Red rose of death

In the echoing silence I shiver each time that you say: Don't cry mercy, There's too much pain to come Don't cry mercy… Mercy (Hurts).       Утро после побега Эшли, 6.30 am. — Знаешь что? — Дин глубоко вздохнул, подавляя внутри себя вспышку ярости. Но нервы отказали, парень с силой треснул кулаком по столу, поднимая взгляд на Люцифера. — Это самый дерьмовый план из всех, которые я когда-либо слышал! — Да? — дьявол усмехнулся, изо всех сил стараясь держать себя в руках и сохранять спокойный тембр голоса. Это было крайне тяжело, ведь обстановка накалялась с каждой секундой. — Тогда предложи что-нибудь сам, умник. Повисла минута молчания. Два человека и двое небесных созданий в одной комнате. Это больше смахивало на хреновое начало анекдота, чем на реальность. — С чего это ты вообще решил помочь Эшли? — Сэм, проанализировав в голове всю поступившую информацию, наконец подал голос. На его губах заиграла горькая усмешка. — Что, совесть проснулась? — Я, видишь ли, у нее в долгу. — Люцифер принялся изучать потолок. Ему отчаянно хотелось здесь и сейчас прибить Винчестера, чтобы тот не задавал глупых вопросов. — Не каждый встречный тебя из клетки выпускает. Младший Винчестер выдавил из себя смешок. Сатана в долгу. Что-то новенькое. — А с чего это нам тебе верить? — Дин снова заговорил с надрывом в голосе.. И тут терпение архангела лопнуло. Он начал прожигать Винчестера взглядом, представляя, каким способом убил бы его, будь у него такая возможность. — Разве у тебя есть выбор, Дин? А? — дьявол чуть ли не переходил на крик. — Разве ты знаешь еще какой-то способ вернуть Эшли домой живой? Разве в твоем мозгу, если он конечно есть, зародились гениальные идеи, как спасти вашу…сестру? — Люцифер поморщился на слове «сестра», словно ему было до жути противно произносить его. Снова наступило молчание. — Кас? — старший Винчестер обратился к все еще молчавшему ангелу. — Что скажешь? — Только ради нее. ***       Наши дни. — Говори! Снова удар. И в этот раз кажется я отчетливо слышала, как треснуло мое собственное ребро. Невыносимая боль в один миг затуманила мои глаза, пришлось закрыть их. Тело предало меня, продало с потрохами, и я задрожала, чуть всхлипывая. Кричать было бесполезно, да и не думаю, что я могла выдавить из себя хотя бы звук. В горле давно пересохло, а во рту остался противный привкус крови, от которого отчаянно хотелось вывернуться наизнанку. А еще больше хотелось просто сдохнуть, упасть замертво прямо на этот холодный бетонный пол. Но как же, я даже попросту сесть не могу. Мои запястья давно уже находились в железных оковах, а цепи каким-то образом крепились к потолку, тем самым позволяя мне лишь стоять на своих двоих. Трудно, знаете ли, устоять на ногах, когда тебя ежеминутно избивают до потери сознания. Я опустила голову, стараясь скрыть от мучителя свое лицо, искаженное болью. Взгляд упал на изодранную и измазанную кровью рубашку, которая до недавних пор была новенькой. Дышать с каждой секундой становилось все тяжелее, нет — больнее. Похоже, ребро все-таки не выдержало. Хотя, я догадываюсь, что это не первое сломанное ребро за время моего нахождения в этом месте. Если честно, трудно было понять, куда меня приволокли в этот раз. Голые стены, исписанные граффити, и грязный, испачканный теперь моей кровью, бетонный пол не создавали особого уюта и наталкивали на страшные догадки. Но первое предположение, зародившееся в моем подсознании, что это место смахивает на какую-то заброшку или что-то типа того. В любом случае, находиться здесь — быть в аду. Комнатка, в которую меня запихнули, не пропускала солнечного света. Единственным освещением была лампочка на потолке. Не было окон, была лишь дверь. Небольшая железная дверь, скрипевшая всякий раз, когда кто-то приходил помучить меня. Этот зловещий скрип заставлял внутренности трястись. Жаль, что у меня не было сил даже ненавидеть этих тварей, пытавшихся выбить из меня информацию, касающуюся Люцифера. Но я дала слово, что если каким-то образом выберусь отсюда, то первое, что сделаю — выпущу всю свою ненависть. На Кроули и остальных демонов. И сделаю это с превеликим удовольствием. Я попыталась нормализовать сбившееся дыхание, считая, что это хотя - бы на короткое время уймет последствия удара. Я глубоко вдохнула, чуть ли не взвыв от новой порции сильной боли, но при этом. Слишком тяжело. Слишком больно. Слишком. Я слегка покачнулась, цепи загремели. Стало тошнить, я начала кашлять. Горло горело адски, я сплюнула небольшую порцию крови. Снова этот отвратительный железный привкус. Ранки на обсохших губах в очередной раз защипало, я поморщилась. Струйка алой жидкости скатилась по подбородку, бесшумно падая на пол. — Глухая? — голос демона, не оставлявшего на моем теле ни одного живого места, отдавался эхом. Он грубо взял меня за подбородок и поднял голову так, чтобы я посмотрела на него. Ох, остается только догадываться, сколько