь распахивается, и сидящая за рулем неопределенных лет женщина предлагает подкинуть его до города. Дерек насторожено и недоверчиво смотрит на нее, не торопясь принимать ее предложение. - Слушайте, там на улице холодно, и мне дует. Садитесь уже быстрее, пока я не покрылась инеем – чуть раздраженно улыбается женщина. Дерек еще секунду колеблется, потом садится в машину, сдерживая болезненный стон. Захлопывает дверь, машина тут же срывается с места. - Почему вы это сделали? - Дерек неприкрыто рассматривает свою спасительницу. Темные прямые волосы стянуты в хвост и лежат на плече. Почти не пользуется макияжем, но ее это не портит. Ее даже можно счесть привлекательной. - Я просто увидела, что у вас неприятности, и решила помочь – дернула плечом женщина, не отрывая глаз от дороги. - Вот так просто взяли и решили помочь неизвестно кому? Вы отчаянная леди – с долей уважения отмечает Дерек. - Во-первых, я могу за себя постоять – то, с какой интонацией она это произносит, не оставляет сомнения в истинности ее слов – а во-вторых… - тут она замолкает, осекшись. – Это же естественно, помогать тому, кто в беде – по ее выражению лица Дерек понимает, что это сосем не то, что она хотела сказать. - Вы были в подобной ситуации – угадывает он. - Не я – быстро возражает женщина – мой отец. Когда у него случился сердечный приступ, вокруг была масса народа. И никто, ни один человек не вызвал врача! – она сжала руль – И когда, наконец, скорая приехала, ему было уже не помочь… - она замолчала. А потом продолжила – И с тех пор я поняла, что жизнь слишком хрупкая, слишком короткая, и нельзя упускать шанс… - она сделала резкий скупой жест рукой. - Мне жаль – тихо сказал Дерек. - Не стоит – женщина бросила на него быстрый взгляд и улыбнулась мимолетной ускользающей улыбкой. Какое-то время они ехали в комфортной тишине, нарушаемой лишь мерным урчанием мощного движка. - Куда вас отвезти? – поинтересовалась женщина, когда вдалеке показались огни ночного города. – Насколько я понимаю, варианты полиция и больница отпадают. Дерек не мог удержаться от улыбки. - Это два места, последние в моем списке наиболее посещаемых мест, если вообще в него занесены. - Я так и подумала – улыбнулась в ответ женщина – так куда? Я бы могла пригласить вас к себе, как во всех этих дешевых боевиках и мелодрамах, но я прекрасно понимаю, что в жизни такой вариант не срабатывает. Вас наверняка где-то ждут. - Вы не только красивая, но и потрясающе мудрая – искренне признал Дерек. - Я знаю – благосклонно приняла комплимент женщина – так куда? - Если вам не сложно, в северо-западную часть города. - Мне-то не сложно – еще одна ускользающая улыбка – а там вы покажете или уйдете пешком или вас кто-то встретит – это даже не вопрос. - Примерно так – кивает в ответ Дерек. Они обмениваются еще парой вежливых фраз, потом Дерек просит остановить машину и берется за ручку двери. - Вы спасли мне жизнь – без преувеличения признается он, глядя женщине в глаза. - Хоть что-то – улыбается она в ответ – говорят, нам это зачтется – пытается шутить она, но глаза остаются серьезными. Дерек открывает дверь, благодарит ее и собирается выйти из машины, но она мягко кладет свою руку на его. - Будьте осторожны, пожалуйста – тихо произносит она – ради тех, кто вас любит – убирает руку. - Спасибо, вы тоже – взглядами они говорят друг другу то, что они никогда не сказали бы друг другу словами. Что, распорядись жизнь иначе, она, не задумываясь о последствиях, отвезла бы Дерека к себе. И что он с удовольствием остался бы у нее. На время. Навсегда… Кто знает? Но у них обоих своя жизнь, в которой они останутся лишь случайными знакомыми. Секундное сожаление и память о встрече на всю жизнь. Такие встречи не забываются. Дерек захлопывает дверцу, и машина быстро уезжает. *** Стайлз падает, беспорядочно размахивая руками. Путается во внезапно сгустившемся воздухе. Он ожидает, что вот-вот ударится об твердый пол, и это будет последнее, что он почувствует в своей жизни. Но тут он внезапно распахивает глаза. Он полулежит на кровати, запутавшись в одеяле, спиной упираясь в стену. Так это был сон. Просто сон. Стайлз пытается отдышаться, сердце колотится где-то в горле, вызывая позывы к тошноте. В комнате темно и тихо. Стайлз один. Никто не вторгался и не покушался ни на него, ни на имущество Дерека. Мысли снова вернулись