На исходе лета

1. Трафальгар взялся комментировать. Голос его был тих, весьма ироничен и повествование он вел так же, так что на них едва ли не шикали те, кто слышали негромкий смех Санджи, потому что сдержаться было трудно. Ло совершенно бессовестно высмеивал неудачи и промахи спортсменов, но делал это так, что оставалось только сдерживать смех. В конце поединка он делал серьезную ремарку, отмечая успехи каждого спортсмена, уже без насмешки и иронии. Трафальгар знал толк в кендо. Знал на уровне судьи, а уж никак не любителя. Иногда он пояснял что-то Луффи, когда тот требовал удалить рефери без повода. Санджи слышал, как Трафальгар что-то помечает на листах бумаги. - Оцениваю судей, - подтвердил догадку Асиями сам Ло в ответ на прямой вопрос. Санджи только молча поразился тому, сколько дел одновременно мог делать Трафальгар. - А вот и Зоро, - спокойно сказал Ло, а зал взорвался бурными овациями, мужскими и женскими воплями. - Как всегда популярен среди всех подряд, - усмехнулся Трафальгар. – Ну что ж. Пойду-ка я судить. Ло действительно поднялся. - А теперь на сцену приглашается главный судья кендо по восточному побережью Трафальгар Ло, - холодный голос девушки пробирался в самую душу. – Прошу вас, судья-сан. - Спасибо, Нико-я. Раз у нас тут внезапно соревнования превратились в некую светскую церемонию, я тоже представлю гвоздь программы, многократного чемпиона западного побережья, “величайшего мечника в мире” – Дракуль Михоук! Хотя титул этот выдуман, ну что поделать. Все мы люди в мире рекламы. Люди в зале повскакивали. - О-хююююю, - издал вопль Луффи. - Не будем утруждать господина Михоука ответной светской речью и начнем уже поединок. Готовы? Рэй! Хадзимэ!* Зал следил за поединком с напряжением, в тишине и без того обостренный слух Санджи реагировал на малейшее движение, будь то даже скольжение босой ноги по полу или учащенное дыхание. Это был показательный поединок. И хоть Зоро был слабее, сдаваться он не желал. Упрямый и сильный характер был его основной чертой. Санджи не думал в тот момент, что он точно такой же. Асиями как и все следил за поединком, затаив дыхание, ему даже казалось, что он видит. По-настоящему видит. - Гя! Почти! – расстроенно сообщил Луффи. – Но Зоро был потрясен! Надо же, как он продвинулся в своих тренировках! Мне тоже надо поднажать! Зал аплодировал стоя, поднялся и Санджи. Повар догадывался, что Ророноа наверняка улыбается, принимая заслуженные овации. Но какая эта улыбка? Санджи понимал, что этого он не узнает никогда. 2. Чувства - это огонь, который либо горит, либо тлеет. Любовь？Существует ли она? Весьма праздный вопрос. Санджи знал определенно, что она существует, потому что умел любить. И телом, и душой, и сердцем. Но не видел смысла дать ей гореть, оставив ее тлеть. Может, даже навсегда. Тепло, что останется в душе надолго и будет греть холодными ночами. Санджи не видел смысла обрекать кого-то на жизнь рядом с ним. Не видел смысла лишать кого-то еще будущего. Одного он только не учел. Любовь невозможно контролировать, а даже думая, что это слабый огонек, который можно оставить тлеть, не заметишь, как он прожжет душу насквозь, оставляя сосущую пустоту внутри. Идти по берегу реки, слушая ее шепот, сжимать его пальцы, слушая его шаги по мостовой рядом. Его тихий голос, чуть более низкий чем у Трафальгара, но такой уже знакомый. Как возникает любовь? Внезапно? Постепенно? Какая из них правильная? Как должно быть? Нет ответа. Просто на сердце тепло. А душе грустно. Ловить моменты? Наслаждаться ими, потому что за ними нет ничего? Да. Это и есть пустота вместо будущего. - Уже темно, пойдем домой? – предложил Зоро, протягивая ему вторую руку и помогая спуститься с каменного ограждения, по которому шел блондин. Слово“домой” звучит так мягко, что Санджи внезапно понимает, что для Ророноа дом это действительно дом. Тот дом, который каждой потерянной душе хочется найти. 