Черный блокнот

Прошло уже несколько месяцев с тех пор, как Нацу и Люси наконец-таки объявили себя парой. Хотя Хартфилия сначала была против того, чтобы все кругом знали об их отношениях. Хотела не спешить с этим. Но разве Нацу в этом будет слушать её? Безусловно, нет. На следующий день после «признания» блондинки, Драгнил сразу спешил к своей возлюбленной и в школе у всех на глазах чмокнул Люси в щеку, гордо заявив, что теперь она является его девушкой. Подруги Хартфилии вздохнули с облегчением, узнав такую радостную новость. Наконец-то Люси перестала внеурочное время забивать свою голову тяжелыми мыслями о Нацу. Теперь все стало намного проще. Не было больше никакой скованности, усталости, нервозности и усталых тяжелых вздохов. Драгнил вел себя поистине настоящим джентльменом, что вызывало вокруг дикое восхищение и даже ревность остальных девушек. Большинство мило вздыхали, глядя на такую красивую эстетичную пару. А другие же только кусали локти, жутко завидуя им. Нацу постоянно оберегал блондинку от холода, укрывая на улице вечером Люси в свою куртку или толстовку, а в школе предлагал свой пиджак. Он так нежно обнимал её за плечи, осторожно касался губами щеки Хартфилии, гладил её руки. А Люси только смущенно улыбалась, повторяя: «не надо, Нацу, люди же смотрят». Но от этой фразы блондинки, парню еще сильнее хотелось прижать к себе Хартфилию и громко кричать о своих чувствах. Что, кстати, он раньше делал. Но Люси переубедила его, просила сдерживать свои чувства на публике. Правда, без небольших кулаков тут не обошлось. Иначе бы Драгнил вряд ли остановился. На самом деле Хартфилии тоже бы хотелось постоянно касаться Нацу, целовать его, обнимать. Но она этого очень боялась делать, даже когда была с ним наедине. Иногда Люси сама задавалась вопросом: «почему же мне так сложно это сделать?». Правда, в этом же нет ничего странного, раз они находились в отношениях. К тому же, будучи просто одноклассниками и друзьями, они заходили очень далеко. И тогда Хартфилии было почему-то даже проще находиться рядом с Нацу, чем сейчас. Каждый день, видя его, находясь с ним рядом, Люси волновалась как никогда. Будто бы она выступала перед огромной публикой с очень сложной научной темой, которую она не знала. Хартфилия все-таки не решалась полностью довериться чувствам. Она продолжала в первую очередь думать головой, все анализировать. Хотя каждый раз говоря Нацу «нет, прекрати», — её сердце на самом дело рвалось из груди и кричало «не слушай меня, просто продолжай». Если подумать практически каждому парню будет тяжело с такой девушкой, как Люси. Нацу думал об этом и не один раз. Ему приходила мысль спокойно обсудить с Хартфилией их отношения. Его очень беспокоила одна мысль: «может быть у нее был тогда просто какой-то порыв? Или ей просто так сильно хочется отношений, а я оказался очень вовремя?». Когда Драгнил начинает думать о чем-то подобном, он сразу вспоминает тот день, когда он осмелился заглянуть в «новый» блокнот Люси, где ему удалось прочитать и увидеть её чувства. А когда в памяти мелькает её тихое и нежное мурлыканье «нравишься», потом, как она прижалась к Нацу, вся дрожала, — на душе у парня сразу становилось так тепло, что он сразу забывал о своих беспокойствах. Ему становилось уже все равно, что там думает Хартфилия, никуда он её уже не отпустит. Особенно после таких-то мучений, всё это время добиваясь от неё хоть какого-то ответа. Теперь-то ей не уйти от него так просто. - Прости. Но я хотела тебе сказать это сразу. — Я понимаю, — улыбался нежно Нацу. — Уверен? У нас может не быть никакой близости месяц, два, полгода или даже целый год. — Не волнуйся, — парень обнял Люси. — Все будет хорошо. Я не буду к тебе приставать с этим вопросом. Ты