Танцы с дьяволом

Министерский бал был в самом разгаре. В огромные окна старинного особняка изредка врывался теплый летний ветер и надувал шторы прозрачными парусами. Разгоряченная Джинни вдохновенно вальсировала в умелых мужских руках. Гарри бережно прижимал девушку к себе и любовался ее румянцем и золотистым локоном, выпавшим из высокой прически. В этот раз он останется с ней во что бы то ни стало. И никаких чертей! — Ты сегодня очаровательна, дорогая. — Гарри нежно склонился к изящному ушку партнерши и, улыбаясь, прошептал их привычную шутку, — так какого дракона мне сегодня придется убить, чтобы стать достойным такой принцессы? — Давай обойдемся без убийства невинных созданий, Гарри, — Джинни задорно улыбнулась ему. — Лучше проводи меня в комнату, мне бы хотелось передохнуть. Гарри учтиво подал партнерше руку и самая популярная пара этого сезона торжественно выплыла из зала. Он стремительно увлекал партнершу, как можно дальше, пытаясь убежать от посторонних глаз и от своих несвоевременных воспоминаний о пушистой белой челке, несчастном голосе и черной блестящей коже, туго обтягивающей тощие вызывающие бедра. Не думать, не вспоминать. Ведь дураку понятно, что врал и играл роль, подлец. Тем более Джинни — вот она рядом, очаровательная, нежная, влюбленная. А где эта белобрысая нечисть болтается — черт его знает. В прямом смысле этого слова. Гарри вздохнул, пытаясь сосредоточиться на текущем моменте. В самом дальнем зале ритмы вальса были уже не слышны. Мягкий летний вечер вливался в распахнутые настежь окна богато обставленной комнаты, кружил вокруг мраморных затейливых колонн и уплывал в дальний угол по направлению к громадной королевской кровати. Аромат сирени и весенней травы висел во влажном терпком воздухе. Где-то в глубине дома играл ненавязчивый тихий блюз и, вторя ему, в траве мелодично свиристели цикады. Джинни отвернулась от окна и влюбленно посмотрела на своего избранника. Закатные лучи придавали завершенность романтической мизансцене и накладывали на девичьи щеки нежный румянец. Гарри перевел взгляд с розовеющего неба на застывшее в напряженном ожидании лицо девушки и осторожно взял ее за руку. — И стонет скрипка, как душа в мученье; печальный вальс и томное круженье, и небеса, как алтари, горят... — Гарри шептал дивные строки, глядя в сияющие глаза своей прелестной спутницы. — Как прекрасно. Кто это? — тихо спросила его Джинни. — Бодлер, — не замешкавшись ни на секунду, ответил Гарри и сам удивился, что знает. — Но разве на этом свете может быть хоть что-то прекраснее тебя? — учтиво спросил он, энергично выдворяя из головы нахальный белобрысый образ, всплывший там в качестве ответа. Джинни расцвела улыбкой и чуть подалась ему навстречу в немой мольбе. Это был идеальный момент для поцелуя. Словно качаясь на нежных волнах незнакомого блюза, Гарри бережно притянул девушку к себе и наконец-то прижался к ее губам... И ничего не почувствовал. Ну то есть совсем ничего. С тем же успехом он мог целовать престарелую тетушку или каменную горгулью. Гарри с недоумением отстранился от таявшей в его руках Джинни и изучающе оглядел ее, а потом и себя. Ну и что на этот раз не так? Он красив, богат, образован. Все было правильно, как он и заказывал. Вот только Джинни его больше не привлекала. Совсем. Может быть кто-нибудь объяснит ему, наконец, в чем тут дело? Внезапно из-за мраморной колонны вышел его личный дьявол. Чертовски привлекательный, безумно сексуальный дьявол, с изумительной алебастровой кожей, сводящими с ума прозрачными глазами и потрясающим телом, каждый изгиб которого был старательно подчеркнут черной блестящей тканью. Он замер поодаль и выжидательно уставился на свою