Моя любимая... кухня?!

POV Китнисс Мы все так же продолжаем сидеть с Хеймитчем около дверей в реанимацию, ожидая результат. Прошло пять часов с тех пор, как мы здесь находимся. В голове каша из всяких мыслей, но больше я не о чем думать не могу. Сюда мы привезли Пита в отключённом состоянии на машине скорой помощи. Медсестра, сделавшая прибор для подачи воздуха в легкие моего парня, сказала, что состояние у него критическое, поэтому надо спешить. Зачем Пит вообще приехал в ресторан? Если бы он этого не делал, то может быть остался бы жив! Зачем?! Почему он захотел выяснить отношение с этим Шоном? Дурак! Не думает о собственном здоровье! Все я, да я! Нет, мне, конечно же, приятно... Но все равно, он должен был подумать, прежде чем действовать. Что с ним сейчас будет? Выживет ли он вообще? Так. Не думать об этом. Проходит еще час, Хеймитч пошел купить нам кофе в каком-то автомате рядышком. Сидя в таком же положении, ожидая результат, я все больше пытаюсь успокоить себя. Прошло уже много времени, Пита должны были откачать еще при первых минутах пребывания в больнице. И они откачали его, как сказала вышедшая медсестра. Но они до сих пор не покидают этот проклятый кабинет, даже не удосужившийся выйти в зал ожидания. Хеймитч подошел ко мне и протянув стакан, стал ждать, пока я не возьму. Подняв руку вверх, я пытаюсь ухватиться за пластиковый стакан, но рука не слушается и обжигающее кофе падает на белую мраморную плитку. Несколько раз моргаю, пытаюсь, прокрутить информацию, но получается, что я бездушно смотрю на пятно. Я уже ничего не чувствую. Из большой массивной двери выходит мужчина в белом халате и какой-то папкой. Быстро вскакиваю и подхожу к нему. Хвастаю его за руку и поднимаю на него глаза. Пит должен был выжить. - Доктор, как он? - спрашивает дядя Пита, охрипшим голосом. - Мне очень жаль, но мы его потеряли. Его сердце не выдержало двух кубиков морфия. - Что?! - спрашиваю я, не локонов понимаю, всю суть сказанного. - Где Карел? - спрашивает Хеймитч. - Где его лечащий врач?! - Он в кабинете, просматривается видео с камеры. Вы можете пройти в кабинет через пять минут. Оседаю на пол и кручу головой. Такого не может быть. Он не мог меня оставить. Такого не может быть. Я не верю этим докторишкам. Перевожу взгляд на Хеймитча, понимая его состояние. Нет, он должен был выжить! Я ненавижу этот мир! Влетаю в кабинет, и вижу бледно-серое тело Пита – глаза его были закрыты, его грудь больше не вздымалась от дыхания. Все это доказывает мои опасения. Сажусь на какой-то стул и беру его холодную руку. Раньше он пытался согреть мои холодные руки, больше такого не будет. Я не услышу теплые слова, которые грели душу. Этого больше ничего не будет! Слезы вырываются наружу, я больше не могу смотреть на его бездыханное тело. Он обещал мне жить со мной ВСЕГДА! Я охраняла его от кошмаров! Я стала бы его женой, он бы был для меня мужем. Я бы родила ему много детей, может быть, мы бы купили дом за городом и жили бы вместе. Рак крови. Лейкемия. Я любила его! Я была любима! - Простите, что не сдержал обещание, - произносит доктор, копаясь в компьютере. – Мы откачали мистера Мелларка, но как только мы произвели анализы, мы поняли, что кровь не прижилась. Она разъедала его изнутри, после чего сердце не выдержало и он начал задыхаться. Но в последние секунды жизни мистер Мелларк попросил включить вам вот это, - говорит Карел, щелкая что-то на клавиатуре. После чего переворачивает экран телефона к нам. На мониторе появляется измученный Пит с бледным лицом. Видео снимали здесь, когда ему было плохо. Но я вижу на его лице странную улыбку. Даже при смерти он улыбается. «Дорогая, моя Китнисс, прости, что не сдержал обещание. Ты должна жить дальше, не смотря на прошлое. Я очень люблю тебя и всегда буду рядом с тобой. Я буду твоим ангелом. Так же в ресторане ты теперь директор. Хеймитч, ты тоже меня прости. За все те грубые слова. Которые я тебе говорил. Ты самый лучший. Позаботься о ней. И мы знали, что такой исход моей жизни будет. Я люблю тебя, Китнисс» *** Я плачу, хотя уже нет слез. Я страдаю, хотя пытаюсь улыбаться. Я скрываю свою боль. Он ушел, оставив меня здесь. Но во снах он приходит ко мне и только тогда, я живу. А днем я чувствую его прикосновение, хотя может быть мне это и кажется. Мне приходили мысли о суициде, но очень жалко Хеймитча. Мы с ним стали, как родные. Надеюсь, что когда-то мое сердце тоже не выдержит и я всегда буду с питом, как он мне и обещал.