Wanting To Be Wanted

      Мой мир был чертовски маленьким, когда я был ребенком, отец и три старших брата занимали его полностью. Наша семья была совсем другая, непохожая на все остальные существующие, поэтому нам не разрешалось выходить на поверхность, и мы не могли найти друзей, как бы нам этого ни хотелось. Пожалуй, мне это было вполне по душе, потому что мой мир вращался вокруг братьев, я был действительно счастлив. Хотя, со временем мы все же смогли отыскать приятелей среди людей, например, Эйприл и Кейси. Мой мир по-прежнему вращался вокруг братьев, в то время как их мир расширялся, а все привычные вещи кардинально менялись. Я чувствовал как парни постепенно отстраняются от меня, но терпеливо хранил молчание. Мои братья казались счастливыми, пока я не узнал то, что не должен был знать, и все вокруг меня превратилось в жалкие руины. Что бы вы сделали, если бы вас сдвинули на второй план? Я думаю, вы бы улыбались, тупо скрывая боль, разъедающую вас изнутри.

***

Я слышал их снова прошлой ночью. Они думали, что я ничего не замечу или не пойму, но все было слишком очевидно. Тихие вздохи и стоны раздавались по ту сторону стены. Мне было больно слышать их. Лео, Раф и Донни вместе, а я в одиночестве. Совершенно один. Я сел, глядя на циферблат будильника. Слишком рано, чтобы вставать, но пребывать в комнате еще дольше было просто невыносимо. Я устало поднялся с кровати, быстро оделся, а после вышел в гостиную и упал на диван, тяжело вздыхая. Я и понятия не имел, когда взаимотношения между братьями переросли в любовные, но меня точно не приглашали. "Прекрати жалеть себя, - отчитывал я скулеж в голове, - ты просто не их типаж. И все. Пора бы вырасти! У тебя нет прав на все, чего желает твое сердце." Но в этом-то и была проблема. Я действительно хотел такого рода отношений с братьями. Я хотел чувствовать защиту Лео, силу Рафа и нежные губы Донни. Я хотел того, чего у меня не было, и это ужасно ранило меня день за днем. Я молча открыл дверь логова и выбежал в канализацию. Мне срочно требовалось немного физической нагрузки, чтобы очистить голову от мыслей, в которых рождались немыслимые образы, олицетворявшие все то, что я мечтал получить от своих братьев. "Забудь об этом, неудачник, - ворчал я на самого себя, заставляя тело двигаться все быстрее и быстрее. - Ты родился девственником, девственником и умрешь. Никто не захочет черепаху-мутанта, поэтому наслаждайся той жизнью, которая у тебя есть". Я все бежал и бежал, но сердце никак не хотело наслаждаться той жизнью, которая у меня была, а разбитые осколки моих желаний болезненно пульсировали внутри. Я бежал до тех пор, пока первые лучи солнца не проникли сквозь канализационную решетку, затем все также молча развернулся и двинулся в сторону логова. Дверь распахнулась прямо перед носом, когда я потянулся к потайной ручке. - Где ты был, Майки? - требовательно спросил Лео, проталкивая меня внутрь, где я заметил взнолнованного Донна и взгляд Рафа, устремленный на меня. - Мы проснулись и обнаружили, что ты исчез, не удосужившись взять с собой телефон! Я был слегка удивлен яростью, исходящей от братьев. В последнее время Шреддер не доставлял нам никаких проблем, и поэтому все было довольно-таки спокойно. - Я не мог заснуть, - признался я, стараясь привести дыхание в норму, - и всего лишь вышел на пробежку, потому что не хотел кого-либо разбудить. Я даже не подумал о телефоне. Виноват. - Ты выходил на поверхность, Майк? - прорычал Раф, стиснув в кулаках руки. - Черт, нет! - заверил я, замечая, как братья заметно успокоились на моих словах. - Я не настолько глуп. Я пробежался по канализации, а когда солнце начало