сама мне всё скажешь, когда будешь готова. Я очень-очень рад, что мы не будем спешить с этим делом. Так что, все нормально. Прошу, не переживай так. Этот разговор между Нацу и Люси произошел сразу в первые дни их официальных отношений. Хартфилия была по-настоящему рада услышать подобные слова от своего парня. Хотя у неё все-таки оставались некоторые сомнения, которые она не решилась озвучить вслух. Нацу же сказал, что не будет к ней лезть, пока она сама не скажет ему. Правда, эта его фраза потом начала казаться Хартфилии немного глупой: ведь она же девушка, как же она осмелиться сказать ему «давай, теперь мы сможем заняться с тобой сексом!». Нет уж. Такого Люси никогда не скажет. Значит, у них никогда не будет близкой связи? Хартфилия решила проверить своего парня, сможет ли он сдержать себя в руках, как он и обещал. Впрочем, Люси уже поняла для себя, что если Нацу и провалиться, блондинка ни чуть не расстроиться этому. Но Драгнил проходил все тесты Люси на «отлично» и на «отлично с плюсом». Хартфилии приходилось «случайно» уронить ручку на пол, ей становилось жарко в маленькой комнате, она «не осознанно» слегка задирала свою юбку, открывая Нацу свои стройные ножки, она делала ему массажи, проводила эротично по шее пальцами и иногда даже облизывала их. Честно говоря, Люси очень удивляло, как парень прекрасно справлялся со всем этим. В самые первые их «тесты» она даже чувствовала гордость за Драгнила. Вот такой у неё крепкий и сильный парень. Только вот спустя время это стало раздражать девушку и обижать её. Хартфилии казалось, что никто бы из нормальных парней не выдержал бы такого напора и сделал бы, наконец, все. Тогда Люси начала волноваться: что если она так сильно извела бедного парня, что он теперь её не хочет вовсе; что она теперь его не возбуждает, или еще хуже — нашёл себе специально девушку для секса, лишь бы не торопить события с Хартфилией. Она ведь сама его просила. Вот и начала сама себя обвинять в том, что больше не возбуждает Драгнила. А Нацу оказался действительно тем самым человеком, у которого нет Оскара. Любой бы актер или актриса отдали бы свою награду этому парню, только увидев его невероятную игру. Люси и казалось, что для Нацу она внезапно перестала быть сексуальной, - ох, как же она ошибалась. Все эти мелкие моментики с соблазном со стороны девушки, Драгнил очень остро замечал их и его организм реагировал на это соответствующе. Но при этом Нацу постоянно смотрел только в карие глаза блондинки (хотя от них тоже веяло особой сексуальностью), продолжая ей улыбаться и спрашивать: — Во второй задаче у тебя тоже получилось сто тридцать два? Обоим приходилось трудно и несладко.

***

Когда наступили каникулы, Нацу уже расписал каждый день и вечер, проведенный вместе с Люси. В самый первый день каникул Драгнил решил устроить девушке романтическую прогулку по парку, вдоль реки, скрасить вечер хорошим ужином в ресторане. Но случилось что-то неожиданное: — Прости, Нацу, я уже пообещала Эльзе съездить с ней в соседний город, навестить её тетушку. — Тебе обязательно ехать? — Говорю же, обещала. Ей нужна помощь по саду. Эльза меня попросила об этом еще по зиме. — Тогда послезавтра встретимся? — Драгнил начал было уже раздражаться, но продолжал тешить себя мыслью, как пройдет их волшебное свидание, которое он так подробно распланировал. — Ты не понимаешь, что ли? — Люси ухмыльнулась. — Я же говорю, что уеду к тетушке Эльзы, чтобы помочь ей с садом. На неделю минимум. Глаза Нацу в момент округлились. Он кашлянул, пытаясь не злиться раньше времени. — А от туда меня заберут мои родители, и мы поедем к нашим родственникам. — Когда же мы увидимся? — выдохнул обессилено Драгнил. — В новом семестре, скорее всего. — Что? Я не увижу