А ожидался простой отдых.

Когда этой пьяной компании стало мало одного номера, блондин пошел гулять по коридорам. При этом он совершенно случайно ввалился в номер Фран. Девушка стояла посреди комнаты и пыталась понять, что у нее в комнате делает этот парень в полосатом свитере, с длинной блондинистой челкой и короной на голове. Внутри нее бушевала злостью и ярость. «Какого хрена он тут делает?! >.<». Но она внешне оставалась совершенно спокойной и просто меланхолично смотрела на парня. Принц-потрошитель — как она уже поняла по всем крикам — подошел к ней и обнял. — Иши-ши, какую симпатичную девушку я нашел. — Истерический смех — и Бельфегор, даже не спрашивая, повел Фран за собой. Девушка хотела было отпираться и вырваться из объятий шизофреника, но даже не заметила, как оказалась у двери номера этих психов. Потрошитель выбил с размаху дверь ногой со словами: — Смотрите, какую красивую де-е-евушку я нашел, ши-ши-ши. — Не забываем, что наш принц был сейчас в доску пьяный. Когда двери были выбиты, Фран увидела интересную картину того, как веселилась эта компания. Парень, у которого был ирокез, оторвался от своего занятия — обкручивания своего красного боа вокруг шеи длинноволосого, и подбежал к девушке. — Уняня, какая милашка! — Врай, а и, правда — симпатичная. — Легкий смешок, и длинноволосый направился к девушке. Правда, дойти до нее ему так и не удалось, потому что мужик, который сидел в кресле, швырнул стакан, и тот разбился об его голову. — Врай, хренов босс! — По-видимому, их «босс» был самым трезвым из них. В любом случае, как бы Фран не пыталась отбиться от них и уйти, ее все-таки смогли оставить и еще — напоить, так, что теперь наша меланхоличная девушка была не такая уж и меланхоличная, а такая же пьяная, как и вся компания. Кстати, за это время она познакомилась со всеми, даже с «боссом». Блондина с короной звали Бельфегор, иногда его называли принц-потрошитель или Белка. Длинноволосого звали Скуалло, иногда — Акула, что неудивительно, так как он был на нее чем-то похож; этого разноцветного гея звали Луссурия, и он вправду был геем, за что его еще называли "курица-наседка" или "мамочка Варии", а их босса звали Занзас, или, как называл его "зонтик" — Занзас-сама. С "зонтиком" Фран тоже познакомилась, но решила не запоминать, как его зовут. Единственное, что ей толком так и не рассказала пьяная компания психов, так это что такое Вария. Сказали, что это очень, очень секретная информация. (Видно, не настолько уж и пьяны были, или Занзас образумил стаканом по голове). В любом случае, весело было так, что несколько раз к ним заходили работники с просьбами, нет, просто с мольбами так не шуметь, а с мольбами, потому, что у Занзаса был хороший пистолет, который всех приводил в чувство. В-общем повеселились хорошо, но уже ближе к утру все начали расходиться. Первыми ушли Луссурия и Леви, видно, Луссурия был уже настолько пьян, что ему было все равно, с кем дальше праздновать. Дальше Занзас уволок свою Акулу со словами, мол: «У нас еще свои дела есть…». Ну, никто же и не возражал, так что остались в этом номере только Бельфегор и Фран. Кстати, потрошитель уже успел дать девушке прозвище «лягушка» за ее зеленые волосы и такого же цвета глаза, да и сама девушка была одета в изумрудное платье. Так что лягушка висела на шее принца и весело смеялась. — Иши-ши, полегче. — Бел снял девушку с себя и посадил на кровать. Все-таки у него есть норма в пьянствовании, и он мог держать себя в руках, в отличие от Фран. — Ну, Белкаа-а-а-а, — обижено протянула девушка; сейчас в ее глазах играло некое веселье и любопытство, — не будь такой бакой, — опять весело смеется. — Ши-ши-ши, ну, как скажешь. — Фирменный смех; принц прясел рядом с Фран и обнял ее. Ну, может, не так уж и хорошо он держал себя в руках. Девушка потянулась к нему и чмокнула в губы, на лице потрошителя заиграла легкая усмешка. — Ладно, лягушка, пора спать, ши-ши-ши. — Фирменная чеширская улыбка. — Ну нет, Бельфегор, я останусь здесь! – командным голосом сказала Фран. На такое заявление принц удивленно посмотрел на нее, но нельзя же отказывать столь красивой девушке. — Ладно, останешься здесь, ши-ши. — Бел лег на кровать в обнимку с лягушкой. Фран лишь довольно улыбнулась и скоро уснула, уткнувшись носом в грудь потрошителя, так как не забываем, она была пьяна похуже Бельфегора. Вскоре за ней уснул и наш принц.