подниматься, тут же вернулся обратно. - Ты проснулся еще до восхода? - спросил Донни. - Ты сам на себя не похож, Майки. Может, тебя-что нибудь беспокоит? Ты какой-то тихий последний месяц. Я заметил, с какой заботой смотрели на меня трое старших братьев. Я знал, что они любят меня, но мне хотелось объяснить им, что я хочу быть любим несколько иначе. Я только лишь вздохнул и бесстыдно солгал. - Кошмары, - заявил я, - последняя драка с кучей вариантов плохого конца. Переживу. Братья заметно успокоились и переглянулись, словно бы молча разговаривая о чем-то. Я терпеть не мог эту их связь: она ранила все оставшиеся чувства. - Не делай этого снова, - попросил Лео, обвивая меня руками за плечи. - В следующий раз просто… просто включи телевизор, если встанешь так рано. Я услышу тебя, и мы сможем поговорить о твоих снах. Ты действительно напугал нас. Навряд ли я поступлю так, как он сказал, но мне пришлось соврать снова, чтобы лишний раз не волновать братьев. - Спасибо, Лео, - согласился я, - я думаю, мне стоит принять душ. А после него я приготовлю завтрак. Как насчет вафель, парни? Очень хочу вафельки. - И похож на вафельку тоже, - усмехнулся Рафаэль, на что я показал ему язык, - иди мойся, сладкий мальчик. Я кивнул и поспешил в ванную. Я обожал видеть братьев веселыми. Мне хотя бы все еще удавалось заставлять их смеяться. Мое счастливое настроение испарилось, как только я закрыл за собой дверь. Включив душ, я дал волю слезам, рвущимся наружу. Быть близко и одновременно чертовски далеко к кому-то, кого ты любишь больше всего на планете, было слишком тяжело для меня. Я чувствовал себя ненужным и забытым. Слегка уменьшив напор воды, я позволил рукам спуститься ниже и доставить мне хотя бы крохотную частичку того удовольствия, которое я бы хотел получить хоть раз за свою жизнь. Это помогло мне представить кое-чьи крепкие руки на своем теле, я громко простонал, давая волю воображению, и вскоре излился в свою ладонь. Я наскоро вымылся и выбрался из душа. “Прекрасно. Сейчас я выгляжу так же, как и себя чувствую”, - подытожил я, разглядывая себя в зеркало и заметив синие круги под налитыми кровью глазами. Я вытерся полотенцем и прикрыл набухшие веки своей маской. Насвистывая короткую мелодию, я зашел в кухню и тут же принялся смешивать нужные для вафель ингредиенты. Едва я успел завершить готовку, как в комнате показались братья, которые весело обсуждали что-то между собой. Сердце болезненно сжалось, я аккуратно поставил тарелку с завтраком на стол, стараясь не вызвать подозрений своим расстроенным видом. - Майки, ты выглядишь просто ужасно, - заметил Донни, обхватывая мое лицо руками. Лео и Раф поглядывали на меня с нескрываемой заботой. - Я в порядке, - попытался я успокоить старшего и резко отстранился, когда в кухню вошел мастер Сплинтер. - Ты же знаешь, что у меня появились небольшие проблемы со сном прошлой ночью. Я вздремну днем, бро. - Микеланджело, я знаю о твоей ночной пробежке, - прервал отец, когда я поставил перед ним тарелку с его мисо-супом и чаем, - и я не хочу, чтобы ты впредь выходил наружу в одиночестве, не предупредив об этом кого-либо из нас. - Да, Сенсей, - согласился я, улыбаясь своей семье, чтобы успокоить их, - этого больше не повторится. Раф мягко стукнул меня по затылку, и я заскулил, как обычно делал, соответствуя своему привычному для семьи образу младшего братишки. Все приступили к еде, я же взял вафлю в руки, разглядывая ее. Аппетит пропал, будто его и в помине не было. Остальные заметно насторожились, увидев, что я взял еду без привычного энтузиазма. Чья-то рука легла на мое плечо, и я оглянулся, заметив Рафа, который настороженно разглядывал