тебя все каникулы? — такого бедный Нацу совершенно не ждал. — Получается так, — ровно выдохнула Люси и направилась в сторону дома. — Увидимся. Драгнилу хотелось что-то крикнуть в спину девушке или догнать её и остановить. Но она уже была слишком далеко. На другой день Люси уехала вместе с Эльзой в другой городок. У Нацу уже чесались руки, чтобы набрать номер Хартфилии и удостовериться, что с девушкой все в порядке. Но все-таки он продолжал держать себя в руках. Так прошло три дня. Нацу было абсолютно всё неинтересно и скучно. Ему надоели посиделки с Греем или другими друзьями, выслушивая их нелепые и неуместные рассказы. А как только они заводили тему о Люси, чтобы как-то приободрить Драгнила, он их тут же закрывал. Нацу что-то бурчал и возмущался, что вызывало смех друзей, но бедного парня это только сильнее раздражало. Тогда Нацу стал разыскивать внезапно пропавших друзей — Стинга и Юкино, которые не появлялись на его глазах очень и очень давно. Драгнил понимал, что этой парочке хочется как можно чаще быть вдвоем, и он это только поддерживал. Пока не остался на все каникулы один. Удача повернулась Нацу лицом, а бедным Стингу и Юкино — другим местом, так как Драгнил быстро нашел их и совершенно не решал отлипать от парочки все дни. Сначала ребята с пониманием отнеслись к другу, подумали, что несколько денёчков уделить ему время — не страшно, проще простого. Только вот эти «несколько денёчков» превращались в длинные, мучительные дни для Юкино и Стинга. Они уже переставали отвечать на звонки Нацу, но тот очень быстро и ловко находил парочку и даже не думал их оставлять наедине (как-то один раз Драгнил им не позволил остаться вдвоем спать в одной комнате). Измученные Стинг и Юкино умоляли Нацу позвонить Люси. — Она как-то холодно общалась со мной в последний день, что я боюсь позвонить ей, — оправдывался парень. — Что если я ей надоел? Я не хочу, чтобы она думала, что я навязываюсь. Но ребята ничего больше не хотели слышать от Драгнила и, молча протянули ему сотовый телефон, где уже был набран номер Хартфилии и протяжно шли гудки. На дисплее показались секунды, и послышался женский тонкий голос: — Алло? Нацу? — Люси? — Драгнил тут же приложил аппарат сильно к уху, будто хотел почувствовать каждое слово, сказанное девушкой, хотел как можно лучше почувствовать что-то такое родное. — Нацу, мне сейчас неудобно с тобой разговаривать. Давай позже, — быстро проговорила Люси и сбросила вызов. Парень только и мог, что опустошенно смотреть на черный дисплей своего мобильного телефона. Затем Драгнил поднял глаза на друзей, которые даже особо не успели ничего понять из такого короткого разговора. Они молчали. Их молчание разбавляли только мимолетные разговоры проходящих людей, детский смех и громкий рык проезжающих машин. После этого Нацу больше не навязывался Стингу и Юкино. Ребята даже стали из-за этого намного сильнее переживать за Драгнила, что сами начали предлагать ему свою компанию. Но тот лишь весело отказывался, говоря, что он обещал помочь отцу с машиной или что уже договорился с другими людьми встретиться. Хотя Нацу только и делал, что пялился в потолок. А его телефон предательски молчал. Спустя пару дней до Драгнила вдруг дозвонилась Люси, что парня безумно обрадовало, хотя в разговоре он пытался сдерживать себя, создавая небольшое равнодушие и холод. Правда, так держать себя Нацу удалось только пару минут. — Я очень соскучился, — произнес парень, глядя на маленький календарь на столе, всё считая дни до приезда Хартфилии. — Я тоже, — Нацу почувствовал, как Люси заулыбалась, — очень-очень. И кстати, я завтра уже буду в городе. Вечером, часов в семь. — Серьёзно?! — Драгнил даже подскочил. — Да, — радостно говорила блондинка. — Я уговорила