жертву. — Малфой, сволочь, что ты натворил на этот раз? — Гарри потянуло к нему с такой силой, что он был вынужден вцепиться руками в спинку ближайшего стула. — Проблемы, Поттер? — мерзкий невыразимец изящно выгнул свою бровь, став от этого краше в сто, нет, в тысячу раз. — В кого ты меня превратил, мерзкий ублюдок? — Гарри тихо застонал, переводя взгляд с Малфоя на Джинни и обратно. Можно было не сомневаться, что теперь его привлекают только парни. А если быть точным, то даже из всех парней ему нужен один вполне конкретный, вот этот. Гарри готов был выть от отчаяния. Теперь вдобавок ко всему он еще и гей. Так что сил противиться очаровательному демоническому мерзавцу у него просто не осталось. Гарри стоял посреди пустой комнаты и, как свой последний оплот, изо всех сил, сжимал резную деревянную спинку, стараясь не таращиться на красавца-дьявола. Весь во власти этих усилий, он даже не заметил, как Джинни тихо растворилась в воздухе, словно ее здесь никогда не было. Где-то вдали по-прежнему играл умиротворяющий блюз. Малфой медленно и неумолимо подошел к нему вплотную, отобрал из рук несопротивляющегося Гарри стул, положил ладони ему на талию, призывно сползая ими чуть ниже, и медленно начал покачиваться в такт музыке, порочно улыбаясь и все сильнее сжимая Поттера в объятиях. Уверенные ладони дьявола на бедрах Гарри неожиданно оказались самым восхитительным и правильным, что с ним случилось за весь этот длинный день. — Ты хотел свою Уизли? — ласковый интимный шепот пробрался к Гарри в самое ухо и острыми искрами рассыпался по всему позвоночнику. — Так забирай ее. Женись на ней. Если ты, конечно, этого хочешь. Светлые волосы мягко скользнули по щеке и возбуждающе защекотали губы. Гарри обмирал в дьявольских руках и подавленно молчал. На кой черт ему сдалась эта Джинни? Когда этот проклятый слизеринский демон хорош так, что дух захватывает. Гарри не выдержал, невольно обнял его в ответ, втянул в себя его запах — табак, жженый сахар, кайенский перец — и еще ближе прижал его к себе, словно невзначай скользнув губами по виску. — Это было твое седьмое и последнее желание, Поттер. А теперь скажи мне наконец, чего ты действительно хочешь? — тихо спросил дьявол, заглядывая ему в лицо и приближая свои бедовые грозовые глаза к самым зрачкам Гарри. Гарри пытался найти слова, но ничего не смог придумать, кроме правды. Поэтому он вцепился в своего дьявола еще крепче и отчаянно выдохнул ему в ухо: — Тебя. Дьявол довольно и сыто улыбнулся, и, продолжая кружить партнера под древние звуки саксофона, поднял руку и заботливо пригладил поттеровский темный вихор: — Я говорил, что передача души всего лишь пустой ритуал. Так вот, я соврал. — умиротворенно сообщил он, не вынимая пальцев из непокорных темных волос. — Дьяволу это позволительно. И твоя душа теперь по контракту принадлежит мне навечно, Поттер. Ты имеешь что-нибудь против? Демон скользнул ладонью вниз по смуглой щеке и осторожно провел большим пальцем по его губам, словно пытаясь подсказать правильный ответ. Гарри улыбнулся и едва заметно покачал головой. — Забирай ее, Малфой. Только и меня забери в придачу к ней, ладно? Внезапно он обхватил губами изящный палец демона-искусителя, целиком втянул его в рот, провел языком от мягкой подушечки до основания и принялся посасывать. Буквально через секунду он услышал изумленное, прерывистое дыхание и увидел, как затуманились обычно прозрачные дьявольские глаза. Теперь уже стало совсем непонятно, кто же кого искушает. Драко проклинал себя за то, что расслабился и совсем забыл, что с Поттером никогда нельзя ничего предсказать заранее. Но было поздно. Соблазняемый дьявол глубоко дышал, жадно приближался к лицу Поттера