Всё началось с "Бутылочки"

Хлопнув дверью, я ввалилась в квартиру, бросила рюкзак на пол и отправилась в свою комнату. На моей любимой и обожаемой кровати таким родным и привычным комком лежали вперемешку одеяло и покрывало, подушка валялась на полу, а посреди этого великолепия возвышался над хаосом ноутбук. Всё, что мне сейчас нужно было, это поспать и посидеть ВКонтакте. Второе, естественно, победило первое, и я, притащив с кухни тарелку с фруктами, полезла проверять новости. Оказалось, мне пришло одно сообщение. "Обязательно посмотри Х)", - писала Анька. К письму было приложено видео. Я не сразу поняла, что это за ролик. Да и название мало о чём говорило. Пришлось нажать "Воспроизведение"... Сначала всё было нормально: мои одноклассники просто дурачились перед камерой, идя по первому этажу. Но потом... Я поняла, куда они идут. Следующие три минуты я с круглыми глазами наблюдала, как целуемся мы с Матвеем Владимировичем. Со стороны это было ещё хуже, чем мне казалось тогда, под лестницей. Это даже словами не передать. Ох, ну зачем я согласилась играть в эту чёртову "Бутылочку"? Желание сидеть в интернете улетучилось, и я в гневе захлопнула ноутбук. Что ж, теперь оставалось только спать, хотя как после такого уснуть?

***

Что бы ни произошло в последний учебный день, но жизнь продолжалась, а летняя школа неумолимо приближалась. Я с унылым видом стояла перед шкафом с одеждой. Сегодня было первое дополнительное занятие по геометрии, а я даже не знала, что надеть. В итоге, выбор пал на свободную футболку и шорты - после подлестничного происшествия привлекать к себе лишнее внимание не хотелось. Кабинет Кошкина встретил меня тишиной и ветром, проникавшим в помещение через открытое окно. Я села за последнюю парту, достала телефон и принялась играть. Когда очередной уровень был почти пройден, над моим ухом раздался голос: - Может быть, мы всё-таки начнём урок, Александра? Я аж подскочила на стуле. Телефон выскользнул из рук и грохнулся на пол. Я потянулась за ним, но что-то явно пошло не так, и я вместе со стулом рухнула под ноги Кошкину. - Так что насчёт урока? Или это падение было попыткой загреметь в больницу и не заниматься геометрией? Пришлось подниматься. Следующие два часа прошли просто ужасно: Матвей Владимирович, казалось, готов был мне голову оторвать за мою тупость. Но я действительно ничегошеньки не понимала. Саму порядком бесит этот геометрический кретинизм. - Смирнова, вы тупая школьница с сахарной ватой вместо мозгов! Как можно не понимать элементарных вещей?! Вы даже не знаете, что такое синус. Где же вы были весь восьмой класс? И следующие два. Я упорно молчала, с ненавистью смотря на преподавателя. Не собиралась же я оправдываться перед ним. Пусть орёт, пусть обзывает. Мне пофиг. - Смирнова, вы не выйдете отсюда, пока не решите эти задачи, - заявил Кошкин, шлёпнул передо мной на парту лист с заданиями и закрыл на ключ дверь класса. Я прочитала условия. Нет, я этого не осилю. Как я буду это решать, если даже половины слов здесь не знаю? Через пятнадцать минут тупого разглядывания листа, я поняла, что нужно что-то делать. - Матвей Владимирович, пожалуйста, отпустите меня домой, я есть очень хочу, - я старательно захлопала глазками. На что Кошкин просто вынул из стола шоколадный батончик и швырнул его в меня, попав точно в лоб. Я тихо зашипела и принялась жевать. Первый способ не сработал, приступаем к плану Б. Риск был большой, но домой тоже хотелось сильно. И я решилась.