родителей, чтобы позволили мне не ехать к родственникам. И они согласились. — Я буду около твоего дома ровно в семь вечера, ладно? — Нацу всё никак не мог не нарадоваться такой замечательной новостью. — Угу, договорились, — хихикнула Хартфилия и сбросила вызов. Следующим днём, когда должна была вернуться Люси, Драгнил плохо спал. Так сильно волновался перед её приездом, что каждые полчаса просыпался среди ночи. И, в конце концов, в шесть утра Нацу был на ногах, хотя глаза его всё еще слипались. «Да уж, кажется, сегодня будет не мой день», — сразу пронеслось в голове парня, отчего его настроение в два раза испортилось. Он уже представляет, как ему звонит Хартфилия и сообщает, что она таки не сможет вернуться в свой город сегодня. И что вообще им нужно расстаться. И что вообще она его не любила и нашла себе другого. Нацу резко тряхнул головой, чтобы отогнать подобные мысли и выпил стакан холодной воды залпом. После чего сразу пришёл к выводу, что максимум Люси сможет огорчить его тем, что не вернётся сегодня. А если подумать о другом, о чем думал Нацу одну-две минуты ранее, то от этой новости Драгнил даже не огорчится. Она же все равно вернётся. Когда-нибудь да вернётся. Ровно в семь вечера Нацу как штык был у дома Хартфилии. Время от времени парень с тревогой поглядывал на свой телефон. Не было ни одного пропущенного. Если бы она решила не возвращаться — она бы позвонила. Так? Прошёл уже целый час. Драгнил сел на ступени, не упуская телефон из рук, и каждые пять минут разблокировал свой мобильный. Что-то могло произойти? — Ох, Нацу, ты здесь? — перед парнем внезапно появилась вся запыханная Люси, с большим чемоданом позади, который она придерживала одной рукой. Драгнил расплылся в улыбке и подскочил к девушке, чтобы обнять её. Но блондинка тут же отпрянула от него. — Мне нужно помыться. Я вся потная. Не хочу, чтобы ты прикасался ко мне, к такой грязной и… вонючей, — смутилась Хартфилия. Нацу вздохнул и вновь полез с объятьями к блондинке. — Нет-нет! — вновь повторила Люси, проскочив мимо парня, прямо к входной двери своего дома, а затем тихонько засмеялась, после своих «издевательств» над Драгнилом. Девушка наклонилась к коврику, за которым она прятала свои ключи, когда уезжала надолго из дома. Но обнаружила за ним только каменную плитку. Люси испуганно огляделась вокруг, пытаясь найти свою пропажу. Нацу взял в свои руки чемодан Хартфилии: — В чем дело? — Ключ… — пискнула Люси. — Не могу найти ключ. Он лежал прямо здесь, — она указала на прямоугольной формы коврик. — Я даже проверяла. Дважды. Нацу тоже принялся помогать девушке с поиском её ключей. И вдруг зазвонил телефон Хартфилии. Она поспешно вытащила его из заднего кармана брюк и выдохнула, смотря на входящий вызов: — Кана? Алло? — Люси приложила телефон к уху. – Да, приехала. Ухм… ключи не могу найти. А ты? Куда? Когда вернёшься? Ты? Что?! Кана! — блондинка внезапно визгнула на телефон и злобно топнула ногой, отчего Нацу даже прекратил свои поиски и уставился на девушку. — Черт, это же мои ключи! Нет! Родителей не будет где-то неделю! Нет, я оставляла их под ковриком! Кана, блин! Кана! — на другом конце вдруг послышались гудки, и Хартфилия грубо убрала телефон. Она немного пофыркала, походила из стороны в сторону, а затем заговорила с Драгнилом: — Кана уехала к друзьям на виллу. Приедет только завтра вечером. Она забрала мои ключи. — Пойдем тогда ко мне, — резко предложил Нацу. Люси вдруг дернулась и слегка нахмурила брови. — Нет-нет, — замахал Драгнил руками. — У меня дома всё равно все мои дома, так что все в норме. Хартфилия немного помолчала. Осмотрелась кругом, будто надеясь, что её ключ от дома внезапно появится где-то поблизости. Блондинка вдохнула и сделала короткий кивок.