губами и пытался как можно теснее прижаться бедрами. Медленно покачиваясь в танце, Гарри подтолкнул личного демона к огромной царской кровати с пологом, разместившейся у дальней стены, и наконец выпустил измученный палец на волю, но только ради того, чтобы быстро прошептать в приоткрытые губы. — Иди ко мне, Малфой. Хочу тебя, мой хороший. — Он быстро приблизился к его лицу, лизнул нижнюю дьявольскую губу и, пользуясь тем, что тот оцепенел и задохнулся от новых ощущений, ловко опрокинул своего демона на кровать и уже откровенно любуясь, погладил его лицо. — Ты такой невероятно красивый, Драко. Сам Поттер был горячий как печка, дрожал от возбуждения и обращался к нему таким хриплым сексуальным голосом, что Драко уже мечтал лишь о том, чтобы тот поскорее заткнулся и чтобы поцеловал. Коварного дьявола только и хватило, что на жалобную фразу: — Поттер, вообще-то это я тебя должен был соблазнять. — Не волнуйся, соблазнишь в следующий раз. — Гарри наконец-то накрыл его губы своими, жадно ловя ответные страстные поцелуи своего дьявола и торопливо расстегивая давно беспокоящие его кожаные штаны. Драко так трогательно задохнулся от поттеровской руки, проникающей внутрь, так тяжело задышал и откровенно потянулся за очередным поцелуем, что Гарри внезапно понял — это больше не игра. Есть Малфой — настоящий, живой, ехидный, капризный, трогательный, отзывчивый. Которому необходим он, Гарри Поттер, точно так же, как и самому Гарри уже давно нужен этот проклятущий дьявол. И еще он понял, что между ними уже никогда не случится банального секса. Теперь между ними всегда будет большее, чем просто секс. Намного большее. А когда оно всё началось — бог знает. Или дьявол. Кто-то из них двоих. Гарри чуть отстранился и залюбовался приоткрытыми влажными губами, мутными от желания потемневшими глазами и светлыми прядями, разметавшимися по просторной королевской кровати. Это царское ложе, собственно, как и вся великолепная комната, было просто создано для любви. Уж для себя этот чертов дьявол расстарался на славу. Мысли Гарри прервал возбужденный злой голос: — Поттер, если ты наконец-то закончил с созерцанием прекрасного, то может уже соизволишь... Гарри вздохнул, улыбнулся и заткнул поток дьявольских ругательств влажным непристойным поцелуем, набравшись решимости и наконец-то переходя к активным действиям. * * * Изнуренные, счастливые, зацелованные и испещренные прочими следами любви в виде синяков и царапин, парни расслабленно нежились в щемящих звуках саксофона. Словно теперь их совместный танец продолжался в горизонтальной плоскости. Драко вяло выписывал пальцем на поттеровской груди рунические символы. Гарри подозревал, что это очередные любовные заклятия, но ему было лень шевелиться и отгонять хитрого мерзавца. Хуже не будет. Он и так уже принадлежал своему проклятому дьяволу душой и телом. — М-м-малфой, — с трудом выдохнул он. Говорить тоже было лень, но совесть обязывала. — Ты так намучил бедную Джинни, и все впустую. Сделай ей что-нибудь хорошее. Ты же можешь. — А у нее и так все хорошо, — цинично и расслабленно усмехнулся дьявол, не прекращая своих пассов на его ребрах. — У нее уже два месяца роман с Лонгботтомом. Гарри вяло подумал, что ему надо бы разозлиться, приревновать, возмутиться, наконец, но ощутил только полное равнодушие. Плевать ему на Джинни, когда у него есть его прекрасный дьявол. Самый лучший дьявол в мире. Самый любимый. Ох, ну то есть, не то, чтобы любимый... Видимо все же начали действовать коварные малфоевские руны. Ну и пусть будет любимый. Черт с ним. Гарри умиротворенно улыбнулся и потерся щекой об узкое плечо. — Зачем ты сделал меня геем, Малфой? Я ведь и так уже в тебя... — дыхание