3. Его дом старинный, Санджи сразу это понимает. Старая каменная ограда, журчание ручья, стук бамбукового фонтана, древние плиты под ногами вели к дверям дома. Запах дерева, видевшего не одно поколение. - Жилые комнаты на втором этаже. Тут прихожая, зал кендо и кухня с кладовой, - прокомментировал Зоро. – Не замерз? Погреть ванну? Погрузиться в горячую воду было невообразимо приятно. Санджи окунулся почти до глаз. Хотелось открыть их и снова увидеть. Первый год ему казалось, что такое возможно, что чудо вот-вот случится. Сейчас тоже в каком-то смысле было чудо. Давненько его не окружали такой заботой. Зоро был простой, даже немного грубоватый, но на удивление заботливый. Казалось, еще немного и он мысли читать начнет. С ним рядом было на удивление спокойно. Даже спорить с ним было на удивление легко. Выходишь из себя, раздражаешься, а на душе все равно тепло. Он ведь все поймет. - Зоро? – Санджи чуть приподнялся – Ророноа вошел в ванную, поправил, судя по звукам, его одежду. - Не горячая? - Нет… - Санджи чуть задрал подбородок. - Закрой глаза поплотнее, - попросил Зоро, засучивая рукава. - За…чем… - блондин тут же понял зачем. Пальцы Ророноа коснулись кожи волос его головы, массируя ее и взбивая шампунь со странным ореховым запахом. - Нравится? – тихонько спросил Зоро, наблюдая за притихшим Санджи. Тот не был в силах сопротивляться его рукам. Что бы он со мной сейчас ни сделал… Черт… Наверное, это был мой предел. Его отношение ко мне меня сломало. Мысль “будь, что будет” прочно поселилась в голове Санджи. Зоро смывал с него шампунь, а блондин наклонил голову, искренне надеясь, что его слез не видно. 4. - Не надо обращаться со мной как с куклой! – возмутился Санджи, когда его усадили на диван, до этого донеся до комнаты на руках. - Не красней, - сказал Зоро тихо, но так близко к нему, что повар вцепился в его одежду. – Привыкнешь, будешь сам шастать. А сегодня просто расслабься. Санджи медленно расцепил руки, пытаясь привести дыхание в норму. Может, я принимаю желаемое за действительное? - Пиво будешь? Санджи кивнул. Но мне кажется, что это уже за рамками дружбы. Или я хочу, чтобы это так было? На ноги ему упал плед, Санджи едва не вздрогнул. Но Зоро не стал извиняться, просто спустился вниз, легко прыгая по ступенькам. Санджи смотрел прямо перед собой. Надо бы встать, обойти комнату, пощупать, что есть. Но сил не было никаких. - Держись-ка… - сказали вдруг ему, и диван был разложен прямо вместе с ним. - Вот, теперь будет удобнее. Держи пиво. Холодная стеклянная бутылка, уже открытая, скользнула в его руки. Зоро включил телек, усаживаясь на диван рядом с Санджи. - Я иногда забываю, что ты не видишь. Мне извиниться? – негромко спросил Ророноа. - Нет, - с улыбкой ответил Санджи. – Но прости меня за то, что я сделаю сейчас. Зоро ожидал чего угодно, но того, что блондин прижмется к его груди щекой, обнимая руками за талию и тяжело вздохнет? нет, этого он не ожидал. - Совсем на немного… - попросил блондин. Тяжело самому себе простить эту слабость, но я постараюсь. А завтра уеду. Доберусь сам, справлюсь. Верно же, Санджи? Но Зоро укутывает их обоих пледом, отставляя пиво в сторону, роняет на диван, прижимая блондина к себе. - На сколько хочешь,- слышит повар сильный голос, - поварешка. Ророноа снова забирается пальцами в волосы, гладит его по голове. Санджи слышит, какой безумный стук выдает сердце Зоро. - Что ты хочешь? – невольно спросил Санджи. - Поцеловать тебя, - также не задумавшись ответил Ророноа. – Можно? Санджи не спрашивал “Зачем”, “А к чему это приведет?” и тому подобные вещи. Вернуться к привычной жизни он сможет всегда, как бы больно ни было, а сейчас ему просто хотелось жить. Такое желание, которое другим покажется странным, потому что ценности ему они не видят. А увидеть можно, достаточно только потерять. Теплое дыхание, нежные губы. Зоро свойственна агрессия, но не сейчас. Сейчас он не в клубе кендо, сейчас он на втором этаже, целует того, кого давно хотел поцеловать. Пусть “давно” это всего лишь пару дней назад, для него это была целая вечность. Ророноа целует блондина, чувствуя, как ему отвечают, может, немного неуверенно, но искренне. Санджи надолго не хватило. Он так устал от своих размышлений и поездки, что как только Зоро разомкнул поцелуй, повар понял, что засыпает и поделать ничего не может. Сон быстро взял его в плен, унося в свое царство. - Спи спокойно, котенок… - тихо сказал Зоро, целуя нелепую бровь завитушкой. – Я буду рядом.