***

— Прости, Люси, я не знал, правда, — извинялся перед девушкой Нацу, протягивая ей какую-то бумажку с кухонного столика. Хартфилия взяла её в руки и быстро прочитала. Оказывается, родители Нацу вдруг решили наведаться в гости к своим старым приятелям. И вернутся теперь только под утро, если вообще вернутся. Нацу быстро вспомнил о том, что Люси очень хотелось принять ванну, поэтому он сразу отвел её в ванную комнату. Всё показал ей и рассказал как, что и где включать, чем пользоваться. А сам Драгнил мысленно начал ненавидеть своих родителей. Как же они подставили его с этим. Хотя любой на его месте только бы благодарил удачу или судьбу за такой внезапный уход родителей из дома, и за такое совпадение с ключами Люси или Каны, кто его знает, чьи именно кто забрал ключи. Жуткое совпадение. Когда же Хартфилия вышла из ванной, Нацу предложил девушке свою майку. И даже больше не из-за вежливости, а из-за того, что ему казалось, будто в его старой майке блондинке не удастся выглядеть так сексуально, как она выглядит обычно. Когда Драгнил только увидел Люси около её дома, она уже тогда вся излучала сексуальностью. И намного больше, чем до этого. Наверное, на это повлияли еще дни, проведенные не вместе. Блондинистые волосы девушки водопадом спадали на плечи, переливаясь от маленьких капель воды, случайно попавшие на её волосы. И как же Драгнил ошибся. Сильно ошибся. Его старая затертая майка, в которой сейчас была Люси, слабо прикрывало еще влажное тело девушки, подчеркивая её бедра. У Нацу в момент стало туго в штанах. Так туго, что все неудобство выражалось у него на лице. — Ну что, спать ложимся? — проплел медленно Драгнил, стараясь идти аккуратно, мелкими шагами куда-то в сторону. — Я не хочу спать, — недоумевала Люси, наблюдая за странным поведением парня. — Я же так соскучилась по тебе. И ты по мне. Иди сюда, я тебя обниму крепко-крепко, — заулыбалась девушка. — Нет, спать, — вторил Нацу, стараясь не смотреть на блондинку. — Я буду спать на диване в зале или у родителей в спальне, а ты в моей комнате, поняла? — Что? Я думала, мы будем вместе спать, — смутилась Хартфилия. — Просто спать. — Прости, Люси. Боюсь, если мы окажемся в одной кровати — не сможем просто спать, — вздохнул Драгнил. Люси подошла к парню, нежно взяв его за руку. Они долго смотрели друг на друга, не произнося ни слова. Потом Хартфилия встала на носочки и легко поцеловала Нацу в губы. Тот вкопано стоял, боясь что-либо сделать. Если уж он начнет что-то делать — точно не остановиться. Особенно сейчас, в этот самый момент. За это в нем начинала разгораться ненависть к Люси, что она так просто может заставить его смутиться, улыбнуться или что-то предпринять, лишь одной улыбкой, одним движением. Но эта ненависть быстро превращалась во что-то теплое и беззащитное. И тогда у Драгнила рождалась другая ненависть — к самому себе, что он просто бессилен перед такой повседневной магией блондинки. Ведя за руку Нацу, Хартфилия привела его в его же комнату. Не отпуская руку Драгнила, девушка села на мягкую кровать и смотрела прямо в глаза Нацу, который стоял перед ней. Они понимали друг друга с одного лишь взгляда, но так боялись воплотить свои мысли в реальность. Однажды кто-то должен это сделать. Кто-то должен взять все в свои руки. И этим «кто-то» решил быть Нацу. Он наклонился к девушке и романтично начал целовать её губы, с каждой секундой проникая в её ротик глубже. Люси держала Драгнила за талию, а его руки обхватывали бархатное лицо блондинки. Затем одна рука Нацу скользнула на плечо, поглаживая его. Он начал опускаться к Хартфилии еще ближе, запрыгивая на кровать к ней. Люси же инстинктивно