сбилось. Так сложно было признаваться в чем-то очень личном. Драко смущенно уткнулся ему в плечо: — Не хотел рисковать. Опять же, в этой команде конкуренция меньше, — он не сдержался и хмыкнул. Гарри тоже рассмеялся и крепко прижал Драко к себе, отчего тот счастливо зажмурился. — Зато с остальным как расстарался. И красивый я у тебя, и умный, и богатый... — Мне тебя еще родителям представлять, Поттер, — задумчиво протянул Драко, откидываясь на спину и пристально разглядывая узоры на потолке. — Не хотелось позориться. Гарри вспомнил семейку Малфоев и понимающе кивнул. Он перекатился на живот, подпер подбородок рукой и уточнил: — И все-таки. Как же ты заполучил мою душу, Малфой? — Ну-у, как сказать. — Драко неожиданно опустил глаза и порозовел. — Я вообще-то не совсем дьявол. Я в отделе дешифровки работаю. Санскрит, латынь, иероглифы... — Малфой! — рука Гарри поползла по привычной траектории к беззащитному горлу. — Ну чего тебе, Поттер! — в его голосе послышались нервные опасливые нотки. — Я не вру. Это правда. А атрибутика всему нашему отделу по статусу полагается. Рука замерла на полпути и успокаивающе погладила его плечо. — А что вы вообще делаете с душами? — Вообще? Владеем. У каждого сотрудника несколько сотен подопечных. Знаешь какая это тяжелая работа? Поэтому нам пенсия рано полагается и молоко за вредность. Так сложно за всеми уследить, — с протяжным вздохом пожаловался трудолюбивый дьявол, — каждому нужно уделить внимание: поджарить вовремя до неумеренного гнева, гибельные желания разжечь, неуместную страсть вложить, уныние вселить, тщеславие взрастить... Это все только думают, что у нас работа простая. А на самом деле гроссмейстеры на своих тридцати досках по сравнению с нами просто дети. Чем сильнее маг, тем выше рангом дьявол им владеет. Снейп вот и Дамблдор у самого Баала обслуживались. Снейпу неуместную страсть к твоей матери выдали. И тщеславие. А Дамблдор всегда мужчин любил, как раз в то время, когда с этим было сложно. И еще чревоугодие у него было в списке. Помнишь его вечные лимонные дольки? Гарри согласно фыркнул и уточнил: — И сколько же у тебя душ, Малфой? — Пока одна. Я же говорю, вообще-то не по этому профилю. Мне еще расти и расти. Баал, мой начальник, хотел забрать тебя себе, да отец его убедил, что я о твоей душе отлично позабочусь. Упирал на нашу давнюю школьную вражду, напоминал про свою преданность темному делу... — Баал твой начальник? — Драко, увлеченный рассказом не заметил, что Гарри посмотрел на него как-то странно. — Угу. Так вот отец был очень убедителен, и Баал согласился. Он, получается, двух зайцев убил — сотрудника мотивировал и твою душу сгубил заодно. А отец повысил меня по службе и заполучил в семью душу Золотого Мальчика. А в перспективе и его самого. Все довольны. — Малфой! Какое там “все довольны”! Ты хочешь сказать, что твой отец, перехитрил самого Баала?! Драко опустил глаза и снова залился румянцем. — Тише. Не нужно об этом так кричать, Поттер. Баал вообще-то хитрый, дьявол, и у него бы все получилось. Я, как твой школьный враг, должен был тебя измотать, измучить, жилы вытянуть... Все по учебнику. Они же не могли знать, что я в тебя с самой школы... — он внезапно замолчал и отвернулся. Гарри впервые видел, чтобы Малфою было так неловко. Он ерзал, краснел и мучительно прятал глаза. Кажется, они оба не умеют признаваться в глубоко личном. Гарри улыбнулся и поцеловал трогательную и уже такую знакомую шею: — Не знаю, как ты, а я на них не в обиде. И, кстати, может уже поделишься, как ты с моей душой разбираться собираешься? С чего начнешь, с тщеславия? Драко серьезно и строго посмотрел на него. — Извини, Поттер, но ни о чем таком даже не