меня. - Ты выглядишь дерьмово, Майки, - выпалил он, заставляя меня смущенно покраснеть. - Ты даже не притронулся к твоему любимому блюду. Что за дурацкий кошмар тебе приснился? - Хмм… Ну, я… Эм… - промямлил я, забыв напрочь все слова и потерявшись под взглядом этих красивых, янтарных глаз. Я испуганно подпрыгнул, когда Лео оказался позади меня и коснулся моего лба, - Лео? - Ты слегка теплый, - заботливый голос старшего брата заставил Донни сорваться с места, проверить мой пульс и пощупать гланды на шее. - Парни, я в порядке. Я только что принял горячий душ и, вероятно, еще не остыл. Такое может быть, - попытался оправдаться я. - Микеланджело, ты не в “порядке”, - предупредил Сенсей, на что я лишь удрученно кивнул головой, - даже если температура повысилась из-за душа, ты явно обессилен и должен поспать. Ты пойдешь в постель прямо сейчас. Я освобождаю тебя от тренировки на сегодня. - Да, Сэнсей, - согласился я, начиная понимать, что на самом деле нуждаюсь в отдыхе, - я пойду, только порядок на кухне наведу. - Иди сейчас, - запротестовал Лео, подхватывая меня и унося в сторону моей комнаты, - мы вымоем посуду сами. Я чувствовал себя покорной собачкой, был каким-то онемевшим, не способным бороться с кем-либо, да и кровать манила меня все больше. Я одарил Лео благодарным взглядом, когда он уложил меня на постель и нахмурился, разглядывая комнату, в которой царил невероятный бардак. - Это искусство, - невозмутимо заметил я, когда старший брат посмотрел на меня с тем же серьезным выражением на лице, - я становлюсь современным Пикассо. Лео фыркнул и улыбнулся. - Прими эти таблетки, - приказал Донни, вваливаясь в комнату и на ходу протягивая мне стакан воды с несколькими лекарствами. - Судя по поту на лбу, у тебя температура повышается, а я не хочу, чтобы тебе стало хуже. - Так точно, Доктор, - поддразнил я его, на что оба старших брата закатили глаза. Я все же покорно проглотил таблетки и довольно улегся на подушку. - Он заснул? - я услышал сквозь сон, что одолевал меня, шепот Рафа, раздавшийся из коридора несколько минут спустя. - Да, - прошептал Донни в ответ, - я осмотрю его после тренировки. Температура должна прийти в норму к тому времени. Я почувствовал, как чья-то рука нежно погладила меня по голове, затем кто-то выключил лампу и прикрыл дверь, оставляя меня одного. Как и в прошлый раз, осколки, хранившиеся где-то внутри, болезненно покалывали сердце. Будет ли это тем единственным чувством, которое будет посещать меня весь остаток моей жизни? Я так и буду оставаться братом-малышом, с которым нужно нянчиться? Я провалился в сон, который, к моему счастью, оказался очень глубоким и не был наполнен сновидениями, которые могли сделать мне больно или попросту напугать. Я наслаждался этим чувством опустошенности до тех пор, пока голоса не вырвали меня из дремы и я не начал медленно возвращаться в ненавистную реальность. - Майки? - голос Донни прервал мои мысли, и я устало промямлил что-то несуразное. - Давай, чувак, просыпайся, - услышал я Лео, в голосе которого заметил нотки напряженности, - открой глаза. Я сварливо заворчал, стараясь не крикнуть что-нибудь обидное. - Открой свои голубые глаза сейчас же, болван, - прорычал Раф, от чего я медленно поднял веки и с непониманием посмотрел на троих братьев. - Что случилось? - забрюзжал я, прежде чем понял, что нахожусь не в своей комнате, а все, включая мастера Сплинтера, столпились в лаборатории Донни, заботливо глядя на меня. - Спасибо, Господи! - воскликнул мой брат в фиолетовой маске, опускаясь в кресло рядом с кроватью, на которую меня положили. - Майки, ты нас напугал до смерти. - Что? - по-прежнему ничего не