к оборотню. Стайлза охватила такая всепоглощающая тоска, что аж зубы свело, и внутренности сжались в один тугой клубок. Так больше нельзя. Так можно и правда умереть. Сколько он уже провел времени в этом коконе в обниму с кожанкой Дерека? И сколько еще проведет… Ну и пусть. Ничего не имеет значения больше. Стайлз снова забрался под одеяло, прижав к себе куртку, и закрыл глаза. Так его и застал Дерек, бесшумно войдя в комнату. Еще увидев машину Стайлза, покрытую слоем снега в несколько сантиметров, он понял, что парень провел в его жилище как минимум последние пару дней. И, несмотря на пробирающий до костей ветер, он почувствовал тепло, исходящее откуда-то изнутри. Наверное, это то, что люди называют душой. Странно. После всего, что выпало на его долю, Дерек думал, что у него уже не осталось души и способности чувствовать все это. Но Стайлзу удалось снова разубедить его в этом. И вот он стоит посреди комнаты напротив кровати и впитывает эти эманации тоски, отчаяния и безысходности, и в его сердце шевельнулось нечто хорошенько забытое, тщательно запрятанное, заколоченное широченными досками крест-накрест, чтобы не дай бог, не вырвалось наружу и не сделало его вновь чувствительным и уязвимым. - Стайлз – негромко произносит он. Как ни странно, его услышали с первого раза. Стайлз поднимает голову и смотрит на него, как будто не узнавая. - Ты мне снишься? – Стайлз моргнул несколько раз и потер глаза, чтобы убедиться, что это не очередные игры его воображения. - Если это сон, то он один на двоих – произносит Дерек, приближаясь к кровати. - Тогда я не хочу просыпаться – Стайлз тянется к нему навстречу – не хочу, чтобы ты снова исчезал. Дерек садится рядом и чуть заметно улыбается. - Я и сам не хочу исчезать – он замечает краешек свей куртки, выставляющийся из-под одеяла. – разве я не говорил тебе, чтобы ты не трогал мои вещи – улыбка становится шире, а тепло в душе становится всепоглощающим и затопляет, как вышедшая из берегов река. - Это точно не сон – делает вывод Стайлз, прищурившись – в моем сне ты был бы более сговорчив и не ругался бы… - ему нужно еще пара ударов сердца, чтобы понять, что его мечта сбылась. - Ты вернулся!!! – восклицает Стайлз. А дальше происходит нечто невообразимое. То, что никогда не приснилось бы Стайлзу в его самых смелых снах. То, что никогда не смог бы предположить, даже допустить мысли о подобном, Дерек. Стайлз, повинуясь неудержимому порыву, бросается к Дереку, и оборотень принимает его в объятия, прижимая к себе. Все правила нарушены, барьеры сметены под напором шквала безудержных эмоций. И что самое примечательное, обоюдных. Стайлз обвивает руками тело Дерека, прижимаясь к нему так сильно, как будто боится, что тот снова исчезнет. Бормочет что-то бессвязное, ругает его за долгое отсутствие, рассказывает о том, как он скучал, что ему пришлось пережить, как ему было плохо одному. - Где тебя носило… Я чуть не сдох тут без тебя… Ты хоть можешь себе представить, что я пережил? Да нет, конечно, откуда… Не смей так делать больше, слышишь, не смей! – выкрикивает Стайлз, утопая в водовороте нахлынувших чувств. Дерек шепчет в ответ что-то успокаивающее, гладит Стайлза по спутанным волосам, все также не отпуская его, каждой клеточной тела ощущая бешеный ритм сердцебиения парня, и чувствует, что он снова оживает. Стайлз поднимает голову и оказывается лицом к лицу с Хелйом. Он вцепляется в крутку Дерека и подтягивается чуть выше. Тот наклоняется к нему навстречу и прикасается жесткими сухими губами к мягким губам Стайлза. Стайлз сначала замирает, широко распахнув глаза, но когда Дерек пытается отстраниться, сочтя свою попытку неудачной, Стайлз отчаянно приникает к его губам, как будто от этого зависит его жизнь. И Дерек, получив негласное согласие, захватывает инициативу. Он проводит языком по губам Стайлза, как будто спрашивая разрешения, которое уже и так получено, проникает парню в рот и начинает свои увлекательные исследования. Проходится по кромке зубов Стайлза, щекочет кончиком языка его нёбо, переплетает свой язык с языком парня. Стайлз включается в игру, и начинается бешеное сражение за доминирование. Дерек оказался опытным любовником. Стайлз же, напротив, не мог похвастаться огромным багажом знаний и опыта и действовал по наитию. В этом была его несомненная привлекательность и прелесть