мечтай. Заявка уже завизирована и ушла наверх. У тебя будет разжигаться похоть и только похоть. Зато в полном объеме и на всю жизнь. А к кому — это уж я сам решу, — и Драко вызывающе приподнял светлую бровь и облизнул изогнувшиеся в хитрой усмешке губы. Гарри окинул красавца-дьявола оценивающим, полным желания взглядом, увидел, как в серых глазах невольно зажегся ответный огонек и призывно улыбнулся: — Знаешь, я почему-то, совсем не возражаю, — он притянул своего теплого шелковистого дьявола поближе к себе и провел рукой по его телу, чувствуя, как тот мгновенно задохнулся и зашелся в ответном желании, и прошептал ему на ухо. — Но предупреждаю, Малфой, попробуешь захапать себе еще чью-то душу, и я превращу твою жизнь в ад! С тебя и моей хватит, понял? Драко вздохнул, доверчиво прижимаясь к нему еще ближе. — Я так и знал, что с тобой будет трудно, Поттер. Ты какой-то неправильный грешник. Строптивый. Чувствую, что я с тобой еще намучаюсь. Гарри хмыкнул: — Не исключено. А твой начальник случайно не был на тебя за что-то сердит? Драко удивленно посмотрел на него. — Ну, я ему на прошлой неделе кофе на брюки пролил. Чуть на причинное место не попал, — Драко коварно ухмыльнулся. — Но он-то думает, что я нечаянно. А потому что не надо было меня в мышь превращать! Я же не специально языки заклинания перепутал. — Драко горько вздохнул и пожаловался, — Вообще-то он считает меня бесперспективным, потому что мне на чужие страдания смотреть противно, да и мучить я никого не люблю. Вот и не дает мне никого в опеку, еще и злится за все подряд. И наказания выдумывает одно круче другого. Но твою душу почему-то решил мне отдать, может все-таки поверил в меня? И кстати, откуда ты про это знаешь? Гарри утешающе погладил его по спине: — Что-то подсказывает мне это, мой неправильный, трепетный демон. Может быть мои способности к прорицанию? — при этих словах Малфой хмыкнул, но Гарри, будто не слыша, продолжал тем же ровным тоном, — а может быть то, что Баал заходил ко мне на прошлой неделе в Аврорат? В глазах Драко отразился ужас. — То есть... Ты хочешь сказать, он все знал? И тебя — мне специально?.. — Видимо да. — Гарри заботливо подул в лицо явно собирающемуся уплыть в обморок дьяволу и продолжил, — Однажды он пообещал мне забрать мою душу в обмен на одну услугу, — Гарри оборвал себя на полуслове, — впрочем, это неважно, давняя история. А сейчас пришел и намекнул, что пришло время отдавать долги. Скорее всего он все взвесил и его такой расклад больше всего устроил. Ты мучаешь меня, я мучаю тебя, все счастливы. Кроме нас с тобой, разумеется. Драко оторопело смотрел на аврора, не находя слов. — Только я даже не представлял себе, что всё будет именно так. — Гарри успокаивающе поцеловал теплый висок совсем потерявшегося Драко, — Думал все будет торжественно обставлено спецэффектами — котлы, сера, дым, куча огня... Мое ритуальное убийство с последующим отъемом души. И уж меньше всего мог ожидать, что ко мне придет мой школьный враг с каким-то смехотворным шарлатанским предложением. Одно пиво чего стоило... Да еще и брюки эти дурацкие. Малфой самодовольно ухмыльнулся. — Значит оценил костюмчик? — Оценил, оценил. Дай-ка я тебя за него отдельно... — Поттер! Что ты де...? Мррф. * * * Когда парни немного отдышались после второго раунда, довольный Драко скатился с Поттера и тут же потребовал объяснений: — Что это была за история, Гарри? — поинтересовался Малфой, уже отчаянно его ревнуя. Видимо этот проклятый грешник действительно выпьет из него все соки. — Ради кого ты согласился продать свою душу и даже умереть? Ты же у нас герой, наверняка это был кто-то, а не что-то. Гарри прятал от него глаза и молчал. Драко