понимая, спросил я и заметил, как Лео и Раф подошли к Донни, кладя руки ему на плечи. - Сын мой, у тебя высокая температура держалась три дня, - объяснил Сэнсей. Мои глаза округлились в немом удивлении, и я наконец-то заметил иглу от капельницы в одной руке. - Мы не могли тебя разбудить, ты заставил нас очень сильно волноваться. Я лишь часто моргал глазами, пытаясь принять все, что мне сказали. Я посмотрел на Рафа, который потрогал мой лоб, усмехаясь мне в лицо. - Сейчас у тебя есть причина отмазаться от тренировок, - фыркнул он, но Лео смерил его суровым взглядом, и моему темпераментному брату пришлось приумолкнуть, - в этом есть немного шика, Майки. Лео воскликнул что-то, садясь на кровать рядом со мной и заключая меня в объятия. - Ты больше НИКОГДА не будешь бегать по канализации посреди ночи. Донни думает, что ты переохладил себя, а твое тело не смогло бороться с назревающей лихорадкой, потому что ты был слишком слаб для этого. - Простите, - пробубнил я, чувствуя горячие руки, которые обвили меня, и улыбнулся, когда Раф и Донни тоже подключились к общему объятию. - Но теперь я в порядке, парни. Я был приятно удивлен тому ощущению, которое заиграло внутри, когда Лео аккуратно уложил меня обратно на подушку. Отец подошел ближе, некрепко сжал мою руку, и я посмотрел на него, усмехнувшись. - Отныне у тебя постельный режим, - объяснил Донни, его лицо смягчилось, когда умник зевнул, а я просто не удержался, чтобы не зевнуть в ответ, - марш в кровать, Майки. - О’кей, - невнятно пробормотал я, понимая, что вот-вот провалюсь в сон, потому что глаза закрывались сами собой. Меня заставили проваляться в кровати целую неделю, и я решил, что спать в лаборатории Дона гораздо лучше. Хотя бы потому, что я не мог слышать, что происходит между любовниками. Оказалось, что терпеть это было гораздо легче, будучи в одиночестве каждую ночь, не имея возможности случайно столкнуться с интимной близостью, которой мои братья делились друг с другом. Боль в груди росла с каждым днем, но она была слишком привычной, потому что я породнился с ней в последнее время. В конце концов, Донни разрешил мне отдыхать на диване, и я впервые почувствовал себя счастливым, растворившись в глупых реалити-шоу, которые выставляли напоказ незначительную настоящую жизнь. - Я рад слышать этот смех снова, - ухмыльнулся Раф, входя в логово после утренней практики вместе с Лео и Донни. - Я рад, что смог развлечься хоть немного, - хмыкнул я, оборачиваясь и глядя на братьев, - хоть эти шоу дерьмо-дерьмом, они довольно забавные. - Ха! - Донни хихикнул, приземляясь на диван и склонившись надо мной. - Я буду припоминать тебе эти замечательные слова, когда ты в очередной раз заставишь меня посмотреть один из твоих фестивалей ужастиков. - Не оскорбляй классику, чувак! - запротестовал я, начиная дрожать от того, что кожа и теплое дыхание одного из моих возлюбленных была так близко к моей. - Ты просто не ценишь работу кинематографического искусства! Мне показалось, что я умер ненадолго, а потом снова воскрес. Кажется, я снова возвращаюсь в амплуа малыша-брата. - Искусство...Это как в твоей комнате? - спросил Лео с усмешкой. - Именно, - наигранно прорычал я. У меня выдался тихий, приятный вечер шуток и разговоров с братьями. Если это было единственным, что мне суждено получать от них, я буду наслаждаться тем, что мне хотя бы разрешают иметь. Не думаю, что у нищих есть право выбора. К следующей неделе я достаточно окреп, чтобы приступить к тренировкам снова, но мастер Сплинтер не разрешал мне перенапрягаться, поэтому я лишь разминался и оттачивал некоторые приемы. Я пытался медитировать во время спаррингов, но очистить