отдалась назад, дабы предоставить для парня больше места. Блондинка легла всем телом на кровать Драгнила, а он, опираясь на колени, нависал над девушкой, продолжая нежно и сладко терзать губы. Нацу оторвался от её губ и перешел к шее. Он целовал её, проводил по ней своим языком, заставляя Хартфилию чуть ли не задыхаться от такого наслаждения. — Я люблю тебя, — говорил хриплым голосом Драгнил, отрываясь от ключицы блондинки и вновь припадая к ней. — Я люблю тебя. Сердце Люси будто порхало от прикосновений Нацу, от его сладких и нежных слов. Она ничего не могла из себя выдавить, кроме как сдавленного глухого стона. Драгнил встал над девушкой, обхватив свою майку и потянув её наверх. Он снял вещь через голову, закусив губу. Отчего Хартфилия вся раскраснелась и прижала руками свою грудь, которая от возбуждения уже выпирала из майки Нацу. Затем парень быстро снял и швырнул свои штаны в сторону, оставшись только в трусах. Он провел руками по ногам девушки, заставив её громко вдохнуть. Драгнил стал гладить бедра Люси, добрался до голых ягодиц. Он начал снизу задирать майку на блондинке, но та вся зажалась, не давая ему этого сделать. — Я очень… волнуюсь, — тихо простонала Хартфилия. — Я волнуюсь не меньше тебя. Серьёзно. Я даже не представлял, что буду так сильно нервничать. — Правда? Нацу на самом деле говорил со всей серьезностью. Он чуть привстал, сев на колени. Люси поступила так же. Парень взял руку Хартфилии и положил себе на обнаженную грудь. Люси слегка прищурилась, а через секунду почувствовала, как отдаются быстрые удары сердца Нацу. Он на самом деле волнуется, прямо как и Люси. От этого ей стало спокойнее. Драгнил улыбнулся, увидев расслабленное выражение на лице девушки, и снова примкнул к её губам. — Кстати, — оторвался затем Нацу, — почему ты без белья? Какая коварная, — Драгнил говорил шёпотом, горячо, обжигая губы Люси. — С самого начала хотела затащить меня в постель. Хартфилия отвела взгляд и слегка уклонилась от парня, но тот подхватил блондинку за плечи. — Все мои вещи… грязные. Драгнил хитро улыбнулся и шепнул на ухо Люси: — Прошу тебя, не стесняйся. Нацу схватился обеими руками за майку и потянул её наверх, полностью оголяя блондинку. Он отбросил ненужную вещь в сторону и уткнулся в роскошную грудь Хартфилии, оставляя на ней легкие укусы. Уделяя так же большое внимание её розовым соскам. Одна рука Драгнила продолжала ласкать грудь Люси, а вторая оказалась на её набухших половых губах. Двумя пальцами он осторожно раскрыл их и нащупал пульсирующий клитор Хартфилии. Чуть надавив на него, с губ блондинки сразу срывается тихий протяжный стон, а её ноги свело в момент. Нацу почувствовал, что его пальцы уже стали немного влажными. Тогда парень выпрямился и одним движением перевернул Люси на живот. Он схватил упругую попку девушки, а Хартфилия поддавалась ему, сильно выгибая спину. Драгнил снял одним рывком свои трусы. Его член пульсировал и уже жаждал оказаться внутри влажной Люси, которая тоже ждала его. Но Нацу решил с этим пару минут подождать. Головкой своего члена он провел по набухшим губкам блондинки, заставляя уже Люси чуть ли не кричать. Но она вовремя закусила свою губу. Ей совсем не хотелось терпеть издевательства Драгнила. Хотя в этот момент Хартфилию будто пронзило мелким приятным током, все её тело отдавало жаром и дрожью. Затем Нацу стал водить головкой своего инструмента по пульсирующему клитору Люси. Девушка еле сдерживалась, мычала, хваталась руками за простынь, тянула её на себя и растягивала вперед. Драгнил наклонился к лопаткам блондинки и оставлял мелкие поцелуи на спине. Он погладил ладонью мягкую попку и тоже осторожно