неискушенности, той самой свежести и непорочности, которая порождала в Дереке сумасшедшее желание. Желание познавать, исследовать, обладать, пометить как своего. Стайлз полностью отдался во власть требовательного оборотня. Он с готовностью отвечал на поцелуй, быстро наверстывая пробелы в своих умениях, перенимая используемые Дереком приемы и используя их против него же. Хейла подобная ситуация даже забавляла, но он уже хотел большего, и потому запустил руку под футболку Стайлза, поглаживая его по спине. Стайлз в свою очередь прижался к оборотню еще сильнее, ощущая, как от его прикосновения волнами расходится по телу удовольствие и концентрируется внизу живота горячим пульсирующим желанием. Он отрывается от губ оборотня, потому что ему не хватает воздуха. Его тело горит и требует того, чего он еще ни разу ни с кем не изведал. Дерек берет парня за плечи и держит на расстоянии вытянутых рук. Он смотрит в глаза Стайлза и понимает, что они только что прошли точку невозврата. Одним движением он снимает со Стайлза его толстовку вместе с футболкой и отбрасывает на пол. Потом легонько толкает парня в грудь, заставляя лечь на кровать. Стайлз с готовностью подчиняется. Он послушно ложится и наблюдает самое захватывающее действо. Он запомнит этот момент навсегда. На всю свою жизнь. Дерек стягивает свою крутку, и она летит вслед за толстовкой на пол, при этом он не сводит горящих страстью глаз со Стайлза. Стайлз отчетливо понимает, что он сделает все, чтобы только Дерек смотрел на него вот так. На него одного. Всегда. Он хочет принадлежать Дереку весь, без остатка. Кажется, он произнес это вслух, потому что оборотень склоняется над ним и жарко шепчет в ушко «Не спеши». А потом вылизывает его ушную раковину. Это так непривычно, но так приятно, что Стайлз зарывает глаза и просто наслаждается. Но лежать неподвижно не обычаях. Он несмело протягивает сначала одну руку и прикасается к горячей шелковой коже оборотня. Как бы на пробу проводит по ней пальцами. Дерек тем временем поцелуями проходит по скуле и щеке Стайлза и снова накрывает его губы нежным, но полным страсти поцелуем. Снова начинается ожесточенное сражение за доминирование, и, естественно, победа достается более опытному Дереку. Стайлз же тем временем уже дал полную волю своим рукам. Он скользит ладонями по торсу оборотня, чувствуя, как перекатываются мышцы под атласной кожей. Это непередаваемо прекрасно. Как давно Стайлз втайне мечтал об этом… Прикоснуться к этому совершенству, ощутить, прочувствовать. И вот его мечта сбылась. Но от этого она не перестала быть такой же манящей. В реальности все оказалось даже круче, чем в его воображении…. Но так далеко его воображение не заходило… Дерек провел горячим мягким языком по шее Стайлза, прикусил его выступающую ключицу и облизал сосок. Стайлз замер и выдохнул, получилось что-то похожее на «а-аххх», сладкая судорога прошла по его телу, как разряд тока. Дерек удовлетворенно хмыкнул и продолжил свою сладкую пытку. Второй сосок Стайлза попал плен умелых пальцев. Оба моментально затвердели, и центр удовольствия переместился туда. Он не давал себе отчета в том, что он уже впивается ногтями в спину Дерека, оставляя на ней красные полосы, которые тут же исчезали, благодаря регенерации оборотня. Нельзя сказать, что последнему это не нравилось. Он довольно рыкнул, передавая вибрации по телу Стайлза. Парень застонал в ответ и выгнулся дугой, когда пульсирование в области паха стало уже почти невыносимым. Дерек втянул дурманящий запах желания, исходящий от Стайлза, и когда тот прогнулся, незамедлительно воспользовался ситуацией и просунул ладонь под поясницу парня. Прошелся вниз по животу Стайлза, нежно покусывая, тут же зализывая укусы быстрыми движениями горячего влажного языка, зажигая очаги наслаждения по всему пути следования, второй рукой тем временем ловко расстегнув пуговицу и молнию на джинсах Стайлза, и, достигнув границы, отделяющей обнаженное тело от того, что пока еще сокрыто под двумя слоями ткани, он приподнял Стайлза одной рукой, второй освобождая его от ненужного уже препятствия, стоящего на пути к его цели. Несколько секунд он созерцал открывшийся его взору обнаженный, подрагивающий от желания член Стайлза. Потом посмотрел в затуманенные страстью глаза и, прочитав в них мольбу и желание, провел широким движением от самого основания