ненависти читалось в моем взгляде. Хотя, скорее всего, мы хотели прибить друг друга одинаково сильно. А, нет — я желала вонзить клинок в грудь этого урода сильнее. — Я приказал: говори. — К… — я попыталась съязвить, но с первого раза у меня не вышло. Звук застрял в горле. Мой собственный голос хрипел, я с трудом узнавала его. Пришлось немного прокашляться, прежде чем повторить попытку сказать что-либо. — Катись в ад, командир хренов. — Я прямиком оттуда, дорогуша. — демон оскалился, еще сильнее сжав мой подбородок. Казалось, что в любой другой ситуации я бы завопила от боли, но не сейчас. В тот момент мне хотелось лишь дать понять этому черноглазому, что пусть все творения ада хоть в лепешку расшибутся, но не добьются ни капли правды от меня. Лучше уж сдохнуть, чем выдавать близких этим сволочам. И знаете, что самое забавное? То, что смерть начинала казаться единственным выходом. С каждым новым ударом я сквозь слезы надеялась, что сердце откажет. Остановится, и все. Конец мучениям. Боже, как же я желала смерти. Но, увы, продолжала приходить в себя. И это было настоящей пыткой. Очередной удар, который пришелся мне по лицу. Щека запылала, я еле сдержалась, чтобы не вскрикнуть. Благо, демон наконец отпустил мое лицо, что позволило мне снова опустить голову. Черт, как же было больно. Хотелось рыдать от отчаяния. Но слез не было. Нужно продолжать дышать. Давай, Эшли, просто дыши. Это несложно. Вдох. Снова удар в область лица, только по другой щеке. Выдох. — Чертова сучка! Вдох. Удар в живот. Выдох. — Я заставлю тебя говорить! Вдох. Удар в висок, заставивший в глазах потемнеть. Выдох… — Довольно. Прозвучал голос, заставивший меня с трудом поднять взгляд на «гостя». Надо же, а я и не заметила, как скрипнула дверь. Видимо, приложили меня что надо. Голова кружилась адски, но я смогла сфокусироваться на демоне, стоявшем в четырех метрах от меня. Кроули. Ну да, до полного счастья только его здесь и не хватало. — Сбавь обороты, Гастри. — шаги Кроули отдавались эхом, он приближался. У меня в глазах двоилось, но я предпочла смотреть этому уродцу в глаза. Пусть тело бьется в агонии, а всхлипы подавлять удается с огромным трудом, я все равно не опущу взгляд. Пусть этот демон, будь он проклят (или он уже?), видит, что сотворил со мной. — А то она такими темпами скоро и слова выдавить из себя не сможет. Фальшивая забота, как же от нее тошнит. Засунь свои переживания себе в задницу, Кроули. — Да, Король. Король? Боже, какой Кроули, мать его, Король? Максимум, кем я его считаю, так это идиотом. Ну, или мудаком. Хотя, ему и то, и то подходит. — А теперь исчезни из этой комнаты. — Кроули остановился в шаге от меня. Гастри послушался, и через секунду его уже не было в помещении. Надо же, какой послушный. Ручной песик прям. Я ухмыльнулась, пытаясь действительно стоять на ногах, а не находиться в вертикальном положении только благодаря цепям. — Надо же, ты все еще держишься. — демон поправил пальто, осматривая меня с ног до головы. Боюсь представить, как я выглядела. — Я удивлен. — Надо же, ты все еще стараешься выбить из меня информацию. — я вскинула одну бровь, презрительно смотря в глаза Кроули. Как же он меня бесил. — Крайне удивлена. — Ты мне нужна не только ради информации, лапуля. — как же. Выводит. Из себя. Его «лапуля». Вот до дрожи. — Видишь ли, пока Люцифер засиживал в твоей буйной головушке, между вами создалось жалкое подобие ментальной связи, — Кроули сделал какой-то непонятный жест рукой. — которая мешает этой рыжей стерве прочитать твои грязные мыслишки. Ну, а я нахожу в ней плюс, мне доставляет огромное удовольствие тот факт, что этот крылатый, отобравший у меня мой ад, слышит твои крики. — Неужели? — я закатила глаза, выдавив из себя смешок. — Только вот я не вижу во всем этом смысла. Дьявол не придет сюда, если знает, что ему что-то угрожает. Он не тупой, в отличии от некоторых. — Ох, глупая, глупая Эшли. — Кроули усмехнулся. — Уж поверь, он явится за тобой. Рано или поздно. — Знаешь что? — я облизнула обсохшие губы. — Ты абсолютный идиот, если думаешь, что он придет сюда. Я просто либо умру здесь, либо мои братья заберут меня и надерут тебе зад. Я наслышана, такое уже бывало. Кроули словно передернуло. Мне показалось, что он держится из последних сил, чтобы не разорвать меня в клочья. А мне же было приятно лишний раз довести его до белого каления. — Люцифер сожжет эту планету до тла, только для того, чтобы отыскать тебя. И это его и погубит. Демон быстро зашагал к выходу, громко хлопнув дверью на прощание. Надо же, даже «до свидания» не сказал. Видимо, в этот раз я конкретно так его достала. Впрочем, пошел он. Боль снова заставила меня задрожать. Кажется, некоторые органы окончательно отказали. На душе стало до ужаса паршиво. От всего, что сказал этот гадкий Кроули, от всего, что происходило вокруг. Слеза скатилась по щеке, оставляя соленую дорожку позади себя. Главное — дышать, Эшли. Вдох. Выдох…