сознание было непросто, потому что я не мог не смотреть, как перекатываются мускулы Лео и Рафа, когда они сражаются друг против друга во время послеобеденной тренировки. “Прекрати пялиться, - то и дело одергивал я себя, отворачиваясь и закрывая глаза, - Лео и Раф принадлежат Дону.” Я почувствовал чье-то присутствие и поднял глаза вверх, замирая на месте. - Майки? - сказал мне Донни, в то время как я изучал его наколенники. Старший потрогал лоб, заметно нахмурившись. - Ты покраснел. Нормально себя чувствуешь? Я молча моргал, растеряв все слова, и заметил, что Лео и Раф поспешили в мою сторону, увидев, что опять якобы что-то произошло. - Лихорадка вернулась? - встревоженно спросил Лео, опускаясь на колени рядом со мной и Донни. - Нет, его температура в норме, - Дон отрицательно помотал головой. - Хорошая попытка, мисс Дейзи, - хихикнул я обескураженным братьям, - я просто вспомнил то время, когда был действительно отстоем в медитации, и Раф постоянно обзывал меня противным. Я думаю, что покраснел, припоминая это. - Я помню это, - улыбнулся Раф, - ты пукнул при сэнсее. - Да, Раф, - прорычал я, становясь еще краснее, - я помню. Это был худший день в моей жизни! - Оставьте его одного, - скомандовал Лео, поворачивая маску на моем лице так, чтобы я не мог видеть. - Продолжай медитировать, Майки, и постарайся очистить свой разум на некоторое время. - И не неси чепухи больше, - послышался смех Рафаэля. Я вернул маску на место и в конце концов смог забыться и впасть в глубокую медитацию. Я открыл глаза через некоторое время, заметив, что в додзё никого нет, кроме Лео, который сидел в позе лотоса напротив меня. - Лео? - тихо позвал я. - Это был довольно выразительный показатель медитационных навыков, - похвалил меня старший, слегка нахмурившись. - Майки, ты был в глубоком трансе и медитировал около двух часов. Я вынужден был проникнуть в твое сознание, чтобы вернуть тебя. - Да я и не потерялся, - отрицал я, боясь, что один из моих братьев смог проникнуть ко мне в голову, - просто это было настолько… умиротворяющим. Я начинаю понимать, почему вы с Сенсеем любите много медитировать. Лео окончательно сбил мое дыхание, улыбнувшись мне одной из своих редких, ослепляющих улыбок. Сердце перевернулось, а любовь к брату вспыхнула внутри с новой силой. Я почувствовал себя неуверенной школьницей. - Ты можешь присоединяться к нам во время наших медитаций иногда, - предложил лидер, заставив меня улыбнуться ему в ответ. - Обязательно, - согласился я, протягивая руку Лео, чтобы он помог мне подняться. Раф, внезапно вломившийся в комнату, заставил меня подпрыгнуть от неожиданности. - Хей, ты прибрал к рукам Лео на слишком долгое время, - недовольно пробурчал мой вспыльчивый брат, несильно стукнув меня. - Дон хочет видеть его в гараже. Это было нечто вроде кодировки взамен на “Мы просто хотим заняться сексом в одном из автомобилей”? Великолепно! Жизнь определенно становится все лучше и лучше! - Оки-доки, - ворковал я, входя в кухню и стараясь держать себя в руках, - тогда я начну готовить обед. Лео и Раф переглянулись, а затем настороженно посмотрели на меня. - Ты уверен, что сможешь готовить? - спросил лидер. - Зашибись, Господи, - пробурчал я, закатывая глаза, - у меня была лихорадка, а не увечье до конца жизни. Я же сделан не из стекла, чувак. В конце концов, я чемпион Битвы Нексус, ты забыл? - Да, да, - передразнил меня Рафаэль, - я хочу лазанью, о великий чемпион. - Звучит неплохо, - согласился я, глядя как братья исчезают за поворотом, я слышал их шаги, удаляющиеся в направлении гаража. Ощутив очередную боль в груди, я сполз вниз по стене и простонал: - “Повеселись”, Майки.