до головки, ловя вожделенные стоны Стайлза, слушая сбивчивый ритм его сердца, и это была самая прекрасная музыка для души оборотня. От прикосновения этого мягкого теплого языка к его давно требующей внимания плоти, Стайлза бросило в жар. Он подался бедрами вперед, навстречу неизведанным доселе но таким запредельно прекрасным ощущениям, застонал еще громче и запустил пальцы в волосы оборотня, не осмеливаясь однако пытаться контролировать его движения. Вместо этого он прерывисто зашептал, сплавляя слова в одну вожделенную мантру - Дерекпожалуйстанеостанавливайся… Оборотень и так не собирался. Он неторопливо облизал член Стайлза снова от основания до головки, потом взял в руку его яички и легонько помассировал, при этом круговым движением прошелся языком вокруг головки члена. Стайлз снова приподнял бедра, как будто собираясь потрахать Дерека в рот. Тот недовольно рыкнул, заставляя парня лежать спокойно. Стайлзу ничего не оставалось, кроме как подчиниться. Хоть это и было практически невыполнимо. Все тело горело от нестерпимого переполнявшего его желания, настоящего вожделения, да чего скрывать, похоти. Ему было все равно, что про него подумает сам Дерек, голова была приятно пустая, мыслей не было, лишь ощущения. Эти божественные ощущения. Стайлз как будто парил в невесомости, окутанный неземным наслаждением. Наверное, так и выглядит рай. Или чувствуется. Думать совершенно не хотелось. Он подумает обо всем потом… потом… А пока он задыхается от блаженства, приоткрыв рот, втягивает воздух судорожными глотками. В то время как Дерек не спеша облизывает головку его члена, вбирая ее все глубже в рот, продолжая массировать яички и основание члена Стайлза. Стайлз чувствует, что удовольствие нарастает, и он вот-вот достигнет кульминации. Он пытается сообщить об этом Дереку, но вместо слов из горла вырывается еще один сладострастный стон. Судя по всему, слов и не нужно. Оборотень и так все знает. Он чуть ускоряет темп своих движений, и Стайлз перестает существовать. Он распадается на атомы, растворяясь в омуте наслаждения, а потом, медленно собираясь обратно, как раз вовремя, чтобы почувствовать, как Дерек, тщательно собрав все до последней капли, выпускает его все еще твердый член изо рта и последний раз проводит по чувствительной плоти кончиком языка. Стайлз разлепляет веки, возвращаясь в реальный мир. И встречается взглядом с оборотнем. И видит нечто совершенно невиданное. Нежность и восхищение. По отношению к нему, Стайлзу. Этот день, несомненно, войдет в историю. Стайлз тяжело прерывисто дышит. Смотрит в глаза Дерека целую вечность и не находит слов. Он просто не знает, что сказать. Дерек выручает его на этот раз. - Понравилось? – осведомляется он, как будто спрашивая у ребенка, который только что впервые попробовал неизведанное доселе лакомство, просто, чтобы насладиться ролью волшебника, который исполнил даже незагаданное желание. - Д-да – выдыхает Стайлз. И чертенок внутри него тут же заставляет добавить – А тебе? - Тоже да – с мурлыкающей интонацией произносит оборотень. - Теперь это будет повторяться регулярно? - Стайлз пытается натянуть на себя одеяло, когда по мере того, как здравый смысл к нему возвращается, с ним вместе возвращается и целомудрие. Хотя о каком целомудрии сейчас может идти речь… Дерек ехидно усмехается, наблюдая за его попытками. - Да, будет. А ты против? – склоняет голову чуть набок, смотрит изучающее. Стайлзу становится уже не по себе под эти пристальным взглядом. - Только не говори, что вы как черные вдовы, съедаете своих партнеров после полового акта… Дерек фыркнул насмешливо. - Интересный выбор слов. Полового акта… - А как ты еще назовешь это.. то, что мы сейчас… чем мы… - Я бы сказал, что мы занимались сексом – невозмутимо перебивает Дерек. - Ну пусть так – еще больше смущаясь, соглашается Стайлз, натягивая одеяло до подбородка. – И знаешь что? Я хочу ванну. Горячую. С пенкой – он с вызовом смотрит на Дерека. Сердце пропускает удар от собственной наглости. А что, я заслужил, сам себя уговаривает Стайлз. Ждал его верно. Так что это еще малая цена. Дерек молча встает и величественно удаляется. Полнейшая противоположность Стайлзу с его порывистыми хаотичным движениями. *** Не обладая способностью оборотней слышать все, что находится даже в относительно небольшом отдалении, Стайлз и не пытается