почувствовал, как раскаленная игла ревности впивается прямиком в печень и начинает там проворачиваться по спирали. Да уж. Не зря Баал у них в начальниках ходит — знает, садюга, толк в пытках. — Поттер, — тревожно и жалобно позвал он. Гарри явно не собирался ему отвечать, но потом посмотрел на огорченное, чуть не плачущее лицо с подрагивающей нижней губой, вздохнул и выпалил, словно бросаясь в холодную воду: — В обмен на свободу и безопасность твоей семьи, Малфой. Нарциссы и тебя. А Люциусу просто повезло прицепом. Не камень, а целая гора свалилась с дьявольских плеч Драко, а в животе запорхали летучие мышки. — Но... почему? Гарри провел пальцем по его щеке и признался: — Сразу после войны на вас очень много доносов было. Все требовали вас казнить, и Аврорат склонялся устроить публичную показательную казнь, чтобы заткнуть недовольным рты. Я, как ни старался, ничего не мог сделать. Нарциссе я был обязан жизнью. А ты... Просто не мог позволить, чтобы с тобой что-то случилось. Не знаю почему. Не мог себе представить, что тебя вот так вот возьмут и казнят. Зря я тебя что ли из пламени на себе тащил? Поэтому искал любой выход. Вот тогда и появился Баал со своим предложением. Он был очень убедителен. Он помогает вам, но за это однажды я должен буду продать ему свою душу. Конечно, я понимал, что поступаю глупо, но не мог иначе. — Угу. Как и всегда. Гарри погладил по спине своего по-прежнему ехидного, но какого-то подавленного Малфоя и продолжил рассказ: — Баал все выжидал, чтобы я продвинулся по службе и ценность души повысил. Вот и на прошлой неделе заходил к нам по делу, да напомнил мне про возврат долга в обозримом будущем. У него это называлось как-то патетично, вроде: "земля разверзнется под ногами и поглотит тебя геенна огненная". Красиво ведь, правда? Вот я и думал, что мне опять умирать придется. Только не знал когда. А он не торопился говорить. Но у меня к этому иммунитет — всю жизнь так жил, готовясь к смерти. Я думал, однажды он появится в огне и дыму и лично доставит меня в преисподнюю для ритуала. Поэтому я тебя всерьез и не воспринял. — Неужели даже не заподозрил? Гарри помотал головой. — Вначале вообще не поверил, думал ты или издеваешься опять, или рехнулся. Я же не знал, что ты у него работаешь. А потом решил, что раз душа моя все равно давно в закладе, то и терять мне уже нечего, почему бы не попробовать? Только и подумал, что развелось вас, чертей, слишком много на мою голову. К тому же, что ты удивляешься? Ты мне всегда мозг парализуешь, Малфой, еще со школы. Драко смотрел на него как-то странно: — И ты в самом деле готов был пожертвовать собой ради нас? Гарри притянул его к себе и уткнулся в белоснежные волосы: — Правда. Не спрашивай почему. Сам не знаю. Готовился к аду в полной мере. И уж точно не ожидал, что моим наказанием будет руководить коварный и влюбленный демон. Да еще так глумиться и измываться в процессе забора души. Да еще и в такой амуниции, — Гарри мечтательным взглядом окинул выпендрежные штаны, сейчас лежавшие в дальнем углу бесполезной кучкой. — Так давно... Ради нас... И все всё знали, только я один понятия не имел?.. — казалось Драко все еще не мог свыкнуться с потоком информации. — И Баал тебя мне специально?.. Гарри посмотрел в его ошарашенные глаза, спрятал свою улыбку на его плече и серьезно пообещал: — Но теперь ты мой. И я никому не дам тебя в обиду. Ни Баалу, ни Вельзевулу. И сам постараюсь не мучить слишком сильно. Драко уже собирался выдать в ответ что-нибудь убийственное, как внезапно его поразила возмутительная мысль. — То есть тебе опять просто тупо повезло, Поттер? И ты опять переиграл черта, дьявола и весь наш отдел, не прилагая для этого никаких