Quattro

Это когда-нибудь вообще закончится? Никогда. Грей упрямый. Он ненавидит бесконечные полемики и предпочитает словам действия. Его взгляд холодный, неприступный и стальной. В нем нет ничего, что можно было бы назвать «искренним» или же «светлым». Однако же мало кто знает о том, что он терпеть не может пустые улицы, ненавидит тишину и порою мечтает о том, чтобы посидеть около теплого камина с бокалом терпкого глинтвейна в компании добрых друзей. Грею не чужды человеческие чувства, однако он редко подпускает их совсем уж близко, как это делает Люси, к примеру. Или даже Нацу. Грей любит иногда подумать о том, что будет завтра, поздней ночью, когда Луна одевается в облака, а за окном назойливо стрекочут цикады. У него теплое отношение к тем, с кем он ходит на задания; с кем спит — просто спит, ничего более — бок о бок, когда они вчетвером вынуждены оставаться на ночлег в темном лесу около затухающего пламени костра; с кем прошел огонь, воду и медные трубы, да и не только это — похлеще было. Грей в шутку дерется с Нацу — никогда драка для них обоих не была актом объявления ненависти. И Грей это знает. Точно так же, как Нацу. Иногда Грею кажется, что у него каменное, ледяное, мохнатое, да черт его знает, какое — сердце. Но только не доброе. Однако же когда Люси и Эрза подходят к нему и обнимают — просто так, чтобы поддержать — Грей отгоняет эти мысли прочь. Грей далеко не поэт, не принц, не аристократ. Он не обычный парень, не дворовый мальчишка, но и не сын короля. Грей для Эрзы и Люси — нечто непонятное и недоступное. Недостижимое и непостижимое. Когда Грей дарит им цветы — Эрза и Люси знают, что это не говорит ровным счетом ни о чем. Он просто захотел порадовать девочек. Говорят, что «просто» ничего не бывает. Грей на это только хрипло смеется или молчит. «Просто» бывает. Грей знает об этом не понаслышке.