услышать, что там творит Дерек, он просто расслабленно лежит под одеялом и смотрит на снег за окном. И к своему собственному удивлению понимает, что на самом деле снег это красиво. Снежинки порхают в воздухе, исполняя изящный танец. И это зрелище завораживает. Вводит в некое подобие транса. Стайлз любуется снегом и размышляет о превратностях бытия. Еще чуть больше месяца назад его жизнь была спокойной и размеренной. А потом все изменилось. В тот день, когда Денни пригласил его на открытие клуба Джексона. Или раньше? Когда он въехал в машину тех ублюдков, что пытались скинуть с крыши? Так кто же изменил его жизнь? Джексон? Денни? Спайдер? Ответ был один и однозначный. Дерек Хейл. Он ворвался в жизнь Стайлза и все изменил в ней. Сожалеет ли об этом Стайлз? нет. Нисколько. Волнует ли его то, что произошло только что? Возможно. Немного. Что будет дальше? Он не знает. В одном он уверен. Их отношения с Дереком перешли на совершенно другой, новый уровень. И как прежде все уже не будет. Хорошо это или плохо? Пока все складывается просто отлично. А в будущее Стайлз уже давно отвык заглядывать. Как ему теперь вести себя? А бог его знает. Посмотрим. Сориентируемся. Мысли текут лениво, как густое варенье, которое варила мама, когда подцепишь его на ложку и поднимешь ее, рассматривая вязкую прозрачную струйку. Стайлз также точно рассматривает свои мысли. Это очень интересное состояние. Думать и наблюдать за собственными мыслями одновременно. Раньше он такого не практиковал. Оказывается, это очень увлекательно. Но ему не дают в полной мере насладиться этим состоянием. В дверях появляется Дерек и говорит, что ванна готова. Стайлз коварно улыбается и решает проверить свою теорию. - Отнеси меня – он не меняет положения, глядя в глаза оборотня и всем своим видом говоря «Поиграем?» Дерек раздумывает всего пару секунд. Он слышит, как бешено стучит сердце Стайлза, как он ждет, затаив дыхание, его реакции на свои слова и особенно на то, что осталось недосказанным. Он не сводит с парня пристального взгляда, от которого у Стайлза перехватывает дыхание и вспыхивают щеки. Медленно приближается. Так хищник подкрадывается к жертве, бесшумно, собранно, каждый шаг выверен, ни единого лишнего движения. Стайлз непроизвольно отползает от края кровати и вжимается в стену. Но он не боится. Это не страх. Это чувство сродни азарту. Предвкушение чего-то неизведанного, возможно даже запретного, все еще опасного, но от того еще более притягательного. - Неужели ты и вправду решил, что после того, что было, я превратился в твоего верного песика? – Дерек приблизился вплотную к кровати и, подавшись вперед, уперся руками в матрас по обе сторону от головы Стайлза. Между их лицами не более пары дюймов. - А разве нет? – Стайлз старается, чтобы его голос звучал уверенно. И ему это почти удается. Почти. Потому что чуткое ухо оборотня улавливает те самые десять процентов неуверенности. И он обнажает свои удлинившиеся клыки в хищной улыбке, он покачивает головой и одним движением, резко выпрямившись, срывает со Стайлза одеяло. - Все, все, я понял, плохая идея. Беру свои слова обратно. Все свои слова. Которые когда-либо говорил о тебе или скажу… - выпаливает Стайлз на одном дыхании, сжимаясь в комок, подтягивая колени к подбородку – Ты страшный злой волк. И не надо мне этого тут демонстрировать… Вместо ответа Дерек берет Стайлза на руки, тот и не пытается сопротивляться, сочтя за лучшее просто покориться неизбежной судьбе, как ой бы она ни была. Все-таки быть с Дереком это как американские горки. То вниз, то вверх. Дух захватывает от восторга, круто замешанного на драйве с тонким привкусом страха. Только что он вжимался в шершавую стену, дрожа то ли от ужаса, то ли от холода, то ли от того и другого. И вот он уже лежит в шикарной горячей ванне с пенкой. Неизвестно, как это удалось Дереку осуществить, но он это сделал. Стайлз наконец расслабился и наслаждается ощущениями, а чрезвычайно довольный оборотень сидит на краю ванны и созерцает его с чувством глубокого удовлетворения. Самодовольная улыбка играет на жестких губах. Стайлз же не скрывает своих чувств. Он широко улыбается и жмурится как довольный кот. - Как тебе удалось? – все-таки любопытство берет свое. – Только не говори, что вы как драконы умеете извергать пламя или ты можешь вскипятить воду взглядом как Супермен.