усилий? Гарри улыбнулся ему и просто пожал плечами. — Как всегда, Малфой. Когда на твоей стороне бог, тебе обычно везет даже с дьяволом. Пусть ты и связан с ним навечно. Его персональный демон ошеломленно покачал головой, пробормотал себе под нос какое-то ругательство на латыни, потом что-то сообразив, повернул к нему лицо и спросил с легкой ноткой неуверенности, такой странной в устах самодовольного красавца-дьявола: — Если мы все равно связаны навечно... Ты... Ты выйдешь за меня, Поттер? Гарри внимательно изучал потолочную лепнину и демонстративно не торопился с ответом, изо всех сил сдерживая себя, чтобы не наобещать своему трогательному Малфою всего и сразу. Все-таки месть хвостатым за все измывательства должна быть мгновенной и решительной, как выстрел. Когда от затянувшегося молчания дьявол очевидно занервничал и заерзал на роскошном покрывале, Гарри задумчиво пожал плечами и, словно сомневаясь, нехотя кивнул. — Кхм... Даже не знаю. Пожалуй... Возможно... Но только при условии, что ты выполнишь мое последнее желание, Малфой. Драко обиженно застыл, напрягся и холодно, оскорбленно поинтересовался сквозь зубы: — И какое же? Гарри внимательно оглядел его и твердо сказал: — Ты дашь мне подергать себя за хвост. Драко поднялся на локте и изумленно посмотрел на смеющегося придурка, которого он любил уже столько лет, а тот все никак не мог повзрослеть за эти годы. И до чего же это было здорово! Гарри обхватил обеими руками все еще слегка сердитого дьявола, и смеясь, притянул к себе: — Ну так что, Малфой, дашь? — Поттер! Не наглей. — Ну пожа-а-алуйста, Дра-а-ако, — улыбающийся Гарри обхватил его лицо руками и ласково поцеловал в губы. — Кхм. Даже не знаю. Пожалуй... Возможно... — Злопамятный Малфой, повторивший один в один по списку все его междометия, внезапно оказался втянут в еще более нежный поцелуй. — М-м-м. А ты, оказывается, умеешь уговаривать, Поттер. Знаешь, я подумаю над твоей просьбой. После свадьбы. — Тогда нам придется пожениться как можно скорее, Малфой. — Не возражаю. Как насчет пятницы? — Тринадцатого? Она как раз через две недели. Надеюсь, Баал даст тебе пару отгулов для праздничного отмечания очередной загубленной души? — Не только даст, но и сам придет насладиться эффектом. Так что ты уж будь добр, постарайся на свадьбе изредка делать страдающее лицо. — Рядом с тобой это будет не так сложно, как ты думаешь. — Гарри ухмыльнулся, охнул от тычка в бок острым локтем, внезапно притянул брыкающегося Драко к себе и тихо шепнул прямо в чувствительное дьявольское ухо. — Ты знаешь, Малфой, оказывается вполне можно терпеть мир демонов ради одного хвостатого белобрысого ангела. Драко искренне возмутился. — Какой я тебе ангел, Поттер? — Я думаю, что гораздо лучший, чем дьявол, Малфой. Будем честны, от дьявола в тебе правильного только хвост. Может быть тебе пора переквалифицироваться? Пойдем к нам в Аврорат? И тут же получил от Драко по лицу подушкой: — Вечно ты мне все портишь, Поттер. Теперь за мою карьеру взялся. Ненавижу тебя, придурок. Гарри крепко прижал его к себе: — Или любишь? Драко уткнулся в смуглое плечо и прошептал: — Знаешь, Поттер, с тобой мне уже давным-давно кажется, что это одно и то же. Гарри расслабленно перебирал нежные светлые пряди и уже не задумывался, отчего он так счастлив. Ангел или демон, любовь или ненависть — какая разница? Зачем выбирать что-то одно, если вся эта гремучая смесь собрана в одном Драко Малфое, который, по счастливой случайности и благодаря вечным разборкам между Небесной Канцелярией и Преисподней принадлежит ему одному. Его личный ад и персональный рай теперь заключены в отдельно взятом дефективном дьяволе. Целиком и полностью. Навсегда.