коснулся её губами, а затем чуть прикусил, оставив мелкий след, отчего Люси зашипела. Нацу погладил большим пальцем по больному месту и вновь поцеловал её туда. И вдруг он запустил не полностью свой член во влагалище Хартфилии. Та прерывисто вдыхала воздух и замычала, положив голову на мягкую кровать. Драгнил начал делать медленные движения внутри Люси, давая ей и себе привыкнуть. Хартфилия только попискивала, жадно вдыхая воздух. Тогда Нацу понял, что этого ему мало. Он хочет слышать стоны Люси. Драгнил входит в блондинку полностью. От неожиданности та тихонько вскрикнула. Затем Нацу вытащил свой член из девушки, и тут же вошёл в неё снова. Так он проделал еще пару раз. Своими пальцами Драгнил впивался в зад Люси, будто насаживая её на себя. Сначала как можно медленнее, а потом с каждым толчком все быстрее и быстрее наращивая темп. Из уст Хартфилии срывались сладкие стоны, которые так приятно ласкали слух Нацу. Он же от такого безумного наслаждения начал издавать звериный рык, что немного пугало и заводило Люси. Вдруг Драгнил почувствовал теплую жидкость. Он заметил, что она вытекала из девушки почти прозрачного цвета. Тело Люси отдавало мелкой дрожью, приятной дрожью. Она чувствовала, что начинает немного уставать, но совсем не может перестать двигаться. От этого ей казалось, что она начинает кричать куда громче. Нацу понимал, что его сейчас окутает оргазм. Отчего он начал двигаться в Хартфилии сильнее, стараясь проникнуть намного глубже, еще быстрее. Затем из влагалища Люси снова наступила новая жидкость. Её накрыло сразу двумя оргазмами. Она вцепилась в матрац Нацу зубами и ногтями, что-то мыча. Драгнил вытащил из блондинки свой член, и через пару секунд из него выпрыгнула белая жидкость на икры Люси. Девушка отпустила весь истерзанный ею матрац и распрямилась, восстанавливая дыхание. Нацу же тихо постанывал, превращая эти звуки в тихое рычание. Немного придя в себя, Драгнил погладил попку Люси, снова чмокнув в маленький синяк, образовавшийся от его укуса. А потом прополз к лицу девушке, он убрал в сторону её волосы, и поцеловал Хартфилию в носик и в щёку. — Мне очень стыдно, — проговорила блондинка. — Нечего стыдиться, — ухмыльнулся Нацу. — Но мне понравилось. — Это было потрясающе, — Драгнил снова поцеловал девушку в щёку. — Я очень тебя люблю. Люси похлопала своими пышными ресницами и повернула голову в другую сторону. — Люси! Ты чего?! — возмутился Нацу. — Ты сам всё знаешь. — Я хочу услышать, — обиженно говорил розоволосый. — Скажи. — Скажу, — буркнула девушка. Драгнил довольно заулыбался, ожидая нежных слов от блондинки. — Ты меня раздражаешь, Нацу. Я очень хочу спать. — Люси! Я тебя сейчас тогда покусаю, если ты не скажешь! Хартфилия молчала. Тогда парень снова вернулся к оставленному им же синяку и чуть прикусил его, отчего блондинка вздрогнула. — Скажи-и! — ухмылялся Драгнил. Люси снова ничего не произнесла. Нацу тогда чуть прикусил спину девушки, так поднимаясь наверх. В завершении укусив её за плечо. Хартфилия тихо хихикнула. — Ты смеёшься еще? — Драгнил поднял брови наверх, а затем укусил блондинку за нос. — Ой! — пискнула Люси, схватившись за свой носик. — Больно. Нацу с нежностью посмотрел на девушку. Он убрал её руки и чмокнул в нос. Они смотрели друг на друга, улыбаясь. — Скажи мне, что любишь, — вновь настаивал Драгнил. — Нет, — ухмылялась довольно Люси. — Какая же ты вредная, — дразня, проговорил Нацу. — Говорила, что придется мне ждать полгода или год. Как же. — Заткнись. Ты меня ужасно раздражаешь, — тихо произнесла Хартфилия, нежно целуя губы парня, проникая пальцами в его розовые волосы. — И не слушай того, что тебе говорит девушка.